Владетель Альдеррийский (СИ) - Шатров Дмитрий

— Ортис, ты здесь неправ! — высказал свою точку зрения виконт.

— Мне решать, де ла Вега! — огрызнулся баронет, — Не лезь в это дело!

— Баронет, маркграф, вы что, ополоумели? Никаких поединков! — сквозь плотную толпу гномов пытался пробиться старый магистр.

Получалось у него плохо, поэтому кричать он начал ещё издалека. У Аларока таких проблем не было. Его менникайны пропускали со всем уважением, их даже просить об этом не приходилось. Так что к главным действующим лицам происшествия он добрался первым. Ничего не сказал. Постоял только немного, посмотрел на Эдика, на Эрику, мазнул взглядом по баронету с виконтом и пошёл обратно, сокрушённо покачивая головой. Да и что тут говорить, когда и так уже сказано больше, чем необходимо. Вызов брошен. Не принять его нельзя — статус не позволяет. Не к месту и не ко времени произошло, но сейчас поздно уже про это вспоминать.

— Круга Мечей не будет! — безапелляционным тоном заявил Рэнерайо, когда, наконец, смог подойти к баронету.

— Не в ваших силах мне запретить! — набычился тот. — Моё законное право!

— Зато в моих силах отсрочить поединок! И я это сделаю! — сердито затряс бородой магистр. — Сейчас каждый клинок на счету! Выживете после сражения, тогда и тыкайте друг друга железяками сколько заблагорассудится. А до тех пор запрещаю!

— Вы не можете! — не унимался ди Ньето.

— Именем короля! — волшебник повысил голос.

Баронет заткнулся. После этих слов все его аргументы, если таковые оставались, оказались ничтожными.

— Выступаем через час! — Рэнерайо развернулся к замку, увлекая за собой молодых дворян.

Зрители разошлись, активно обсуждая увиденное, и вскоре на площади Эдик остался вдвоём с Эрикой. Девушка так и стояла, сложив руки на рукояти своего оружия и положив сверху подбородок. Стояла и смотрела на парня. А тот не знал, что и сказать. Твою мать! Вот так условные рефлексы у собаки Павлова и вырабатывают. Тогда в горах попытался быть любезным и нарвался на отповедь. Теперь уж и начинать боязно.

— Весело тут у тебя! — первой нарушила неловкое молчание Эрика.

— Ну да, не скучаем, — почему-то засмущался Эдик.

— Собрались куда? — продолжала допрос девушка, буравя парня зелёными глазами.

— Портальный прорыв, помочь надо, — способность говорить складно, как назло, опять куда-то подевалась.

— Я с вами, — с ходу озвучила своё решение Эрика и, увидев, что ей хотят возразить, тут же добавила. — Не обсуждается!

Да что ты будешь делать! И она туда же! Не обсуждается! Прямо дежавю какое-то. Сначала Аларок, теперь вот Эрика. Так Эдик подумал, но вслух не сказал.

— Штерк обрадуется, — тяжело вздохнул он.

— Штерк? — заинтересовалась Эрика и тут же сменила тему с истинно женской непосредственностью, — Твоё приглашение хоть в силе? Ну тогда, в горах…

— Да помню я! — от возмущения речь парня потекла более гладко, — конечно, в силе. Я от своих слов никогда не отказываюсь!

— Ну пойдём тогда, накормишь меня, — Эрика закинула топор на плечо и подхватила собеседника под локоть, — проголодалась я жуть как.

— Конечно, конечно, — спохватился парень, — ты говори что нужно, не стесняйся!

— Я нестеснительная, — ответила Эрика и вдруг озорно расхохоталась, — ты сегодня больше на лорда похож, чем в прошлую нашу встречу. Только не обижайся, пожалуйста. В прошлый раз ты на козопаса больше смахивал.

И снова расхохоталась.

А Эдик и не обижался. Эдик сейчас нормально себя чувствовал. Разве что всё ещё немного скованно. Ждал всё-таки очередного подвоха от сумасбродной красавицы, на подсознательном уровне. Он, конечно, был совсем не против провести больше времени в приятном обществе, но ситуация, что называется, не располагала. Поэтому парень сдал свою спутницу на попечение Нилды и побежал готовиться к выходу.

К назначенному времени на замковой площади собрались и те, кому выпало идти с Эдуардом и провожающие. Время далеко за полночь, но никто и не подумал ложиться спать. В дрожащем свете факелов перемешались и менникайны и люди. Но это никого не смущало. Притёрлись уже друг к другу, совместно решая общие проблемы. Места на площади всем не хватило, хоть и стояли практически в обнимку. Поэтому даже на стенах тесно было.

