Ты и я - Натали Старк

— Так, значит, Томаса бросила девушка и он решил с горя напиться. Все понятно. Типичная мужская реакция на неприятности, — продолжила она свое расследование, — Но ты-то зачем пил? Тебя же девушка не бросала.

— Не бросала… — сказал Алекс и горько усмехнулся. — У меня всё еще хуже.

— Что у тебя хуже? — не поняла Нора.

— Ладно, не важно… — Алекс махнул рукой. Его глаза наконец-то приняли нормальное, осмысленное выражение.

— Видимо, зеленый чай — хорошее средство, — сказала Нора. — Мне кажется, ты приходишь в себя.

— Мне тоже так кажется, — улыбнулся Алекс. Оставив Алекса отсыпаться, Нора пошла к себе, раздумывая по дороге, что же могли значить его слова «у меня все еще хуже». Возможно, это была просто бессмысленная пьяная болтовня, но, может быть, за этим действительно что-то скрывалось.

За время их соседства у Алекса было много подружек, но он никогда не знакомил с ними Нору. Она очень обижалась, считая, что он ей не доверяет. Но Алекс объяснял это совсем другими причинами.

— Это ненадолго, — обычно говорил он. — Так, мимолетные отношения. Не стоит заводить всю эту канитель со знакомствами. Вот когда я встречу девушку моей мечты, то обязательно тебя с ней познакомлю.

— Ты так рассуждаешь, как будто я твоя мамочка, — говорила Нора, — и знакомство твоих девушек со мной — это очень серьезный шаг, требующий основательной подготовки. Я же не собираюсь их оценивать, мне просто любопытно, с кем ты проводишь время.

— Большую часть времени я все равно провожу с тобой, — заявлял Алекс, — так что ты совершенно напрасно ревнуешь.

После этого в его голову обычно летел какой-нибудь не слишком тяжелый предмет, и на этом дискуссия заканчивалась.

Сейчас Нора корила себя за то, что в последнее время, полностью поглощенная своими планами по завоеванию Мориса, она почти не уделяла внимания Алексу. Ей вспомнилось, что он часто казался ей задумчивым и даже расстроенным, хотя на ее вопросы отвечал, что все в порядке, и она на этом успокаивалась. А вдруг у него действительно какие-то неприятности? Было очень эгоистично с ее стороны нагружать его своими проблемами и даже не пытаться помочь ему в его трудностях. Нора дала себе слово исправиться.

Наутро она перед работой решила заскочить к Алексу. Он открыл ей дверь, кутаясь в длинный махровый халат и приглаживая взъерошенные мокрые волосы. Вид у него был нездоровый и очень виноватый.

— Я больше не буду, — сразу сказал он, не дав Норе и рта раскрыть.

— Ну почему же? — спросила Нора немного язвительно. — Ты имел оглушительный успех.

— У кого я имел успех? — Алекс уставился на нее в искреннем недоумении. — Тебя я помню, но разве здесь был кто-то еще?

— А как же, — не могла остановиться Нора, — тут была целая толпа народа. Им очень понравилось, как ты танцевал на столе, а потом чуть не повесился на своем шарфе.

— Издеваешься, — догадался Алекс. — Давай, я это заслужил.

— Да ладно, — примирительно сказала Нора, — с кем не бывает.

— И с тобой бывает?

— Пока еще не было. Но всякое может случиться, так что я больше не буду над тобой смеяться. Как самочувствие?

В ответ Алекс промычал что-то невразумительное и побрел на кухню. Но неожиданно остановился в дверях кухни, так что Нора чуть на него не налетела.

— Слушай, — сказал он, и на лице его застыло задумчивое выражение, — ведь теперь, наверное, нельзя сказать, что я слишком хороший?

Он с надеждой смотрел на Нору.

— Неожиданный вопрос, — сказала она. — Наверное, все же одного факта случайного пьянства недостаточно, чтобы признать тебя по-настоящему плохим мальчиком.

Она коварно улыбалась.

— А сколько раз надо напиться? Я, наверное, больше никогда не смогу.

— Что-то я не пойму, зачем это ты решил сменить имидж во всех отношениях положительного парня?

— Ты же сама говорила, что я слишком хороший и поэтому…

— Что поэтому?

— Девушкам не нравлюсь… некоторым.

— Никогда я такого не говорила, — возмутилась Нора. — И вообще, ты, по-моему, не совсем пришел в себя и несешь всякую чушь.

— Хочешь кофе? — спросил он через некоторое время.

— Только если быстро. У меня есть всего десять минут. — Она бросила взгляд на часы.

Алекс взглянул на нее через плечо. Повернулся. Посмотрел внимательнее.

— Вот это да, — сказал он наконец.

— Что?

— Ты в этом ходишь на работу?

— А что такого? — Нора подошла к зеркалу и оглядела себя. Да, высота каблука сегодня была просто экстремальной, но как шикарно смотрелись эти черные лакированные туфельки с узкой юбкой и коротеньким синим пиджачком! Она была довольна своим отражением.

— И этот идиот Морис не обращает на тебя внимания?

— Почему это не обращает? Очень даже обращает, — кокетливо сказала Нора, вертясь перед зеркалом. — Вчера он пригласил меня на ужин.

— Ого! — воскликнул Алекс. — Надеюсь, ты его послала куда подальше? — Он с надеждой посмотрел на Нору.

— Почти. Я сказала, что занята, но буду рада когда-нибудь в другой раз… Как ты думаешь, он пригласит меня снова? — спросила она, встревожено заглядывая Алексу в глаза.

— Несомненно, — ответил он и пошел наливать кофе.

Кофе оказался таким вкусным, что Нора вместо одной чашки выпила три, а вместо десяти минут прошло двадцать.

— Придется вызывать такси, — сказала она. — Да и так, наверное, пришлось бы. Я люблю ходить пешком, но на таких каблучищах это настоящее мучение.

— Если захочешь вечером прогуляться, подышать свежим воздухом, звони. Или стучи.

— Прекрасная идея! Сегодня же вечером пойдем гулять. Я надену джинсы и кроссовки.

— Так ты заходила узнать, не отбросил ли я коньки? — спросил Алекс, провожая Нору до двери.

— Ну да.

— Так приятно, когда о тебе кто-то беспокоится. — Он расплылся в широкой улыбке.

— А для чего же еще нужны друзья?

Алекс не забыл о своем предложении прогуляться, в отличие от Норы, которая приняла ванну и, укутавшись в уютный персиковый халат, растянулась на диване с двумя книжками. С двумя, потому что она никак не могла решить, чего ей сегодня хочется — романтической, любовной истории или классического английского детектива.

И когда она все же решила, что любовная история со счастливым концом будет для нее слишком тяжелым испытанием и лучше совершенно отвлечься от этой темы, в дверь позвонил Алекс. Нора сразу поняла, что это он, потому что никто, кроме него, не мог исполнять на ее довольно простом звонке такие сложные музыкальные произведения. Она открыла дверь.