Рассказы. Сборник - Марк Михайлович Вевиоровский

Наши кинофильмы (даже художественные!) являются богатейшим источником материалов по старой Москве и в самых неожиданных местах можно увидеть очень интересные здания.

Например, в титрах сериала «ТАСС уполномочен заявить» есть панорама через Яузский мост и в эту панораму попал снос старого здания ГИАП (бывшего сахарного завода!) на берегу Яузы, новые здания этого института (башни) с выходом изображения на антенны и крыши зданий на углу улицы Обуха …

Угол Ульяновской улицы со старыми домиками, куда мы ходили в Народную дружину, а где на втором этаже жил мой друг Игорь Козловский, можно увидеть в фильме «Берегись автомобиля» …

Другое здание страхового Общества Россия – Лубянка, перестроено, но можно найти фото через арку снесенных Никольских ворот стены Китай-города до перестройки …

Но вернемся к Бумажному проезду.

Бумажный проезд, 14 – эта 12-и этажная башня была построена для редакций и офисов газет и журналов (раньше сзади впритык было пристроено здание типографии).

Там было солидное бюро пропусков и просторный холл с хорошим писчебумажным киоском. Я туда попал тогда, когда площадь Савеловского вокзала уже была разделена эстакадой с проездом под ней – перед башней была весьма скромная автостоянка (рядом около эстакады была огороженная более крупная стоянка).

А сам Бумажный проезд был перегорожен – стена, ворота, проходная, и весь проезд был превращен в территорию газетно-журнального концерна.

Только в начале этого века этот конец Бумажного проезда был открыт и эта улица стала проезжей.

Я в этой башне бывал в редакции карликового издания, тем не менее продолжающего существование и теперь, и где ряд лет меня печатали.

Раньше Бумажный проезд назывался Волковым – и поскольку там находились склады бумаги, то он стал Бумажным.

Рядом параллельно ему тянется улица Правды (ранее 2-я Улица Ямского поля – по полям, которые были кругом), получившая свое новое наименование от газетно-журнального издательства «Правда». Раньше, когда я там бывал, весь квартал занимали строения, так или иначе связанные с издательской деятельностью и типографии выбрасывали в воздух около тонны толуола (растворителя типографской краски).

Над подъездом, напоминающем капитанский мостик, тянется огромная эмблема «Комсомольской Правды» – в холле бюро пропусков, которые заказывают отсюда по телефону (заранее заказать нельзя), их приносили быстро, дальше ступени и лифты.

Из тех, с кем я тогда встречался, хорошо запомнил Андрея Дятлова – тогда он был ответственным секретарем редакции, его жену Валентину Терехину, активно влияющую на супруга, Юрия Гейко – он руководил отделом авто и вскоре ушел из КП, и Виктора Баранца – полковника (артиллериста), бывшего пресс-секретаря Минобороны, он теперь часто появляется на экране ТВ и ведет рубрику на радио, комментируя те ли иные события …

Непроезжая улица Правды – тогда выехать отсюда в сторону Савеловского вокзала было нельзя, в конце улицы был залитый водой котлован с железобетонными сваями и торчащей арматурой.

А улица была забита автомобилями и пристроится там бывало трудно.

Редакция карликового журнала, в которую я ходил в башню в Бумажном переулке, перебралась в громаду здания «Комсомольской правды», и сюда я тоже ходил …

Больше всего – больше, чем в КП – я ходил в издательский дом «Молодая гвардия» на Новорязанской улице, улице разорванной железнодорожными путями Савеловского вокзала на две части с переходом прямо по путям.

Первое – и главное – здание стоит прямо около путей, а служебные здания дальше и во дворе. Тут «Юный техник» со своими приложениями «Левша» и «Почему», тут «Техника молодежи», тут «Моделист-конструктор» – на соседних этажах, и другие издания и издательства …

Я еще застал очень приличную общую столовую на первом этаже, несколько приличных комнат редакции ЮТ – и небольшое кафе тут же, на 10-м этаже, и старика Черемисина – главного редактора ЮТ, человека очень интересного, много знающего, но очень пожилого. Мне тогда поручили вести «Патентное бюро» – ответы на письма читателей, очень интересная работа с детским творчеством.

Но умер Борис Иванович Черемисин и журнал пошел вниз, теряя помещения и авторов, в чем большая заслуга нового главного редактора, человека совсем из другой области …

А на соседнем этаже, где «Техника-молодежи», был очень интересный киоск с журналами об оружии и прочих увлекательных для мужчин вещах …

И весьма снобистская редакция журнала «Моделист-конструктор», сплошные военные в отставке, печатающие своих …

Кабина «Бурана»

Это здание больницы, похожее на большой круизный лайнер, ввели в строй в 1986 году.

Лучше всего это светлое здание на крутом берегу еле заметной теперь речушки под названием Шмеленка видно с кольцевой автодороги сразу после моста через Москва-реку.

За ввод в строй больницы главный врач получил орден «Трудового Красного Знамени» и руководит здесь все эти годы.

Тогда в 1986 году в больнице работали все специалисты кроме хирургов – операционные еще не были оборудованы. Для медперсонала через дорогу от больницы отстроили целый комплекс жилых корпусов – моя врачиха об этом рассказывала, и о том, что благодаря этим домам удалось укомплектовать больницу персоналом.

А оборудование … Нигде тогда я не встречал рентгеновских установок, делающих трехмерные снимки, но именно с таким рентгеном связаны мои самые сильные впечатления от этой больницы. Оказалось, что я не переношу «контраст» – вещество, визуализирующее камни в мочевыделительной системе, и у меня произошел сильнейший сердечный приступ.

Сперва меня пронесло и вырвало, затем я с трудом дополз до кровати и попросил соседей вызвать врача – дальше я потерял сознание.

Очнулся – рядом сидит моя испуганная врачиха, пахнет лекарством …

После этого я всегда сообщал врачам о непереносимости «контраста», а когда примерно через два десятка лет мне все-же его вкололи, то обошлось сильнейшей рвотой и сердечным приступом – посидел минут десять и пошел.

А тогда в 1986 году в палате я был на новенького.

Все остальные мои соседи лежали в урологии не первый раз и когда меня собрались переводить в КБ № 6, то передавали приветы и поздравления хирургу Халезову – отзывались о нем в превосходной степени и поздравления были связаны с награждением доктора Халезова орденом «Трудового Красного Знамени».

Меня на машине скорой помощи поздно вечером, практически ночью перевезли в широко известную в узких кругах КБ № 6, «шестерку».

Больница №6, как и больница № 83 относились тогда к 3-му Главному управлению Минздрава, и чтобы туда попасть нужно было иметь допуск хотя бы третьей формы.

И давая направление на госпитализацию даже в начале этого века мне оформляли справку в