Душеприказчица Мерил Пери - Ева Финова

лице собеседницы заставила Алистера смутиться пуще прежнего, и поэтому он лишь буркнул неопределенное:

– Не знаю…

Но Мерил не была бы душещипателем, если бы позволила объекту тайного исследования закрыться в своем собственном мирке.

– Некроманты тоже люди, и их силы довольно устрашающи для большинства населения, что, безусловно, вызывает невольное уважение и даже, наоборот, искреннее восхищение! – Вопреки энтузиазму, звучащему в ее голосе, безразличная мина не стерлась с ее лица, а, напротив, стала более оскорбительной.

Смешавшись, Алистер отвечать не спешил. Он пытался понять, что бы это значило?

Но, к сожалению или к счастью, на зов господина наконец явился прихрамывающий старик по имени Уортон, знававший еще его деда, эксцентричного основателя города.

Его мохнатые седые брови сильно выдавались на иссушенном временем узком лице со впалыми щеками. Кожа цвета серого пергамента выглядела болезненно, а глаза подслеповато щурились, не позволяя как следует разглядеть цвет радужки.

– Вызывали? – проскрипел сиплый, неприятно надтреснутый голос дворецкого в черном помятом фраке. А заметив комья грязи на полу, он не преминул выругаться: – Трарка мне в печень! Айза, Лорна! Живо сюда!

Но стукнув себя по лбу, прихрамывая, приблизился к Алистеру и бесцеремонно перехватил сонетку. Начал ее неистово дергать.

– Сколько уже говорил, что нельзя пускать людей в обуви! – причитал он, не обращая ни на кого внимания. – Опять, наверное, конюх напился и забрел в господский дом, да?

Виндоухард-младший не ответил на вопрос, заданный ему прислугой. А вместо этого скривился, не желая показывать Мерил в первый же день все прелести захолустной жизни в этом городишке, в котором его, потомка основателя, ни во что не ставили. А кое-где даже откровенно потешались, не реагируя ни на уговоры, ни на угрозы применить магию.

– Нет-нет, – отрицала Мерил. – Это я виновата.

– Ты-ы?! – дворецкий повернул голову к гостье, которая формально стала его новой начальницей на двадцать два месяца и два дня. Но он об этом еще не знал. Чему Алистер явно посочувствовал, предвкушая увидеть душеприказчицу в действии.

– Да, я, – уверенно произнесла девушка, выдерживая негодующий взгляд слуги. – Мерил Пери, новая душеприказчица этого города к вашим услугам.

Дворецкий ответил не сразу. Он нахмурился пуще прежнего, подвигав во рту вставной челюстью с характерным звуком.

– Душе-кто? Чего это за словечко новое, а? – уточнил он у господина. – Не припомню, чтобы к нам должны были прибыть гости. Ну-ка, младшой Харди, скажи-ка мне, что это такое?

Легкое разочарование отразилось во взгляде господина, когда он понял, что вся агрессия престарелого дворецкого почему-то снова будет направлена на него самого.

– Это человек, который будет здесь всем управлять, пока мне не исполнится двадцать один год.

– И-и когда это случится? – Новый вопрос слуги вызвал у Алистера легкое раздражение. Но Мерил решила отвлечь старика на себя.

– Через двадцать два месяца и два дня, – миролюбиво отозвалась она. А протянув руку для пожатия, поспешила заверить: – Но не переживайте, мы обязательно с вами подружимся.

– Какой там подружимся! – вознегодовал дворецкий. – Поглядите, что вы натворили на полу, а? И кому это все убирать? – И он снова принялся дергать сонетку с криком: – Айза! Лорна! Сколько можно вас ждать?

– Вообще-то, – начал было Алистер свою мысль, но не успел договорить.

В холл, пыхтя, вбежала дородная розовощекая женщина в ночном платье и со светильником в руках.

– Совсем сдурел, старый? Все спят уже давно! – Не обращая никакого внимания на присутствие господина и гостьи, она продолжила надвигаться на дворецкого, опасно подбоченившись. – Ну-ка, дыхни, а? Опять с конюхом якшался, да?..

Мерил дернула уголками губ и еле слышно вздохнула.

– Как вижу, идея с тапочками была чересчур опрометчива, – проворчал Виндоухард-младший. – Наверное, лучше разуйся возле вон той тумбы, и пойдем, я сам провожу тебя в комнату. А с тапочками вопрос решим завтра.

Душеприказчица перевела безразличный с виду взгляд на хозяина поместья и молча кивнула.

А между тем пристыженный старик верещал и извинялся, пытался оправдаться, тыча пальцами поочередно то в сторону Алистера, то в сторону гостьи. Схватив Уортона за плечо, женщина сноровисто уводила его за собой.

– Служанки на ночь домой уходят, – оправдывался Виндоухард-младший, пока Мерил разувалась. – А ты только что видела кухарку, тетушку Сьюди, она раньше всех встает, еще до рассвета, поэтому не выносит шум. Помню, было время, когда я ее изрядно побаивался…

– Хм, – только и ответила Мерил.

Обычно она была не прочь поговорить, но только не сейчас, поняв наконец, во что ввязалась и на какой непозволительно долгий срок. Поэтому, исключительно чтобы не обидеть нанимателя неуважением к увиденному зрелищу, душещипательница из семейства Пери решила скрепя сердце помолчать. Что с ней случалось не так часто.

Но сегодняшний случай был особым. Ведь еще совсем недавно ее терпение испытывало сразу все: и слякоть, и тяжелый сундук, и чемодан, и досаждающая застежка плаща, и джентльмены в таверне, и тикающий хронометр, и даже орущий престарелый слуга в виде дворецкого Виндоухардов. Большего числа испытаний психика девушки грозила не выдержать и могла явить миру другую Мерил, которую заочно побаивались во всем Ирвинтведе. Кто, конечно, знал об одном знаковом событии. Сама Мерил не любила вспоминать об этом случае, поэтому повела плечами, стараясь прогнать подальше призраки плохого настроения. Медленный вдох-выдох – и девушка с энтузиазмом, хоть и показным, поднялась с корточек и отправилась вслед за Алистером на второй этаж довольно хлипкого и пошарпанного здания, за годы и годы запустения утратившего свой изначальный лоск.

Глава 3

Оборванная жизнь

Одно маленькое событие может стать началом большой войны, реже – исключительной приязни…

Двенадцать лет назад

Точильный камень монотонно скреб по лезвию клинка, время от времени высекая белоснежные искры. Высокий и довольно худой мастер, брюнет среднего возраста со щетинистыми впалыми щеками и непослушными вихрами на голове, восседал на табурете, будучи одет по-домашнему, в серый фартук из мешковины. Несмотря на опасность подобного занятия, он, наоборот, расслабленно смотрел перед собой, двигая лезвием оружия то влево, то вправо, то вверх, то вниз.

«Чирк, чирк!» – слышались звуки, время от времени разбавляя монотонную гармонию, царящую в маленькой квадратной комнатушке-мастерской Рувала Пери, главы многочисленного семейства душещипателей из Кешты, столицы благополучного королевства людей Ирвинтведа.

Нога оружейных дел мастера то и дело нажимала на деревянную ножную педаль, кожаными ремнями приводящую в движение целый вращательный механизм. С каждым нажатием стопы точильный камень словно ускорялся, а скребущий звук волнообразно усиливался и так же постепенно затухал.

– Папа? – В приоткрытой двери показалась маленькая девочка в черном-пречерном, закрытом по самую шею платье и белоснежных гольфиках, скрывающихся в недрах пышной