Девулус (СИ) - Виктори Валентай

— Он приставал к тебе? С читаемой болью в глазах, осторожно спросил он

— Нет, он меня не тронул, замотала я головой.

— Кто это у нас тут? , послышалось сзади меня, и по позвоночнику пробежал легкий холодок, я повернулась, увидела Люциуса с его барби, и кажется мы их так же удивили. Люциус Развязно держал свою подружку за задницу, которую еле прикрывало облегающее платье.

— Мы хотели бы к вам присоединиться, ухмыльнувшись, самодовольно произнес этот козел, понимая, что портит все. Макс поменялся в лице, гнев обуревал им, но он держал себя в руках, улыбка исчезла, а глаза стали холодными, неся арктический холод .

— Пожалуйста, приглашающим жестом он показал на свободные места, пересев ближе ко мне.

— Так вы вместе? Вальяжно сел Люциус, не обращая внимания на свою спутницу, которая стягивала платье пониже, чтобы прикрыть все свои «достопримечательности», и сесть.

— Смотря, что вы подразумеваете, вместе, огрызнулась я, и нам принесли вино, я схватила бокал, и сделала небольшой глоток, Макс смотрел на меня с удивлением.

— Вместе, что это значит? Закинул он голову, кривя свою улыбку, ехидно цедя сквозь зубы

— То есть он тебя трахает, ткнул он пальцем на Макса, потом и на меня. Я подавилась вином, наблюдая на самодовольную улыбку Люциуса, его подружка, так же сидела и довольствовалась, что ее парень вводит всех в ступор, а Макс застыл в гримасе ненависти к своему брату.

— Люциус, тебе не кажется, что не твое дело, с кем сплю я, и тем более с кем спит Октавия? Ровным голосом спросил Макс, проявляя свою сдержанность и терпимость, но, кажется, эта чаша была переполнена.

— О нет, мне интересно, если моя секретарша спит с моим братом, растянулся он в самодовольной улыбке.

— Ну, а что такого то? Мы тоже познакомились, пока я была секретаршей, решила вставить свое слово его барби, приторно улыбаясь, что хотелось воткнуть ей вилку в глаз. Я сжала кулаки, держа руки под столом, Макс скользнул взглядом, и увидел нарастающий гнев, взял меня за руку и нежно улыбнулся

— Пойдем, потанцуем, встал и потянул меня за собой. Несколько пар танцевали под живую музыку, и мы присоединились к ним. Макс аккуратно положил мои руки себе на плечи, и приобнял меня, не отрывая взгляда от моего лица, злость отходила на второй план, мы качались по волнам музыки, ничего не говоря, лишь смотрели друг на друга, и смущенно улыбались. Рядом с ним я

чувствовала комфорт и спокойствие, которые давно потеряла, а этот парень вернул мне это ощущение, мне хотелось снова жить. Медленно качаясь в танце, красивое лицо рыжеволосого парня начало приближаться ко мне, я поняла, что он хочет поцеловать меня, взгляд упал за него, Люциус наблюдал за нами надменным взглядом, вливая жадно в себя янтарную жидкость, его барби обиженно сидела без внимания. Когда лицо Макса оказалось совсем близко к моему, я все еще смотрела на Люциуса, который, как мен показалось издал рык, как будто я его собственность, на которую посягнули, и стало так неловко, что я быстро отпустила Макса, от чего он растерялся, как потерянный котенок посмотрел на меня, и снова сделал шаг вперед

— Все впорядке? Поглаживая мою руку спросил он

— Да, немного закружилась голова, соврала я, мы пошли в сторону нашего стола, Люциус самодовольно смотрел на меня, вкушая победу, что он прервал сладкий момент. Внутри меня разгорался пожар гнева, который готов был поглотить Люциуса Девелуса, он испортил все, сверля нас взглядом, его взгляд смотрел на наши сцепленные руки, и кажется, у него готов был пойти пар из носа. Макс отодвинул стул, галантно ухаживая за мной, и когда я села, приблизился ко мне и поцеловал в уголок губ, от неожиданности я закрыла глаза, наверно, я ждала этого невероятное ощущения внизу живота, сладко тянущего, но его не было.

— Нам пора, прошипел сквозь зубы Люциус.

— До свидания, сказала я, и состряпала невинную мордочку. Этот козел фыркнул, посмотрев на меня, и лишь злорадно кинул через плечо

— Хорошо вам ночь провести, не забудь братец про презервативы, я сидела и до меня доходил смысл сказанных им слов, он похоже считал, что я шлюха, как и его блондинистая барби. Гнев перекинулся через край, я встала, и пошла за этим козлом. Догнала его около его авто на парковке. Его барби уже сидела в машине, я подлетела к нему, когда он еще не открыл дверь, но он резко развернулся, и успел поймать мою руку, когда я замахнулась дать ему пощечину

— А ты строптивая, с ухмылкой сказал он. Гнев парализовал мой мозг, и я не боялась его, не сейчас, дергалась, и шипела, вглядываясь в его лицо, которое казалось мне достаточно симпатичным. И даже этот шрам давал свой привкус особенности

— Отпусти, урод, пытаясь вырваться из его хватки, смелости мне придал бокал вина, того сложного названия, какого то там года

— Ты не такая невинная, как кажешься, увидела богатого мужика, и притворилась несчастной овечкой, не так ли? Он держал мои руки, высокомерно смотря на меня, не приближаясь

— Октавия!, слышала приближающийся голос Макса. Люциус отпустил мои руки, я потерла те места, за которые он хватал меня, руки свело, он лишь сел в свое авто, и уехал со своей куклой. Макс подлетел ко мне

— Октавия! Зачем ты…, он оборвался на полуслове, видя, как мои глаза пылают гневом, он слегка коснулся моей руки

— Поедем, я отвезу тебя домой, спокойно сказал он

— Да, было бы хорошо, прошла вперед, мне хотелось быстрее попасть домой. Всю дорогу мы молчали, на прощание он пожелал мне спокойной ночи, хотел меня поцеловать, но я отпрянула

от него, пожелав быстро сладких снов, и скрылась в подъезде своего дома. Всю ночь я ворочалась, в недоумении, мысли одолевали меня. Да как можно быть таким козлом? Как так к людям можно относиться, к брату своему? Этот его взгляд, как на собственность, что он о себе возомнил? Возмущение разрывало меня изнутри, как дикий зверь, посылая раздражение в каждую клеточку моего тела, давая понимать, как я ненавижу этого урода. Единственное, что еще пугало меня, он коснулся меня, был слишком близко, и я не сбежала, не почувствовала паники, как это было, когда он был без рубашки, с голым торсом. Внутри все свернулось в комок, я чувствовала себя его собственностью, работая на него, он давил на меня своей властью, показывая, где мое место, а где его. Всю ночь я посвятила размышлениям о своей лютой ненависти к Люциусу… Стоп! Он что стал уже не уродом или козлом, а просто Люциусом? Ладно, хоть раз его можно назвать по имени. Макса в моих мыслях практически не было этой ночью, хотя именно он дал мне того ощущения заботы, теплоты и защиты. На место гнева к Люциусу, во мне заговорила совесть, которая словно, змея, шипела внутри, как плохо я поступила с парнем, испортив вечер, и погнавшись за этим козлом, который не может держать язык за зубами…