Зачем нужен муж? - Клаудиа Кэрролл

И, кроме того, все, что поможет мне забыть того, чье имя навсегда останется неизреченным, будет только к лучшему.

Мои друзья сделали все возможное и невозможное, чтобы помочь мне оправиться после трагического разрыва: Кэролайн — своим участием и мудростью и верой в то, что все само собой образуется; Рэйчел — бесконечными повторениями, что он ничтожный ублюдок, которого надо обходить за милю; и Джейми — дав мне понять, что нет такой трагедии, над которой нельзя было бы посмеяться. Но наконец-то пришло время взять все в свои руки.

Возвращение в нашу старую альма-матер, ДУК, оказалось крайне волнующим переживанием. Все те же бетонные джунгли на тех же местах, те же самые запахи дешевых духов и мужских гормонов. С одним, правда, исключением. В четверг вечером университетский городок казался вымершим, если не принимать во внимание нескольких запоздалых пешеходов, с виду — упертых зубрил, пробирающихся закоулками в библиотеку.

Тогда, в дни моей юности, каждый вечер битком набивался только бар. В сущности, колледж для нас был тем же времяпрепровождением, что и общеобразовательная школа, только с мальчиками, баром и без этой жуткой школьной формы. Но новое поколение, кажется, приходит сюда учиться, чтобы потом трудиться без отдыха и в конце концов получить хорошую работу. Никакого сравнения с далекими, туманными восьмидесятыми.

Труднее всего было заставить себя выйти из машины. Все равно что отправляться в спортзал холодным зимним вечером, когда приходится буквально за уши вытаскивать себя из любимой, теплой, уютной квартирки на пробирающий мороз и в фитнес-клуб. Ну же, разок на беговую дорожку — и я крутая. То же самое.

Ну ладно, приступим.

Я повторила свое заклинание («Я хочу удачно выйти замуж, о Великий Космос, пожалуйста, если это вас не затруднит»), решительно зашагала прочь от парковки и нашла дорогу к гуманитарному корпусу. На доске объявлений значилось: «Как найти мужа — для женщин старше тридцати пяти. Преподаватель: Ира Вандергельдер. Аудитория 201, второй этаж».

Пока что все шло нормально. Я поднялась по лестнице — это оказалось нетрудно. Набрав полную грудь воздуха, я преодолела последнее искушение рвануть отсюда на полной скорости и заставила себя открыть дверь аудитории.

К моему удивлению, она была забита битком. Разумеется, женщинами. Во втором ряду с краю оказалось свободное место, и я протиснулась туда, старательно пряча глаза и вознося к небу молчаливую мольбу, чтобы здесь не оказалось никого из знакомых. Никто не болтал даже шепотом, что поразительно для комнаты, полной женщин; как будто мы все были настолько удручены своим присутствием здесь, что не могли заставить себя даже словом перемолвиться.

Тишина была мертвая, так что слышались только жужжание ламп дневного света над нашими головами да редкие покашливания.

О боже, я чувствую себя такой ущербной, может, лучше не позориться? Я хочу сказать, не то что бы я когда-нибудь снова встретилась с кем-нибудь из здесь присутствующих…

Нет, сказала я себе самым настойчивым тоном из арсенала продюсера, раз уж ты зашла так далеко, не трусь. Твое присутствие здесь означает не то, что ты несостоятельна в отношениях с мужчинами, а то, что ты готова исправить ситуацию. Кроме того, напомнила я себе, когда ты в последний раз получала открытки на День святого Валентина? Или букет цветов от нормального мужчины или даже актера, который бы не хотел, чтобы ты взяла его на работу?

Я закрыла глаза и приступила к краткому сеансу креативного воображения.

