Международный коммерческий арбитраж - Станислав Николюкин

§ 3. Теории природы международного коммерческого арбитража

Решение правовых проблем, возникающих в процессе урегулирования спора в международном коммерческом арбитраже, зависит от правильного понимания субъектами разбирательства юридической природы данного органа.

Вопрос о правовой природе арбитража, арбитражного соглашения, арбитражного решения берет свое начало с момента появления внешнеторговых арбитражей в XIX в. в эпоху зарождающегося монополистического капитализма, когда гражданское судопроизводство не могло соответствовать тем требованиям, которые были вызваны потребностями внешнеторгового оборота. Тем не менее влияние, которое оказали правовые системы государств на становление и развитие международного коммерческого арбитража, является одной из основных причин актуальности проблемы юридической природы арбитража. Это связано с тем, что законодательство об арбитраже, принимаемое в различных странах, имеет свои особенности, вытекающие, во-первых, из традиций, а во-вторых, из степени развития материальных условий жизни общества.

В юридической литературе выделяют четыре основных вида теорий правовой сущности арбитража.

Договорная концепция правовой природы арбитража в качестве основного аргумента рассматривает арбитраж как договорно-правовой институт, промежуточная цель которого состоит в организации процедуры арбитражного разбирательства, а конечная – в разрешении дела по существу[38].

Сторонники данной теории расценивали арбитражное соглашение как особого рода контракт, т. е. обычный гражданско-правовой договор, предметом которого выступает выбор сторонами вида арбитража, времени и места проведения арбитражного разбирательства, определение самой процедуры арбитражного разбирательства и материального права, подлежащего применению арбитрами. В силу того что в основе арбитражного соглашения лежит воля сторон передать спор на разрешение в арбитраж, договорный характер такого соглашения определяет договорную природу самого арбитража.

С другой стороны, арбитраж и арбитражное решение квалифицируется как мировое соглашение. Подвергая критике данный подход, С.Н. Лебедев отмечал, что при мировой сделке спор разрешается непосредственно самими сторонами и неминуемо путем взаимных уступок, при арбитраже – при посредстве третьих лиц и без взаимных уступок, когда обе стороны добиваются осуществления своих притязаний полностью[39].

В.Н. Ануров выделяет две группы юридических последствий, наступающих для участников арбитражного разбирательства при последовательном соблюдении договорной теории.

Первая группа юридических последствий относится к международному коммерческому арбитражу:

1) стороны могут самостоятельно определять порядок проведения арбитражного разбирательства;

2) возможность упрощенного порядка исполнения арбитражного решения;

3) основания непризнания и неприведения в исполнение иностранных арбитражных решений и внутренних арбитражных решений должны быть идентичными;

4) арбитры не должны быть связаны коллизионным правом страны места проведения арбитража;

5) если в качестве причины назначения сторонами арбитров являлось их знание подлежащего применению права, регулирующего спорные вопросы, то арбитры должны ex officio установить содержание этого права.

Вторая группа юридических последствий относится как к международному, так и к внутреннему коммерческому арбитражу:

1) арбитры должны нести ответственность за небрежное, некомпетентное или недобросовестное исполнение своих функций, выраженное в вынесении несправедливого решения по существу спора;

2) арбитражное решение не может иметь эффекта res judicatio по аналогии с судебным решением, так как является оно является только оформлением окончательной стадии выполнения сторонами гражданско-правового договора (в данном случае – соглашения о проведении арбитражного разбирательства);

3) срок исковой давности начинает исчисляться с момента возникновения требования одной стороны к другой либо с момента появления основания возбуждения арбитража и не может быть приостановлен на время проведения арбитражного разбирательства[40].

Процессуальная теория предполагает признание арбитража в качестве особой формы правосудия, осуществляемого от имени государства.

Арбитражное соглашение в этом контексте рассматривается лишь как соглашение процессуального характера, основной целью которого является исключение юрисдикции государственного суда.

Элемент государственности сторонники данной концепции видят в том, что ряд вопросов арбитражного процесса может быть разрешен только при участии государственных судебных органов: признание арбитражного соглашения юридически действительным, определение компетенции арбитража, осуществление признания и исполнения арбитражного решения. При решении этих вопросов будет применяться право того государства, на территории которого происходит арбитражное разбирательство или к суду которого сделаны соответствующие обращения. На практике такая квалификация упомянутых действий в качестве процессуальных влечет за собой невозможность применения иностранного права и, следовательно, применение лишь соответствующего внутригосударственного (национального) права, что исключает постановку коллизионной проблемы.

В.Н. Ануров выделяет две группы юридических последствий, наступающих для участников арбитражного разбирательства при последовательном соблюдении процессуальной теории.

Первая группа юридических последствий относится к международному коммерческому арбитражу:

1) при решении всех вопросов, касающихся арбитража, в том числе и об арбитражном соглашении, применяется право государства, в котором они рассматриваются, и исключается возможность обращения к иностранному праву;

2) для признания и исполнения иностранных судебных решений характерен принцип взаимности, основанный на заключении двусторонних международных договоров о правовой помощи;

3) основания непризнания и неприведения в исполнение иностранных судебных решений отличаются от оснований неприведения в исполнение и непризнания внутренних арбитражных решений;

4) арбитры связаны коллизионным правом страны места проведения арбитража;

5) при установлении содержания иностранного права арбитры должны применять процессуальное законодательство страны места проведения арбитража.

Вторая группа юридических последствий относится как к международному, так и к внутреннему коммерческому арбитражу:

1) арбитры не несут никакой ответственности за небрежное, некомпетентное или недобросовестное исполнение своих функций, выраженное в вынесении несправедливого решения по существу спора;

2) арбитражное решение обретает эффект res judicatio с момента его вынесения и прохождения процедуры экзекватурирования;

3) срок исковой давности начинает течь с момента возникновения требования одной стороны к другой или с момента появления основания возбуждения арбитража, но может быть приостановлен на время проведения арбитражного разбирательства[41].

Смешанная концепция сочетает в себе основные положения договорной и процессуальной теорий и рассматривает арбитраж как самостоятельный институт, включающий в себя материально-правовые и процессуально-правовые элементы. Такой подход позволяет обеспечить применение не только собственного права того государства, где происходит арбитражное разбирательство, но и соответствующего иностранного права, к которому отсылает применимая коллизионно-правовая норма.

Возникновение смешанной теории арбитража связывают с 44-й сессией Института международного права в апреле 1952 г., которая приняла резолюцию, констатирующую, что хотя арбитраж существует в силу совпадающих воль сторон, которые проявляются в арбитражном соглашении, однако исходя из правовой природы института sui generis арбитраж не может быть урегулирован в международных отношениях одним законом (привязкой) и обладает характером, требующим применения процессуального права[42].

В развитие этого вывода были выдвинуты следующие предположения:

1) в силу юридической природы арбитража как института sui generis вопросы, связанные с международным коммерческим арбитражем, регулируются как материальным, так и процессуальным правом;

2) стороны вправе избрать закон, применимый к соглашению об арбитраже. Совершив такой выбор, стороны признают, что местом пребывания арбитража будет территория страны, закон которой они избрали;

3) на условия действительности арбитражного соглашения не обязательно распространяется действие норм права, которым регулируется основной договор.