Кыш! У меня аллергия! (СИ) - Волкова Риска

— Вкуууусно! — протянула я, а затем чихнула. Обернулась и увидела Нуклуса, застывшего в дверях с небольшим чайничком в руках.

— Принес тебе попробовать наш традиционный напиток. Называется Олдахо. Мы готовим его на меде, травах и заклиинаниях для напитков. Тебе должно понравиться.

Я кивнула, благодарная подобной заботе. Все-таки приятно!

— Спасибо!

— Там доктор начал лечение на площади! Дарует ицеление от всех болезней, не хочешь присоединиться? Может, и твоя аллергия пройдет?

Я кивнула. О да! Я хочу это видеть! Что там показывает Альберт Михайлович? Массовое иглоукалывание? Дождь волшебной воды? Дарит настойки на верблюжьей слюне? Эээх…Шоу, наверное, потряс. Но я, пожалуй, доем вначале гуляш.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

глава 3.2

О да! Я знала, что не зря иду это смотреть. Альберт Михайлович Кривенко был на высоте! На фоне разношерстной толпы кентавров, окруженный восторженной толпой, он был поистине неотразим. Он уже постирал к этому времени свой беленький халатик и теперь с видом профессора, активно жестикулируя руками что-то втирал доверчивым пациентам.

Я подошла поближе, чтобы лучше слышать о чем речь. Нос зачесался от обилия живности, но я решила, что потерплю даже очередной приступ аллергии, но послушаю о чем же там говорит светило народной медицины.

— Чеснок! Это то, что вам нужно! Чеснок и дрожжи дают совершенно потрясающий результат в области избавления от мелких кровососущих паразитов! — доктор Кривенко продемонстрировал слушателям нужный корнеплод, который, видимо, и в этом мире произростал.

— Чеснок? — переспросил кто-то удивленно.

— Именно! Вот у вас в вашем мире вампиры водятся? — уточнил доктор.

— Ну… На Южных границах. К нам редко забредают.

— Вот! От вампиров первое средство — это чеснок! Они ведь тоже кровососущие. Да еще и какие крупные! А блоха меленькая, на нее чеснок точно подействует. Тут же лапки откинет.

Толпа загудела. Доводы доктора пришлись им по душе. Я же не заметила как ко мне подошел Нуклус.

— Жаль его не слышит глава Благороднейшего Дома Вампиров — Ардеус Ночной. Про крупных кровососущих уже дотягивает до смертной казни… — сообщил он мне с улыбкой, явно не веря в то, что доктор чем-то сможет им помочь, так же как и я.

— Вы отпустите нас? Я здесь случайно. Это все оборотень… — робко спросила я, понимая, что махинации доктора до добра нас не доведут и надо брать ситуацию в свои руки.

— Он нашел истинную пару и не хочет отпускать?

Я кивнула.

— Но я не хочу его видеть. Мне все равно истинная я или нет, у меня на него аллергия! Еще хуже чем на вас.

Нуклус улыбнулся.

— Но он ведь не отступит. Оборотни считают своих истинных настоящим сокровищем. Он сильно рисковал отправляясь в твой мир и забирая тебя. Кстати, кто он? Как его зовут, этого оборотня?

Я напрягла память, наморщив лоб.

— Таррен дер Алист. Такой светловолосый. С ним еще здоровый такой детина ходит, Корсо, кажется.

Нуклус посерьезнел. Поджал плотно губы, нервно взрыхлил лошадиной ногой землю у моих ног.

— Ты даже не знаешь, с кем связываешься, девочка. От него тебе не убежать. Это не просто Альфа какой-то стаи. Это один из чертырех глав Великого Совета этого мира.

Жаль я не успела спросить, что это за совет и кто его главы, так как на площади, где вещал Кривенко, произошло оживление. Я подошла поближе и обомлела. Чеснок! Кентавры купились на увещевания доктора и теперь тащили со всего поселения головки чеснока. Маленькие, большие, просто чесночные дольки, все это они сваливали в огромную кучу-гору у ног Альберта Михайловича. Тот, восторженно оценив произведенный эффект на население, подливал масла в огонь.

— Этого мало! Тащите еще! Мне нужно больше, больше чеснока! — взгляд его загорелся алчным огнем.

— Что он собирается с этим делать? — удивился Нуклус, я же развела руками.

