Удивительная история Мэри Стенз - Роберт Уэйд

Он хмуро смотрел сквозь стекло машины на яркие витрины магазинов вдоль Стренда. Майское солнце расплескало по серым панелям свое ослепительное сияние. Внезапно шофер резко затормозил перед зеброй перехода, и мимо машины потекла равнодушная толпа пешеходов.

«Надеюсь, она получит то, к чему стремится, — подумал Дарк, представив Себе Мэри Стенз. — Она ничем не отличается от других в нашей борьбе за существование в этих каменных джунглях — борьбе изнурительной и жестокой. Есть такие, кому успех сопутствует с рождения, но большинству приходится добывать его тяжкими усилиями. Однако, в конце концов, и они получают свое, хоть не всегда этого заслуживают…»

Такси остановилось перед большим домом на Кингсвей.

«Что за чертовщина! — спохватился Дарк. — Наверное, я и в самом деле старею, если даже разговор с некрасивой девушкой может огорчить меня и вывести из равновесия. Да, развод плохо повлиял на меня».

Он расплатился с водителем и, загнав мрачные мысли в дальний закуток сознания, толкнул вращающиеся двери. Неторопливо прошел через вестибюль и подошел к вахтеру.

— У меня встреча с мистером Уотсоном из отдела информации. Моя фамилия Дарк.

«На Уотсона можно положиться — он всегда закажет отличный завтрак. Черт побери, может быть, не такая это уж и плохая штука — жизнь», — заключил он.

Глава четвертая

За неделю в а/я В-2855 пришло две тысячи писем. Оттуда они попадали в кабинеты на третьем этаже фешенебельного здания на Парк-Лейн. Надпись на медной табличке у главного входа гласила: «Фирма «Черил-косметика». За дверью находился большой холл, разветвлявшийся на два коридора. Световые показатели лаконично сообщали: «Сбыт», «Реклама» и т. п. В восьми больших кабинетах размещались различные отделы фирмы, а в нескольких поменьше — работали секретари и младшие служащие. В холле стояла витрина из хромированного металла и стекла, где были выставлены товары фирмы «Черил»: лаки для ногтей, пудра, кремы, губная помада и разные виды шампуней. Неяркий свет мягко отражался от стен, окрашенных в спокойные пастельные тона — салатовый и беж. В воздухе холла всегда ощущался едва уловимый запах дорогих духов.

Один из самых больших кабинетов занимала миссис Аманда Белл — шеф отдела рекламы фирмы «Черил». Просторная комната была оформлена с незаурядным вкусом: матово-розовые стены, потолок с затейливой лепкой, изящные светильники. Из высокого окна открывался вид на Гайд-парк. На большом письменном столе царил безупречный порядок — ничего липшего, только светло-зеленая папка для документов, два телефонных аппарата и граненая стеклянная пепельница. Высокие зеленые шкафчики-картотеки походили на неподвижных роботов-часовых. На стенах в узких рамках под стеклом висели рекламные объявления фирмы, размещенные в самых респектабельных газетах и журналах. Пол покрывал мягкий белый ковер, и казалось, будто ступаешь по заснеженной поляне.

Миссис Белл сняла трубку одного из телефонов и набрала номер. На первый взгляд она производила впечатление ожившего манекена — новенького, блестящего, тщательно изготовленного по самым современным образцам. Ее красота напоминала скорее холодный лунный свет, чем теплые лучи солнца. Овальное лицо, с правильными чертами, покрывал незаметный слой крем-пудры производства «Черил», каштановые волосы с металлическим блеском служили наглядным примером высоких качеств «Черил-шампуня». Весь внешний вид миссис Белл воплощал деловую сдержанность и даже некоторую суровость, но в то же время из-под этой служебной личины проглядывал чисто женский характер — мягкий и нежный. Миссис Белл относилась к тем самостоятельным женщинам, которые делают карьеру без посторонней помощи. За восемь лет до этого, после смерти мужа, она твердо решила занять высокооплачиваемую должность и, не имея никаких особенных данных, кроме стройной фигуры и холодной красоты, решила попытать счастья в области рекламы. И ей повезло. Плата в две тысячи фунтов в год была немалым успехом для тридцативосьмилетней женщины, даже если принять во внимание необходимость время от времени защищаться от настойчивых ухаживаний мистера Фаберже.

Эмиль Фаберже был владельцем и директором фирмы «Черил», название которой происходило от имени его покойной жены. Черил умерла во время родов десять лет назад. Первые годы вдовства Эмиль был безутешен, но постепенно его поглотили более важные дела — нужно было «делать деньги». С годами он все больше полнел и наконец превратился в шароподобного толстяка с мясистыми губами и несколькими волосками на голове, большого любителя хороших коньяков и дорогих сигар. У него было три автомобиля самых дорогих моделей. Хорошенькие женщины притягивали его к себе, как магнит, и он всегда предпочитал скорее нападать, чем защищаться. Его амурные похождения в основном были довольно успешными, и даже Аманда Белл, холодная, как мощный рефрижератор, не устояла под энергичным натиском своего шефа. Но, в конце концов, она и не прогадала. Эмиль был щедр и не замедлил воплотить свою благодарность во вполне реальные вещи — уютную квартиру, дорогие туалеты, драгоценности и высокую должность, приносящую немалый доход. Конечно, помимо всего прочего, Аманда была опытным специалистом в области рекламы.

В этот день отдел рекламы оказался в центре внимания — ему предстояло выполнить огромную работу. Из двух тысяч ста двадцати двух девушек, откликнувшихся на объявление в «Гардиан», после тщательного и всестороннего отбора нужно было выбрать одну. К тому же, всю работу следовало провести по возможности тайно, что требовало не только четкого планирования, но и предельной осторожности.

Длинный гудок в телефонной трубке вдруг оборвался.

— Клиника Мортимера, — ответил женский голос.

— Доктора Раффа, пожалуйста.

Прошло несколько секунд, и в трубке раздался ровный и сухой мужской голос.

— Рафф слушает.

Миссис Белл улыбнулась в трубку.

— Это Аманда Белл, фирма «Черил». Мы готовы приступить к первой стадии плана «Красотворец».

— Когда?

— Если не возражаете, сегодня после обеда, доктор Рафф.

Последовала небольшая пауза, и в трубке послышался немного недовольный ответ.

— Хорошо. В три.

— Великолепно, — сказала миссис Белл. — Я приглашу мистера Фаберже.

— И больше никого, слышите? — предупредил сухой голос. — Это мое условие.

— И больше никого… — эхом отозвалась миссис Белл.

В трубке щелкнуло и наступила тишина. Улыбка исчезла с лица миссис Белл. Она задумчиво положила трубку и нажала красную кнопку в углу стола.