Мистер Данбартоншир - Олег Борисов

– Ты хочешь сказать, что какое-то крохотное племя на краю земли смеется над одним из сильнейших богов этого мира и он с ним сладить не может?! – поразился мистер Данбартоншир. – Как же это произошло?

– Молод был, – покаялся Юпитер. – В отпуск на острова ездил, мир смотрел, отдыхал. И по глупости попозировал аборигенам. Ну и пару-тройку чудес продемонстрировал, чтобы поняли, с кого статую высекают… На чем и попался…

– Это как так? – не понял хозяин избы, кутаясь в халат.

– Ребята ушлые оказались. И сообразили, что статуя теперь со мной связана тайными узами. И если где у них мор или еще какая напасть, то берут лом и тычут каменного болвана почем зря. А я – бросай все и беги спасать. Кукуруза не уродилась – спасай. Акулы сети порвали и рыбаков слопали – спасай. Миссионеры приехали и стали народным пляскам мешать – загляни на огонек и шашлык отведай… В последнее время даже зовут похмелье у вождя снимать… Сил никаких нет…

– И ты… – заинтересовался столь необычной историей колдун.

– И я сначала решил показать, кто там главный… Неделю остров громил. Можно сказать, по кускам разобрал… Но как разобрал, так и собрал обратно. Все восстановил, листики на пальмах заново вырастил, лаву песочком присыпал и мертвых из загробного мира вернул… Потому что молодой был и глупый, дал клятву не переносить статую с места на место и разрешил поклоняться ей в любой момент времени, если кому приспичит.

– А плюнуть на их требования не пробовал? – уточнил для себя ситуацию великий и могучий чернокнижник.

– Сам попробуй! – рассердился Юпитер, потирая бок. – Если бы тебя каждый день ломом, да со всего размаху… Посмотрел бы я, насколько бы терпения хватило…

– Дела… – протянул старик, осознав всю глубину проблемы. – Это они хорошо устроились с личным безотказным божеством… Чуть пятка почесалась – лом в руки и статую ковырять…

– Именно, – согласился гость. – Мало того, они уже дальше пошли – стали кукол лепить и иголками их тыкать. Но это так, для развлечения, над туристами поиздеваться. А основное их счастье стоит посреди деревни на постаменте и каменной бородой каждое утро встречает… Спасай, Карлович, потому как еще неделя такой жизни, и я просто спалю все дотла. Вместе с истуканом. И не будет больше Юпитера…

Мудрый и осторожный колдун медленно допил чай и решился:

– Адрес давай. Я прогуляюсь и по ситуации посмотрю. Если можно помочь, то о цене отдельно поговорим… Но я бы на твоем месте уже мешки готовил. Пять-шесть, как ты только что обещал… Как там их старшего зовут?

– Вуду, – засуетился бородатый гигант. – Так и зовут – великий Вуду. Вредный старикашка, должен тебе сказать… Вот я тебе даже карту уже нарисовал. Как Тихий океан перемахнешь, так вот здесь и приземляйся…

Следующая неделя выдалась для верховного древнеримского божества насыщенной. Мистер Данбартоншир навестил хитрое племя и попытался использовать весь спектр своих приемов, наработанных за долгие столетия. Но как он ни старался, вредный вождь и его подданные не желали отдавать столь удачно приобретенную статую и с невиданной наглостью отвергали любые предложения. Обиженный до глубины души, обладатель нордического характера в итоге утратил душевное равновесие и устроил локальный Армагеддон, исправлять последствия которого пришлось заказчику.

Семь дней великий и свирепый специалист по недоброй магии крушил, жег, поднимал из могил и заталкивал туда племя целиком и частями. И так же, как он уничтожал, Юпитер восстанавливал, отстраивал, воскрешал и пропалывал грядки, заботливо вскопанные на месте бывшего кладбища. В конце недели бедолага не выдержал и взмолился:

– Карлович! Всем нашим пыльным божественным пантеоном заклинаю, прекращай! Еще раз что удумаешь, и у меня терпение закончится!.. Хватит!.. Это для тебя развлечение и тренировка, а я в зеркало смотреться боюсь, живого места не осталось!

– Ладно, – недовольно сдался мистер Данбартоншир. – У меня в запасе было еще кое-что, но раз просишь…

– И на том спасибо, – устало отер пот Юпитер.

– Но, сам видишь, ситуация необычная, цену придется удвоить.

– …! – Бородатое божество обреченно сплюнуло и испарилось.

А старик остался сидеть рядом со злосчастной статуей, медитируя на заходящее солнце.

Вождь Вуду, черный, как уголь, и безразмерный, как океан, попытался вырвать левую пятку из чужих крепких рук и проснулся.

– Кто посмел меня беспокоить?! – заверещал он, выбираясь из-под стола, за которым вечером отмечали сокрушительное поражение назойливого чужеземца, устроившего столь неприятное светопреставление.

– Я это, я, – миролюбиво ответил колдун. – Пойдем, мил-человек, хочу тебе кое-что показать.

Вуду настороженно покосился на лом, которым собеседник аккуратно похлопывал по ладони, и постарался настроиться на хорошее начало нового дня:

– Бить будешь? Так ведь пробовал уже…

– Кто? Я?! – искренне удивился сибирский гость. – Я и мухи не обижу… Нет, всего лишь хочу рассказать вам о будущем, которое открылось мне сегодня ночью… Пошли…

И старик бодро засеменил к статуе, аккуратно положив ржавую железку на плечо.

Встав у постамента, мистер Данбартоншир подманил вождя поближе и ткнул остро отточенным концом в облупившиеся за долгое время буквы:

– Прочти, пожалуйста.

– Лом давай, – легко согласился Вуду.

– Зачем?! – От неожиданной просьбы колдун чуть не выронил инструмент из ослабевших рук.

– Я читать не умею, мне это без надобности. Сейчас бородатого позовем, он прочтет.

– А… Ну давай без столь кардинальных действий. Сам тебе прочту… Слушай и запоминай: «Я, Юпитер, божество римское, а также германское, а…» Ну тут он перечисляет всех, кого вспомнить смог… А вот главное: «Обещаю, что выполню любое пожелание, что дойдет до ушей моих. И после исполнения воздастся сторицей за просьбы ваши…» Понял, абориген? Как вы к нему, так и он к вам… И одно дело – хлебом-солью покладистого бога встречать и совсем другое – по глупости ломом куски тела ему отколупывать…

– Так мы от чистого сердца! – Вуду попытался осознать вновь открывшийся факт и скрыть дрожь в коленях. Но гость лишь печально улыбнулся и погрозил пальцем:

– Мой друг прислал меня, чтобы решить эту проблему. Он очень занятой бог, очень. Занятой и невнимательный. Написал ведь все правильно, но забыл по доброте душевной… Я вот не забываю… Поэтому можешь поверить, я каждую щербинку посчитаю, каждый скол на статуе под микроскопом рассмотрю. И верну сторицей, как и обещано… Этим самым ломом… Готов за любимое племя пострадать? Пальцем за палец, ударом за удар… И с набежавшими процентами за прошедшие годы… Я для друга на сто лет здесь останусь, ради торжества справедливости…