Да. Вот она я, в платье от Веры Вонг, со своим безликим мужем, Рэйчел и Кэролайн — подружки невесты, Джейми — дружка, мой папочка сияет от гордости, что его единственная дочь наконец-то нашла себе кого-то, а у мамочки на лице написано большими буквами такое оторопелое «быть не может, неужели эти чудеса происходят наяву», как бывает только у тех, кто вдруг выиграл в лотерею…

Еще один глубокий блаженный вздох.

Да, я справлюсь.

Я пройду эти курсы.

Если окажется, что это ерунда, я больше никогда сюда не приду.

Стоит попробовать.

Ровно в восемь часов дверь со стуком распахивается.

— Итак, могу поспорить, все вы сейчас задаетесь одним и тем же вопросом: «Кто стащил мою паранджу?»

Все мы поднимаем глаза на женщину, которая величественно вплывает в аудиторию.

Ире Вандергельдер, скорее всего, пошел седьмой десяток, она крохотного роста и изящно одета в красный, как английский почтовый ящик, костюм от Шанель, у нее прическа платиновой блондинки в стиле Маргарет Тэтчер, а большие бриллианты на каждом пальце составляют внушительный кастет. Она элегантна, как Нэнси Рейган, и ехидна, как Джоан Риверс, с той же величественной безапелляционной нью-йоркской прямотой.

Она нравится мне с первого взгляда.

— Уверена, что сейчас вы спрашиваете себя, что я сама делаю здесь. Я привлекательна, я очаровательна, я счастлива, мне следовало бы сидеть дома с мужем. Что ж, у меня для вас новости. Дорогие спящие красавицы, это вам сигнал проснуться. Просто посетив мои курсы, вы уже успешно дозвонились в Скорую помощь незамужним.

Мы глядим на нее во все глаза. Клянусь, мертвая тишина превращается в гробовую.

— Похоже, что вы представляете собой то, что я называю поколением отчаявшихся золушек, — продолжает Ира, занимая свое место за кафедрой и остановившись передохнуть. — Да, вы разбили свою хрустальную усыпальницу, но заодно разбили и хрустальную туфельку. Если вы собираетесь ныть и рыдать по этому поводу, можете уходить. Но если вы останетесь тут и будете делать в точности то, что я вам скажу, вы выйдете замуж в течение года.

Женщина рядом со мной, спохватившись, начинает записывать. У нее короткие рыжие волосы, немодные массивные очки, и я почти уверена, что в младших классах она была ответственной дежурной по столовой.

— Прежде чем мы начнем, дамы, я задам вам один вопрос.

Ира встает перед белой классной доской, уперев руки в боки; чувствуется, что с ней шутки плохи.

— Я не имею в виду ничего незаконного и аморального, просто хочу, чтобы вы спросили себя: «Готова ли я сделать хоть что-нибудь — а под этим я подразумеваю что угодно, — чтобы найти себе мужа в этом году?» Если ваш ответ «нет» — прошу на выход, дверь справа. Добрые люди из ДУК вернут вам плату за обучение и — не поминайте лихом.

Наступает тяжелое молчание, пока мы неуютно поеживаемся на своих местах. Никто не двигается с места, хотя мне приходится бороться с искушением послать сообщение Рэйчел по поводу того, что она пропускает.

— Хорошо. Вы все прошли первый тест, — одобрительно отмечает Ира. — Итак, дамы, позвольте мне сразу уведомить вас о двух вещах. Первое. Мне все равно, почему вы до сих пор не замужем. Может быть, вы стремитесь замуж в первый раз, а может быть, и в четвертый. Возможно, вам не встретился подходящий мужчина, — один бог знает, почему вы все здесь. Может, кто-то не захотел расстаться со своими прежними связями, или кто-то живет с вами, но не хочет брать на себя обязательства или, даже если и хотел, постепенно утратил к этому интерес. Может быть, вы сильно пострадали в прошлом и боитесь вновь обжечься. Или, возможно, вы уделяли все свое время и энергию карьере, но проснулись однажды утром — и вот вы все здесь. Не замужем, старше тридцати пяти и в панике.