Сам Эдик, к своему стыду, опоздал. Ненадолго минут на пять всего, но тем не менее неприятно. А всё Штерк со своей заботой. Настоял, чтобы тингмар примерял усиленную гномью броню. Эдик поначалу поддался на уговоры, но понял, что зря. Потом уже, когда он эту самую броню надел. Всё хорошо: и сталь прочная, и защищают доспехи всё, что могут. Единственный только был у них недостаток. Весили они, наверное, килограмм пятьдесят, как не больше. А после того как на голову Эдику водрузили закрытый шлем, так и вовсе двигаться стало невозможно. Ощущения, словно к земле прибили сотыми гвоздями. Ни ногу поднять, ни рукой замахнуться. Да и не видно ничего было, сквозь узкую щель забрала. Пришлось взбунтоваться, но воевода и тогда не сразу послушался, всё настаивал на своём.

Вот и задержался. Пока одну броню снимал, пока в другую наряжался, время и прошло. Да ещё Штопора со второго раза только получилось нормально оседлать. Наверное, сказалось предстартовое волнение. Шутка ли, впервые собственную дружину в бой ведёт. Да ещё и в какой. Это не единичную тварь из случайного портала прибить. Впереди ждёт нечто невероятное, если можно верить обоим магистрам. А чего бы им не верить… Ну вот опять нервы расшалились. Хватит пока отвлечённых мыслей. Пора отправляться, и без того задержались уже.

Под одобрительный гул толпы Эдик занял место во главе колонны и осмотрел своё войско. Пусть маленькое, но со всеми должными атрибутами. Тяжёлая конница — пятеро громадных менникайнов, считая воеводу, на не менее громадных боевых овцебыках. Ударный пехотный отряд — тридцать бронированных хирдманов в три шеренги по десять сжимали в руках щиты и длинные пики. Два боевых мага, считая его и Аларока. Даже обоз в четыре, навьюченных по самые рога, яка с погонщиками в наличии. Да что там обоз, собственная валькирия имеется. Гномы, когда узнали, что Светлая Дева с ними на битву отправляется, радовались как дети Новому году. Боевой дух воинов достиг такого накала, что кожей ощущался. Прямо через доспехи и тёплую одежду.

А Эрика и впрямь была хороша. Менникайны расстарались для воительницы и нарядили её словно Снегурочку с небольшим уклоном в военщину. Если, конечно, бывают такие. В меховом плаще поверх длинной серебристой кольчуги, и шлеме с золотистыми крылышками. Да в придачу с большущим топором и верхо́м на шерстистом рогатом скакуне. Девушке, похоже, выделили самого здорового овцебыка. Разве что только у Штерка зверюга был больше.

От Эдиковского воинства исходило такое ощущение мощи, что королевские рыцари, стоявшие отдельным отрядом, еле успокаивали горячившихся коней. Да и баронет слегка прижух, хоть и продолжал смотреть волком. Ну ничего, ему полезно. Пусть подумает над своим поведением.

Ждали лишь Аларока. Магистр что-то наговаривал напоследок клановому старейшине, перед этим передав ему какой-то свёрток. Но вот его как раз торопить и не следует. Наставник всегда знает, что делает. И для чего. И если считает нужным задержаться для разговора, то значит так надо. Наконец и эта заминка завершилась.

Заревел сигнальный рог и конный менникайнен развернул знамя. С серого полотнища хищно скалился белый волк на фоне стилизованной башни чёрного цвета. И золотая цепь с четырёхцветным камнем на шее зверя вышита. Личный стяг лорда Альдеррийского, тингмара клана Луми Ульфур. Не иначе Стор Эровар озаботился, Эдик нашёл его в толпе и поблагодарил взглядом. Старик довольно улыбнулся в бороду и кивнул в ответ.

— Куннан тингмар Луми Ульфур, яаарл Альдерри! — рявкнули хирдманы и шагнули вперёд единым организмом.

— Куннан! — толпа провожающих грянула в ответ. И менникайны и люди в один голос.

Поход начался.

Эдику даже представлять не хотелось, что было бы, если пришлось передвигаться обычным порядком. Задолбались бы ноги топтать ещё на середине пути. А всадники бы задницу о сёдла до костей стёрли. И шли бы, наверное, месяц. Ну, может поменьше, но две недели бы точно шли. И это самый оптимистичный прогноз. Но присутствие двух магистров избавляло всех от трудностей длительного перехода. Поэтому идти пришлось всего ничего. Отряд вышел за ворота и встал, повинуясь повелительному жесту Аларока.