Часть вторая (СИ) - Тереза Тур

Так, хорошо… Зайдем с другой стороны. Отношения между Империей и герцогством Реймским. Захватить его Империи ничего не стоит, но она этого не делает. Скрывает у себя Рэма. И не дружат — гномий самогон-то контрабандой! Но и не трогает, скорее наоборот — оберегает. Почему? Шерше ля фам?! Что там еще говорил император? Чкори, дасары…. Так…Первое — при первой же возможности наведаться в библиотеку дворца, потом…Стоп!!! Только что же решила что никаких….Но интересно же… Ладно — «Я подумаю об этом завтра»….

На этом я успокоилась. И отправилась вниз, к родителям. И умилилась. Народ пил чай с пирожками. От мамы и папы веяло счастьем и покоем. Паша и Феликс сидели рядком — и, судя по хитрым физиономиям, что-то уже задумали. Не хватало лишь Рэма. Надо будет договориться, чтобы его отпускали на выходные к нам.

Еще за столом я обнаружила знакомого целителя. Его уже кормили — он попал в цепкие заботливые руки маменьки. Мне стало неловко — сколько встречались, сколько он меня спасал — а я так и не запомнила, как его зовут.

— Добрый вечер, — поприветствовала я дружную компанию.

— Миледи, — поднялся целитель и поклонился.

— Можно вас попросить оставить церемонии для империи, — попросила я его. — Просто Вероника.

— Ирвин, — смущаясь, представился целитель. И я впервые обратила внимание на то, насколько он молод. Высокий, худой и нескладный. Взъерошенный. И явно чувствует себя не в своей тарелке.

— Мама. Папа… Этот господин — лучший целитель империи. Он просто волшебник! — представила я гостя родителям.

— Спасибо, миледи, — густо покраснел молодой человек.

— И не надо вскакивать, — уселась я за стол. — Как вам у нас?

Ирвин аккуратно вернулся обратно на стул.

— Интересно, — покачал он головой. — Необычно. Вредно для здоровья — без сомнения.

— Император Фредерик чихал от нашего воздуха, — улыбнулась я.

— У меня горло першит, — признался целитель.

— То ли дело в Империи, — поддела я его.

— Именно, — обрадовался он, не обратив внимания на подколку. — Вам по весне хорошо бы пригласить родителей в ваше поместье. Оно и от столицы недалеко. И воздух там замечательный. Сосновый лес…

И откуда такие подробные сведения? — с подозрением поинтересовалась я.

— Мы с вами соседи, — улыбнулся Ирвин. — Несколько лет назад и меня пожаловали. За заслуги перед троном. Но я, в отличие от вас, был счастлив и горд.

— Может быть потому, что у вас эти самые заслуги есть?

— Миледи, — укоризненно покачал целитель головой. — Вы спасли сына императора.

— Он перед этим дал мне убежище и — получается — спас меня и сыновей. Мы — квиты, — отрезала я. — И вообще, насколько помню, я от всего отказалась…

— Простите, — окончательно смутился целитель. — Наверное, этот вопрос вам лучше выяснить у его величества.

— Хорошо, извините, — улыбнулась я. — Понятно, что вопрос не к вам.

— Его величество просил передать, что завтра пребудет милорд Милфорд.

— Зачем? — уж кого-кого, а лучшего друга Ричарда видеть мне как-то не хотелось.

— Думаю, он сам доложит.

Семья с интересом прислушивалась к нашей беседе. И только в глазах у Паши не было вопросов. Надо бы поговорить с сыном. Почему-то мне кажется, что он знает намного больше, чем я.

— Вы совсем плохо кушаете, — обратилась к Ирвину мама, кинув на меня укоризненный взгляд. Дескать, совсем заболтала гостя — а он худенький!

— Спасибо большое, я уже сыт.

— Да, мама, я тоже, — поднялась из-за стола.

— Где мы можем поговорить? — спросил у меня Ирвин.

— Думаю, в моем кабинете вам будет удобно, — вмешался в наш разговор отец.

— Феликс, как доешь — присоединяйся, — посмотрела я на мальчика.

— Можно сразу с вами? — буркнул приемыш.

Я вопросительно посмотрела на Ирвина.

— Конечно, — он с сочувствием посмотрел на мальчика. — И не переживайте так. В моем заключении нет ничего тайного. Или неприятного.

В результате, в кабинет отца отправились все присутствующие. И стоило из-за обеденного стола выбираться?

— Ситуация серьезная, но поправимая, — улыбнулся нам целитель. — Сходная, миледи с той, когда я сращивал вам порванные нервные окончания.

— Ника? — прошипел отец.

— Травма… — почти и не соврала я. — Погоди, пап.

— Хуже то, что травма молодого человека очень старая. Получена совсем в юном возрасте. Вам было пять дет? — обратился он к Феликсу.

— Шесть, — отозвался тот.

— Вот, — неизвестно чему обрадовался Ирвин. — Понимаете, и скелет милорда, и мышечный корсет формировались под влиянием этой травмы.

— И ничего нельзя сделать? — убито спросил Феликс.

— Я этого не говорил, — обиделся лучший целитель Империи Тигвердов. — Я пытаюсь донести до вас и до вашей семьи, что работать придется много. И не только мне. Вылечить вас — не проблема. Срастить раздробленные кости позвоночника, зарастить повреждения спинного мозга, привести нервные окончания в норму. Даже нарастить необходимую мышечную массу на ноги. Это дело, конечно, не одного дня. Но вот будете ли вы ходить… Сможете ли полностью восстановить функции нижних конечностей. Это будет зависеть только от вас. Будет больно. Будет сложно. Это огромный труд. И от того, как вы будете работать, насколько точно готовы выполнять предписания — зависит результат.

— Что от меня требуется? — отозвался Феликс.

— Первую неделю — хорошо питаться, по часам пить укрепляющие настойки. Я пришлю массажиста. И самое главное — пока я не разрешу — не вставать с кресла. Есть вопросы?

— Почему вы назвали меня милордом? — блеснул глазами Феликс.

— Вы — сын миледи. Следовательно, милорд, — удивленно посмотрел на него целитель. — А теперь, перед тем, как отбыть, я бы хотел повторить процедуры. И затем вернемся к ним завтра.

Я поняла, что Феликс не верит ни одному слову, но при этом он улыбался — счастливо и искренне. У меня сжалось сердце.

Ирвин ушел, держа перед собой кулон из черного камня. Посреди нашей кухни возникла радужная пелена портала. Старательно делая вид что не замечаю открытых ртов и бледных лиц своих несчастных родителей, я попросила у отца мобильник. Мой остался в квартире.

— У тебя же есть номер Дениса Юрьевича? Я по памяти не помню.

Отец почему-то недовольно посмотрел на меня, но кивнул:

— Есть.

— Пап, а какая машина участвовала в аварии?

— Серая старая ауди. Твой красный пыжик так и не нашли.

— Получается — и Денис был уверен в том, что я погибла, — прошептала я. — Ауди выдал мне он.

— Слава Богу, что все закончилось, — пробормотал отец. — Ты знаешь, я готов поверить во всю эту чушь с магами, императорами, целителями, поместьями и милордами. Мне все равно. Лишь бы ты была жива.