Тайны российской аграрной науки: тимирязевский прорыв. Монография - Александр Оришев

Профессор Н. Я. Демьянов и производство новокаина

В годы Первой мировой войны под руководством профессора Николая Яковлевича Демьянова в лаборатории Московского сельскохозяйственного института велся поиск методов синтеза лекарственных веществ, в частности был разработан метод производства новокаина16.

В последующие годы Н. Я. Демьянов создал одну из крупнейших в стране школу химиков-органиков, отличавшуюся широким профилем и тесными связями с агрономией и биологией.

«Пьяный хлеб»: как Н. И. Вавилов спасал русскую армию

В 1916 г. русские войска в ходе успешного наступления заняли северо-восточные земли Персии. Однако ее солдат и офицеров настигла неизвестная болезнь: кружилась голова, сводили судороги, бойцы теряли сознание… Предположительно эта болезнь была вызвана употреблением в пищу местного хлеба. Следовало срочно принять меры, и министерство земледелия обратилось к выпускнику Московского сельскохозяйственного института Н. В. Вавилову, к тому времени уже опытному агроному.

Прибыв в страну, Н. И. Вавилов моментально решил вопрос с массовыми отравлениями русских солдат. Ученый выяснил, что причиной заболеваний действительно был «пьяный хлеб»: пшеница в северной части Персии оказалась заражена ядовитым растением плевелом. Это растение при попадании в пищу может вызвать отравления не только крупного рогатого скота, но и человека.

Н. И. Вавилов представил командованию записку, в которой рекомендовал не делать закупки зерна и муки в северных районах Персии. Армия была спасена.

Глава 3. Петровская (Тимирязевская) академия и становление аграрного образования в СССР

Профессора на перепутье: принимать ли Советскую власть?

В 1920-е гг. перед Петровской (Тимирязевской) академией, как и перед другими высшими учебными заведениями молодой советской республики, была поставлена задача перестроить учебный процесс на новых, социалистических началах. Это перестройке следовало осуществляться в трех направлениях: реорганизация управления, переработка учебных планов и программ обучения, и что особенно важно – пролетаризация студенчества. И все эти задачи были решены.

По словам академика Е. Ф. Лискуна, этот период в истории академии стал самой блестящей ее эпохой. В вузе работало блистательное поколение высокоодаренных профессионалов с широчайшим кругозором. Для них знание нескольких языков было естественным, знакомство с музыкой, литературой и театром – необходимым. Эти люди были специалистами высочайшей квалификации, преданными рыцарями аграрной науки.

Казалось, что с такими выдающимися кадрами как Н. И. Вавилов, В. Р. Вильямс, В. П. Горячкин, Д. Н. Прянишников, А. В. Чаянов академию ждет безбедное существование. Но 1930-е гг. стали временем очередных испытаний. Легендарному учебному заведению пришлось пройти несколько реорганизаций, пока руководство страны не осознало того, что для решения задач социалистического строительства в сельском хозяйстве жизненно необходим вуз, имеющий статус центра сельскохозяйственного образования, а не развивающиеся отдельно друг от друга небольшие учебные заведения.

Итак, Октябрьская революция свершилась. Однако удержат ли большевики власть? В то, что они пришли всерьез и надолго, мало кто верил. И среди ученых академии было немало пессимистов. Если Февраль был встречен на «ура», то приход к власти В. И. Ленина и последовавшей вслед за этим разгон Учредительного собрания оставил гнетущее впечатление. Ученые еще долго колебались, муссируя тезис об аполитичности науки, пока, в конце концов, не приняли решение «принять» Октябрь и ленинские преобразования. В качестве примера можно привести профессора П. А. Вихляева – по партийной принадлежности эсера, который надежды на процветание России связывал с Учредительным собранием. А отнюдь не с большевиками.

Как новую эру в истории человечества воспринял Октябрьскую революцию В. Р. Вильямс. Будучи уже немолодым человеком, он приветствовал приход к власти большевиков. С энтузиазмом революцию принял профессор Ав. А. Калантар. С ее первых дней целиком отдался он служению молодой республике. Одним из первых среди профессоров Петровской академии стал на сторону Советов Е. А. Богданов. Постепенно, шаг за шагом к пониманию сущности Октябрьских событий пришел Д. Н. Прянишников17.

