По велению вселенной… Я завоевываю земли - Анастасия Волкомир

Я устало вздохнула. Кажется, я поспешила с выводами. Мне стало как-то душно в его компании, уж больно его много.

– Тем не менее, факт остается фактом. Он – проиграл, его куртка – моя. Кто успел, тот и съел. А чего я хочу добиться этим – тебя не касается. Да и не поймешь ты.

– Ты всех хочешь победить?

– Да. А ты нет?

– Нет.

Ах, ты, не подловить засранца!

– Ну, вот видишь. Как я и говорила. Между нами большая идейная пропасть. Нечего мне тут с тобой зевать. Ни ответа, ни совета. Покеда.

– Ты как всех победишь – дай знать, похлопаю в ладоши хотя бы. Никогда воочию не видел экзистенциальное зло.

Я хотела было задаться вопросом: «К чему это?», но решила пропустить это неуместное замечание мимо ушей. Я и без того потратила слишком много времени, а товары еще не собраны.

По дороге до таверны я долго обзывала его в сердцах. При всем раскладе меня посещали и более дерзкие мысли. Может, мне следует подружиться с этой безнадегой? Да ну, нет. Такой до смерти задавит своим «очень важным мнением». Очередная напускная всезнайка. Еще хуже, чем маги.

Черт, а ведь он заинтересовал меня. Завел, как механическую игрушку. Давно я не испытывала такой фонтан эмоций от определенной персоны. Ну, может, стоит попробовать?

«Не пытаться манипулировать драконом»

***

Отбросы отлетали с сумасшедшей скоростью. Они имели привычку ходить по территории в одиночку, и не прокачиваясь. Будто их не волновал выигрыш вообще. Впрочем, мне это играло только на руку, пусть и интерес соперничества постепенно стихал во мне. В скором времени их уже почти не было.

Я стала чаще замечать одну девушку. Она была не запоминающейся внешности и в какой-то дряблой серой водолазке, что обтягивало ее и без того тощее тело. Не скажу, что она была примечательной, но та часто сидела на окне и смотрела на центральный вход, на металлические забор и ворота. Просто сама попадалась на глаза. Мне казалось, что та выглядывала меня, но я запретила себе накручивать эту мысль. Я давала себе отчет в том, что всего лишь паранойя.

По школе распространялся слух о супер сильном бойце, но каждый придумывал для него свою мотивацию, внешность и классификацию. Никто не догадывался ни обо мне, ни о моих настоящих намерениях. Это радовало. Главное, что я приближаюсь ко второй ступени. Осталось совсем немного.

Я улучшила оружие, заменив тетиву из синтетики на натуральный шнур. Теперь стрельба давалась мне легче. Все чаще я стала попадать в цель с первого раза.

На прошлой неделе мне попалась хорошая добыча. Много времени мне потребовалось, чтобы выследить его в момент беззащитности. Я давно не выбивала столько монет из одного бойца. Он был самым дерзким и всех. Много проблем доставлял учителям. Похоже, его поражение только принесло покой взрослым. Он сам подмывал на устранение, это был логичный исход для его компании.

«Может, я, в каком-то смысле, санитар леса?» – после этого случая подумала я. Я даже не ненавидела этого парня, он был мерзок для всех. Устранив его, я оказала всем большую услугу. Вот бы так с каждым… Да невозможно. Всегда должен быть какой-то враг, даже мнимый, чтобы на его фоне выглядеть хотя бы нейтральным добром. Одно без другого не живет, а кто кого победит – лишь вопрос времени и моральных устоев. Я для себя давно решила, что не хочу присоединяться ни к тем, ни к другим. У обеих сторон свои подводные камни и каждый от такого союза имеет скрытую прибыль. Я тяготею к такой завуалированной меркантильности.

Я давно не чувствовала себя так хорошо. Я даже перестала принимать седативные. Оно больше не действовало. Теперь у меня был другой способ успокоения, и он приносил ощутимый результат.

***

Вопреки моим ожиданиям, Рыжая стала смотреть на меня, не скрывая беспокойства. Иногда она даже будто боялась подходить ко мне. Сохраняла расстояние и пыталась в лишний раз не показаться на глаза.

– Что, считаешь меня чудовищем? – Спросила я ее, когда мы вместе шли домой. До этого мы не разговаривали. Мы даже не договаривались о совместном походе, так случайно вышло. Мы жили по разные улицы, но путь частично соприкасался.

Она долго думала над ответом. Время позволяло, и на этот момент истины было ее союзником. Мы все равно стояли около железной дороги, ждали пока проедут все грузы с углем. Я невольно пересчитывала каждый. Эх, вот бы можно было их грабить. Сколько бы я получила прибыли…

Машу же поезда явно не интересовали. Она всегда боялась громких звуков. Правда, та была так погружена в себя, что, видимо, мысли заслоняли любой шум.

– Я не знаю, Саш.

Меня этот ответ не устроил.

– Да ладно тебе, так и скажи: «Мне не нравится то, чем ты занимаешься», вот и все. Ты думаешь, я обижусь на тебя?

– Я думаю, что ты все равно не перестанешь делать это.

– Правильно думаешь.

Она легонько кивнула. И снова наступила неуютная тишина.

– Как твой папа поживает?

– О, ты его не забыла. Ну, как-как… Работает с утра до ночи. Ты же знаешь, мы никогда не жили на широкую ногу. Да и долги не все раздали. Я пыталась доказать, что мне стоит уйти после девятого класса и тоже куда-нибудь устроиться. Тот наотрез отказался. Говорит: «Я должна учиться».

Маша пожала плечами: – Мне мачеха тоже так говорит.

– Да уж, если бы их еще волновало, что мы хотим.

– Ну, вреда от этого не будет.

– Пользы тоже.

Та вздохнула. Ответа не последовало. Наверное, я слишком упрямая для нее. Честно говоря, мне все еще хотелось верить, что она на моей стороне. Пусть и маленьким процентом своей необъятной души. Мне так не хотелось от нее отдаляться. Она была олицетворением моих остатков адекватности и здравого рассудка, пусть и в чужом теле.

– Слушай, – продолжила я, – а мы еще дружим?

Не знаю, почему я решила задаться этим вопросом. Видимо, хотела убедиться: Существует ли эта поддержка на самом деле, или она тоже мнимая? Я должна отбросить все лишнее, теперь я – другая.

Она одобрительно кивнула: – Я ничего не имею против тебя.

Эти слова звучали ровно, но я почему-то не получила ожидаемого удовлетворения. Может, из-за отсутствия контакта глазами. Нет, Маша никогда не могла смотреть в лица. Бывали исключения, но редко. Это был ее недуг, который сопровождал ее и в прошлом. Да и вряд ли она когда-нибудь справится.

Поезд прошел свой путь,