— Понятия не имею. Главное, что жабьи лапки не предлагает. И уринотепапию. По сравнению с этим чеснок- это детские игрушки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

глава 3.3

Кентавры кричали. Кентавры вопили. Кентавры бежали к ручью. С выпученными глазами, с горящим чесночным пламенем телами они были полны решимости и злобы. И если одни бежали быстрей к воде, то другие…

— Скорее! Нужно быстрее уходить! — потащила я доктора за рукав халата. Тот, обернувшись назад, к ручью увидал масштаб проблемы и сам припустил к выходу из лагеря. Слава небесам Нуклуса, единственного непострадавшего от света науки, там не было. Мы побежали, что есть силы. Замелькали кусты, деревья, высокая, необычного цвета трава. От нашего топота разорались какие-то птицы, ухнула вдалеке сова.

— Зачем Вы придумали про чеснок?! — задыхаясь от быстрого бега спросила я у доктора Кривенко.

Тот зыркнул на меня из под очков.

— Это известнейшее средство! Я же не знал, что они так отреагируют!

Я усмехнулась.

— Ага! Себя намажьте и поглядите как сами отреагируете!

— Пфф… — обиделся доктор. — Небольшое жжение можно было и потерпеть! Как малые дети, в самом деле!

Мы не заметили как добежали до берега, перед которым распростерлось море. Высокие лазурные волны накатывали с плеском на песчаную отмель, выбрасывая на сушу водоросли и мелкую гальку. Немного слева располагался старый деревянный причал, у которого была привязана весельная лодка. Она так заманчиво покачивалась на волнах, а сзади так пугающе были слышны крики кентавров, что мы, переглянувшись с Альбертом Михайловичем, поняли, что у нас не так много вариантов к спасению. Мы поднажали и рванули к лодке. Кентавры еще только показывались на берегу, как мы уже отцепляли цепь от причала. Мгновение, и мы в открытом море!

— Глупые! Утонете на этом корыте! — заорал один из кентавров с берега.

— Да ладно, поделом им! Пусть поймут что нельзя честных существ обижать! — вторил ему другой, но я их уже не слышала, целиком и полностью отдаваясь чувству облегчения от того, что удалось избежать погони и чувству страха, потому что с кентаврами я была согласна — как пить дать утонем.

— Мамочки… — захныкала я. — За что же это все нам?!

Альберт Михайлович тяжело вздохнул.

— Нечего было аллергией болеть! Похитили бы тебя и все! Живи с оборотнем, рожай на свет маленьких волчаток! Нет, нужно было меня с собой тащить!

Я расстроилась еще больше.

— Но я не хочу жить с оборотнем!

Доктор фыркнул.

— Да кто бы тебя спрашивал!

Тем временем, пока мы препирались, нас медленно, но верно уносило все дальше от материка. Волны были сильны, поэтому нас болтало, словно щепку, мы же изо всех сил вцепившись в борта данной посудины, старались удержаться внутри. Вскоре наше занятие стало более пикантным, так как накатила морская болезнь, придав нашим лицам настоящий благородный зеленоватый оттенок.

— Ага… А потом захочется пить, а воды нет… — заметил Кривенко.

Я ничего не ответила, склонившись вниз, к самой воде.

— А потом захочется есть, а еды нет… — продолжал в том же духе Альберт Михайлович.

— Отстань, а?

— А потом захочется… — чего может еще захотеться я так и не узнала, потому что прямо перед нами разворачивалась огромная водяная воронка. Она крутилась и вращалась, разевая свое черное, словно сама ночь, нутро.

* * *

Таррен дер Алист с волнением наблюдал за тем, как старая ведьма Клариса, которую все за глаза звали Красным вороном, помешивает кипящую воду в котле, образуя темную воронку. С каждым гребком ложки она все больше разрасталась, увеличивалась, шумела. Вскоре она словно заполонила собой всю кастрюлю и, непонятно как, вышла за пределы нее. Вскоре и комната эта, в старом деревенском доме, наполнилась водяным вращающимся вихрем.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

глава 4.1

Темнота. Жуткая, зловонная, глухая и неживая. Она обволакивала меня, словно кисель, заливаясь в рот, нос, уши. Среди этого беспробудного мрака я чувствовала холод и какой-то зловещий шепот, словно кто-то звал меня. И вот, темнота прекратилась. Воронка воды изрыгнула меня, пропахшую тиной, илом и рыбой, с водорослями и мелкими ракушками в волосах на пол какой-то хижины. Я оглянулась и встретилась взглядом с каргой-ведьмой в красном платке.