Не обмани меня - Марианна Сергеева

прохладно, отчего я зябко поёживаюсь, и это не укрывается от мужчины.

— Беги, пока совсем не замёрзла. Я позвоню.

Поднявшись по ступеням, оборачиваюсь — опершись на капот, Андрей ждёт, когда я зайду внутрь.

Глава 3. Конфетно-букетная

«Você não vai querer Que eu chegue no final».

Тебе не захочется, Чтобы я заканчивал.

(«Mas Que Nada» — Jorge Ben Jor)

Следующие после прогулки по набережной дни я провожу за учёбой и в ожидании свиданий с Андреем. Из-за его занятости встречаемся мы один-два раза в неделю, в основном, по субботам. Чем больше я провожу с ним времени, тем больше очаровываюсь им. Светка утверждает, что со мной стало невозможно общаться, потому что я постоянно витаю в облаках, и что я «променяла лучшую подругу на мужика». Но когда они со Стоговым изредка пересекаются, ведёт себя с ним дружелюбно. Оксана часто в шутку выражает желание познакомиться с мужчиной, от которого, по её словам, у меня глаза сияют радостью.

— Цветёшь, Смирнова! — добавляют к традиционному приветствию однокурсники.

Я же думаю, что красота в глазах смотрящего. Когда я с Андреем, когда он смотрит на меня так по-особенному, я ощущаю себя самой красивой и желанной.

Места для свиданий Стогов выбирает сам, а я каждый раз с нетерпением гадаю, куда он меня повезёт: рок-кафе, джаз-клуб, зоопарк, боулинг, театр.

Мы с подругами были несколько раз в зоопарке ещё на первом курсе, так что я, конечно, знала, что в нём собрана богатейшая коллекция животных. Но даже не догадывалась о живописных природных уголках, спрятанных в зарослях деревьев и кустарников. В один из таких уголков меня и увлекает мой прекрасный мужчина после того, как мы обходим почти всю территорию.

И вот я сижу с ним рядом на берегу протекающей здесь небольшой реки, кормлю серых уток кусочками хлеба, жмурюсь от проникающих сквозь поредевшую листву лучей осеннего солнца и украдкой любуюсь мужественными чертами лица моего спутника. Он расслаблен и безмятежен. Опираясь одной рукой о согнутую в колене ногу, наблюдает за мной с ленивой улыбкой. Притягивает к себе, щекочет губами шею и целует так сладко и так долго, что губы начинают болеть от его поцелуев.

Новым для меня опытом становится игра в боулинг. Закрытый клуб, куда привозит меня Андрей, расположен за городом на одной из баз отдыха. С любопытством оглядываю просторное помещение, оформленное в сине — голубых тонах, вызывающих ассоциации со звёздным небом.

— Наша дорожка пятая, — сообщает Стогов, когда мы переобуваемся в выданную нам на ресепшене специальную обувь, и добавляет с явным предвкушением, — сегодня я буду твоим тренером.

Он помогает мне выбрать шар по весу и по расточке большого пальца и показывает, как правильно его держать и как бросать на дорожку.

— Шар на линии груди, руку расслабь, второй рукой поддерживай. Вот за эту фол-линию заступать нельзя. Шаг с правой, два, три — замах; четыре — левая нога впереди — бросок, — командует Стогов.

Его близость мешает сосредоточиться и сбивает дыхание. И судя по лукавому блеску серых глаз, мой личный тренер прекрасно осознает, какое действие на меня производит.

После первых бросков мои шары скатываются в желоб. У Андрея же что ни бросок, то страйк.

— Часто здесь бываешь?

— Бываю иногда. Помогает переключиться и сбросить напряжение. Подожди-ка.

Стогов уходит на ресепшен и возвращается с небольшим предметом черного цвета.

— Давай наденем тебе перчатку, чтобы кисть была на месте, тебе будет удобнее бросать, — он сам надевает мне специальный аксессуар.

Наконец, мне удается сбить почти все кегли.

— Получилось! Урра-а-а! — меня переполняют эмоции, я визжу и прыгаю от радости, нимало не стесняясь других посетителей, играющих на соседних дорожках. Обнимаю Андрея за шею и висну на нём.

— Ты умница! — он с готовностью подхватывает и озорно чмокает в нос. — Сделаю из тебя настоящего боулера.

В один из выходных дней, когда Оксана уходит к своему парню, я всё же приглашаю моего мужчину к себе на чай.

Пока ставлю электрочайник и режу собственноручно испечённый яблочный пирог, Андрей осматривает нашу комнату.

— У вас по-домашнему уютно, — признаёт в итоге.

— Да, родители постарались.

Мы живем с Оксаной вдвоём в комнате на троих. Стены обклеены как раз перед моим вселением светло-бежевыми обоями. Пол застелен новым паласом. На окнах белые тюлевые занавески и габардиновые шторы золотисто-жёлтого цвета. Родители договорились с администрацией общежития, что обставят комнату своей мебелью. Из казённого имущества остался только встроенный шкаф, который мы тоже освежили специальной самоклеящейся плёнкой.

Стогов задерживается глазами на плакатах «The Beatles» и «LedZeppelin» над Оксанкиной кроватью и замечает на моей лежащую там книгу.

— Что читаешь? — устраивается на стуле и небрежно пролистывает.

— Данте «Божественная комедия», — озвучиваю то, что он и сам уже успел увидеть на обложке.

— До чистилища уже дошла или ещё ад? — уточняет, оценив по закладке количество прочитанных страниц.

— Восьмой круг. А ты откуда знаешь?

Он задумывается, припоминая:

— Обманщики? После них только предатели — самый страшный из грехов.

— Да. Ух ты! Я впечатлена, — смотрю на него с изумлением.

— По-твоему, юристы читают только кодексы и законы? — хмыкает и откладывает книгу в сторону.

— Нет, конечно. Ну, просто, это же специальная художественная литература. Ладно там русская классика, — оправдываюсь я.

Стогов вдруг перехватывает меня за локоть, сажает к себе на колени:

— Иди сюда!

В его глазах снова прячется так любимая мной лёгкая смешинка и кипит откровенное мужское желание, на которое восторженно отзывается каждая клеточка моего тела. Его губы, такие чувственные и искушающие, касаются моих податливых губ. Его ласки, сначала легкие и невинные, становятся всё более раскованными, и я, забывшись, с упоением отдаюсь им. Нежусь в его поцелуях, в то время как Стогов уверенно расстегивает одну за другой пуговицы на моей блузке и осторожно сжимает грудь. Но сегодня он этим не ограничивается. Стягивает ставший лишним предмет одежды и небрежно отбрасывает в сторону. Приподнимает и усаживает меня на себя верхом, словно наездницу, ловко справляется с застёжкой кружевного бюстгальтера, отправляет его вслед за блузкой и жадно припадает губами к обнаженной груди. А я позволяю ему проделывать всё это со мной, как кошка, ласкаюсь и выгибаюсь в его руках. Зарываюсь пальцами в его волосы, испытывая сложный чувственный микс из смущения, блаженства и потребности в большем…

… и не сразу слышу звук поворачивающегося в замке ключа.

— Ох! — так некстати появившаяся на пороге Оксана, опешив от неожиданности, отворачивается, бормочет: «Подожду в коридоре», — и ускользает за дверь.

Приходится признать, что наше со Стоговым домашнее