Реверс - Маргарита Полякова

Поскольку я выбрала сразу две специализации — алхимию и артефакторику, то и практику должна была проходить у двух бакалавров. При грамотно составленном расписании — ничего особо сложного. Я вообще поняла, что запоминаю информацию гораздо лучше окружающих и в больших объемах. Видимо, сказывается опыт существования в мире, где жизнь идет намного быстрее. И каждодневный информационный поток намного мощнее. Да, собственно, и научный подход совершенно другой — более системный. С первых же уроков алхимии я начала делать то, до чего в данном мире до сих пор никто не додумался — составлять таблицу ингредиентов, их свойств и способов взаимодействия. Необходимость данного занятия, спасибо Менделееву, мне была абсолютно очевидна.

Единственным, что плохо поддавалось классификации, была магия. Точнее, ее влияние на процесс приготовления настоек, порошков, мазей и артефактов. Насколько я поняла из объяснений дьорла Мозериса, в каждый из используемых ингредиентов уже заложены определенные магические свойства, и мы должны их активировать. То есть если накидать в глиняный горшок всякой бурды, то никакая магия не поможет сотворить из этого, допустим, действенную противопростудную настойку. Если взять травы и ягоды для вышеозначенной настойки строго по рецепту, но доверить изготовление человеку, не обладающему магией, то ничего лечебного в результате тоже не выйдет. А вот если совместить правильные ингредиенты с соответствующим магическим воздействием — тогда и получится необходимый результат.

Я пока не очень понимала, как загнать в таблицу столь абстрактные данные, поэтому оставляла дополнительные записи на полях. Что именно я делала, каким образом, и когда получался наиболее оптимальный результат. Выводы не слишком радовали. Количество имеющейся у меня магии было невелико. Да, его можно было увеличить, если постоянно тренироваться, но потолок магистра мне не перепрыгнуть никогда. Сильными магами рождались только представители первого сословия. И, я так подозреваю, это обуславливалось не только генетически, но и с помощью определенных ритуалов при рождении ребенка. Остальным магия доставалась по остаточному принципу.

Нужно сказать, что сделанный вывод по поводу ограниченности моих способностей меня не особо расстроил. Да, конечно, сильный магический дар еще никому не помешал, но с моим происхождением мне и так не слишком много светило. Если из третьего сословия еще можно было перебраться во второе (закончив школу), то попасть в первое было невозможно ни под каким видом. Там принималось во внимание только происхождение. И, соответственно, делиться с низкорожденными «особыми знаниями» никто не собирался.

Собственно, все, что я могла сделать в такой ситуации — учиться как можно усерднее. Диплом бакалавра — это мой единственный шанс хоть как-то устроиться в жизни. Быть служанкой у меня нет никакого желания. Так что грядущую летнюю практику я рассматривала как возможность не только проверить свои умозрительные выкладки, но и испытать себя в деле.

Первый выход в город произвел на меня неизгладимое впечатление. Я так долго сидела в четырех стенах, что уже успела позабыть, насколько прекрасен окружающий мир. Каменные здания, черепичные крыши, мощеные улицы и яркая зелень делали город довольно уютным. А одежда горожан радовала глаз яркими расцветками. Мода была на редкость разнообразной. Мужчины, в основном, одевались так же, как дьорл Мозерис. Консервативные костюмы отличались только качеством ткани и затейливыми узлами на шейных платках. А вот женщины выглядели по-разному.

Нет, в моем мире, помнится, дамская мода в течение девятнадцатого века тоже довольно резко менялась. В начале века модницы предпочитали почти облегающий ампир, лет через тридцать перешли на подчеркивающий талию бидермейер, а в 60-х вернулись к пышной моде 18 века с непомерно широкими юбками на кринолинах. Местная мода, как раз, была ближе всего ко «второму рококо». Наряды отличались только расцветкой и качеством ткани. На фоне всех этих дам, чувствовала я себя, в лучшем случае, очень бедной родственницей. Имеющиеся в моем гардеробе два идентичных платья (одинаково мерзкого коричневого цвета) после года носки выглядели откровенно жалко.

Город мне понравился. Очень. Он совершенно не соответствовал моему представлению о средневековье — никаких потоков зловонной жижи по мостовым, неприятных запахов и непролазной грязи. Магия помогала содержать его в чистоте. Стражники, впрочем, тоже не дремали, поддерживая на улицах порядок. Здесь даже нищих не было. Может, сказывалась близость магической Академии? Она была очень хорошо видна, особенно в хорошую погоду. Белая громада замка, напоминающая Нойшванштайн, возвышалась на холме и поражала своими размерами. Это был целый город, где для представителей высокородных семей было организовано не только обучение, но и проживание со всеми удобствами. Комфортные помещения (ничуть не похожие на общагу), магазины, торгующие самым высококачественным и дорогим товаром, площадки для фехтования и рыцарских турниров, огромная библиотека и вышколенные слуги. Попасть за периметр мощных стен было пределом желаний любого торговца. Здесь оставались жить только самые талантливые и знатные выпускники. А в самом центре замка, по рассказам, находилась Белая башня, где жили представители Совета архимагов со своими семьями. Словом, мечта. Для меня, к сожалению, недостижимая.

Лавка алхимика дьорла Лимиса понравилась мне не меньше, чем сам город. Здесь все было упорядоченно, и помещение производило впечатление серьезного заведения, а не шарлатанской конторы. Я оценила количество различной посуды, запасы ингредиентов, и пришла в уныние. Чтобы купить хотя бы часть всего этого, нужны деньги. И немалые. А у меня никаких финансов не было. Впрочем, дьорл Лимис меня несколько приободрил, сообщив, что если я буду усердно трудиться, то смогу заработать на продаже собственных настоев и мазей. Не слишком много, конечно, но начало будет положено. А оборудование для лаборатории можно покупать постепенно, предмет за предметом. Тогда есть надежда, что к моменту выпуска из школы, я обзаведусь хотя бы самым необходимым. Если, конечно, мне удастся доучиться до этого светлого момента и не срезаться на экзаменах.

Первый месяц меня допускали до самых элементарных работ — растереть что-нибудь в ступке или мелко порезать. Потом я начала готовить настои и мази самостоятельно. И действительно смогла продать несколько своих произведений. Капли от насморка, мазь от ревматизма, общеукрепляющий настой и прочие элементарные вещи. Плюс, со второго месяца, я начала проходить практику и по своей второй специальности — артефакторика. И буквально через две недели смогла создать первые элементарные амулеты. В основном, отпугивающие мелкую живность типа мышей. Словом, все тот же уровень двух первых магических ступеней, не выше, но главное было набраться реального опыта. И заодно, кстати, в местной денежной системе разобраться, поскольку Лесянка не держала в руках ничего, кроме медной мелочи — всем основным ее снабжали родители.