К. А. Тимирязев и Октябрьская революция

Сделал непростой выбор и Климент Аркадьевич Тимирязев, всю свою творческую жизнь показывавший коллегам пример человека с абсолютно незапятнанной биографией с точки зрения этики и морали. Последние годы жизни ученый был тяжело болен и почти не работал. Но революции 1917 г. не оставили его равнодушным. К. А. Тимирязев считал, что должен отдать победившему народу весь свой опыт и знания, и готов был на всё.

Личность К. А. Тимирязева была популярна среди революционных партий. Многие пытались заручиться его поддержкой, переманить на свою сторону, зная об активной гражданской позиции ученого. Известно, что К. А. Тимирязев был русским патриотом, приветствовал в 1878 г. начавшуюся войну с Турцией за освобождение братьев-славян. В сентябре 1917 г. ЦК партии эсеров выдвинул кандидатуру К. А. Тимирязева на пост министра просвещения. Однако симпатии ученого оказались на стороне большевиков. К. А. Тимирязев с энтузиазмом поддержал Апрельские тезисы В. И. Ленина и Октябрьскую революцию.

К. А. Тимирязев: «Наука и демократия»

В первые годы советской власти К. А. Тимирязев написал несколько статей, в которых приветствовал революцию и большевиков. Несмотря на тяжёлую болезнь, он участвовал в работе Наркомата просвещения РСФСР и Социалистической академии общественных наук, членом которой был избран в 1918. В 1920 г. К. А. Тимирязев был избран депутатом Моссовета и послал В. И. Ленину свою новую книгу «Наука и демократия».

Вождь мирового пролетариата был глубоко тронут подобным отношением со стороны выдающегося ученого и поспешил тому ответить. 27 апреля 1920 г. К. А. Тимирязев получил письмо следующего содержания:

«Дорогой Климентий Аркадьевич! Большое спасибо Вам за Вашу книгу и добрые слова. Я был прямо в восторге, читая Ваши замечания против буржуазии и за Советскую власть. Крепко, крепко жму Вашу руку и от всей души желаю Вам здоровья, здоровья и здоровья! Ваш В. Ульянов (Ленин)»18.

Легенды памятника К. А. Тимирязеву

Если выйти из дверей главного корпуса и посмотреть на памятник К. А. Тимирязеву, то возникает странное чувство: Климент Аркадьевич пристально смотрит прямо тебе в глаза. Случайное совпадение или замысел скульптора? Сказать однозначно не берется никто.

Еще одна легендарная история связана с яблонями. Дело в том, что деревья, которые сейчас растут вокруг памятника, росли когда-то около уничтоженного большевиками храма Христа Спасителя, были выкопаны и перенесены на нынешнее место, когда разгорелась революция.

Рядом с яблонями, по периметру памятника стояли скамейки, и каждый желающий мог отдохнуть в тени деревьев. Сейчас от них остались только воспоминания и старые фотографии.

Штаб контрреволюции в Петровке

Студентам также пришлось делать выбор. И большинство тех, кто тогда учился в Петровке, большевистскому режиму были не рады. Вокруг кружка естествознания даже образовался некий студенческий контрреволюционный штаб. История сохранила только фамилии этих петровцев: Леонтьев, Озеров, Шапинский, Яковлев. К этой группе примыкал институтский врач Струев.

Приведем характерный пример отношения петровцев к делу революции: некий студент Попов пригласил десяток красногвардейцев, усталых и измученных в студенческую столовую, чтобы накормить их. И студенчество резко осудило эту инициативу: «как же ты посмел ухаживать за этой свол… ю»?!

Юнкера в студенческой столовой

«Царя свергли. Керенского все любят. Что еще нужно этим проклятым большевикам?», – примерно так рассуждало большинство студентов-петровцев. И чтобы не быть голословными, пригласили юнкеров. Якобы, для охраны академии. Прибывшие юнкера расположились в столовой, старостат стал угощать их чаем.

В дело вмешались рабочие, создавшие свой, так называемый рабочий комитет. Этот рабком в ультимативной форме потребовал от юнкеров удалиться из академии. Только узнав, что скоро прибудет отряд Красной гвардии, вновь испеченные охранники удалились, решив не испытывать судьбу. Таков был Октябрь в Петровской академии.

Академия – это не фабрика

С первых дней Октябрьской революции рабочие, трудившиеся в академии, выставили требование установить рабочий контроль и включить пролетариев в состав правления вуза. Профессура, как могла, отговаривалась: рабочий контроль необходим на заводах, академия же не фабрика, а учено-учебное заведение, а сами рабочие ничего в науке не смыслят.