Любовь психопата (СИ) - "Dara Knigolub"

— С этого дня, ты моя шлюха. — без жалости, со всей сарказмом.

Выходит и громко захлопывает дверь. А за ним щелчок.

Минут пять, я боюсь открыть глаза, мое тело трясется от холода и от шока. Я как наркоманка, болею ломкой, только не знаю, чем унять свою боль.

Смогла поднять веки и в первую очередь мне попадается открытая настежь окно. Ночной воздух проветривал комнату, заполняя сюда кислород.

— Кто тебя открыл? — если б кто услышал, подумал, что я свихнулась. Но нет, просто в данный момент мне нужно было отвлечь себя чем-то.

Воспоминание.

Лил дождь. Я вся промокла, как все, кто здесь есть.

Алексей держал меня за руку, слегка сжимая, поддерживая меня в темный момент нашей жизни.

Я не проронила ни слезинки, достаточно наплакалась до похорон. А сейчас не идут. Просто, не было больше сил. Я устала.

Мать умерла. Оставила нас.

Никого не узнаю из присутствующих. Как поняла потерявшие с нами связь родственники. А позже узнаю, что и им мы не нужны.

Единственные кого я не желала видеть. Его.

Стоит весь такой грустный, будто его волнует сейчас смерть моей мамы.

Меня злость гложет и обида на него.

Я до сих пор не могу говорить. Врачи сказали у меня шок, и это временно. Брат подозревает, что это дело рук Артура, но сдерживает себя. Я и сама не против ещё раз увидеть Артура избитым.

Все плакали и ревели, притворщики. Совести нет притворяться.

Особенно Артур.

Не знаю зачем, но я всю эту церемонию пожирала его озлобленно.

Даже когда гроб спускали, я просто не могла на все это смотреть. Мне было легче глядеть на него. И он это заметил. Меня передернуло. Его взгляд, убил. Обычный взгляд, и я вся трясусь.

Поэтому не сдержалась, вырвала руку с рук Алексея и убежала прочь под многочисленных взглядов. Лишь бы больше не видеть его. А ещё хуже, не видеть похороны мамы.

4 Глава. Контракт

На утро, после сна я проснулась одна в кровати. Сначала не могла сообразить, где я, и что тут делаю, пока не увидела окровавленные пятна на постели. Чуть не вырвало, прикрыв рот ладонью, швырнула покрывало и побежала в ванную комнату в чем мать родила.

Живот скручивался, и горло саднило. Как желудок успокоился вошла в душ и умылась горячей водой. Тщательно щеткой стирала с себя грязь и пот Артура. Между ног ныло и щипало, старалась аккуратно смыть сперму и кровь. А у самой ком в горле, как только вспомнила что он творил со мной вчера.

Терла кожу до красных ссадин и царапин, пытаясь стереть вчерашний позор. Каждое мое движение отдавалось неприятной боли, особенно мои бедра.

После вышла с ванной укутанная полотенцем и с распущенными влажными волосами. И испугалась, увидев мужчину в комнате.

— Что вам надо? — мой голос дрожал, но пыталась говорить громко. А сама руками себя закрывала, ведь под полотенцем ничего нет.

Мужчина был молод, чуть старше меня стоял возле окна, разглядывая меня с ног до головы. И меня опять начало тошнить. Мерзко.

— Доброе утро, Ева. Я личный помощник Артура Александровича, зовите просто Глеб. — он говорил вежливо и деликатно. — Было велено вас сопроводить домой. Я привез вам вещи, а пока, жду вас в машине.

Парень кивнул головой сторону кровати, где лежал пакет с логотипом одного узнаваемого бренда и вышел.

А я несколько раз моргнула, чтобы переварить, то, что он сказал. И мой взор пало на смятую постель запачканной моей крови, щеки покраснели. И мне стало плохо, будто меня опять вывернули наизнанку.

Он все видел, и ещё не постеснялся положить рядом сарафан голубого цвета.

Быстро подбежала к двери и изнутри закрыла на замок. Чтобы никакая сволочь больше не вошла. Ощущаю себя грязной. Во второй раз стою перед мужчиной полуголой. Кто знает может уже видел меня нагой пока я мылась.

Прислонилась к двери, и только сейчас сообразила, что я еду домой. Меня отпускают. Одна ночь муки с чудовищем, перевернул всю мою подсознательную жизнь. Я никогда не забуду, как он жестоко взял меня, и мое желание было убить его своими руками. Потому-что я больше не буду прежней из-за него никогда. Ощущение, что Ева померла в этой же в смятой постели пока он пользовался мной, отобрав мою девственность насильно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Скинула с себя полотенце и взяла платье чтобы одеть. Плевать, поеду без нижнего белья. Потому-что моя была разорвана и лежала на полу подле кровати. А тот не удосужился мне купить дополнительно к платью.

И тут я заметила в зеркале свое отражение. И ахнула от удивления.

Подошла и присмотрелась к каждому участке кожи, к которой он прикасался.

Груди в засосах, плечи и шея покусаны до красных гематом, лицо, как и губы отекли. А щека напомнила его мощную пощечину прошлой ночи, чтобы не сопротивлялась.

Деспот. Садист. Психопат.

Хочу рвать на себе волосы и истерично кричать. Чувствую, как внутри мой маленький зверь пробуждается, и готов рвать и метать. Но я сдерживала его, и успокаивала. Он не достоин никаких чувств от меня и даже мысли о нем уже унижает мое достоинство.

Ты сейчас уедешь и забудешь его, особенно проклятую ночь как страшный сон. И начнёшь жить с нуля, с собирая с себя по кусочки.

Потом вспоминала его слова.

«Видал девушек в сто раз лучше тебя. А ты так, на любителя.»

И мурашки по телу от его неприятных слов.

Я впрямь такая некрасивая?

И присмотрелась, ранее я даже не сильно задумывалась.

Волосы темные, глаза карие, скулы высокие. М-да. И в правду, ничего особенного. Только губы пухлые, одно радует. И колоть не надо.

А что с моим телом? Что со мной не так? Не понимаю.

Да к черту все это. Надо валить с этого места.

Быстро оделась, но выйти боялась. Вдруг он сейчас дома, и, если, увидев его я сорвусь не по-детски.

Ладони вспотели на ручки от двери, но собрала все свои силы в кулак и вышла. К моему счастью, его я не встретила, когда шла к лифту.

Когда спустилась, я боялась поднять глаза на персонал подле ресепшене и охрана. Они были свидетелями как меня насильно привели сюда, и прекрасно понимали, что со мной сегодня делал их клиент.

Но потом внутренне встряхнула себя, понимая, что глупо себя виду. Ведь это им должно быть стыдно. Они даже пальцем не пошевелили, когда видели меня напуганную, со слезами моля о помощи.

Подняла голову и прямо смотрела им в лицо проходя мимо. И вправду, как только увидели меня, особенно мой озлобленный взгляд до боли, опустили глаза, будто не замечая меня.

Им стыдно. Они чувствуют вину, и бояться меня. Но явно ни как Артура. Уверена, они, как и я дрожат от одного безумно-темного взгляда монстра в костюме.

Внизу меня ожидала машина. Не тяжело догадаться, чья она. А когда Машина тронулась, как только я села, Глеб заговорил со мной протягивая мне папку с бумагами.

— В этой папке ваш банковский счет и безлимитная золотая карта.

- Что?

- И договор.

Я молчу. Папка трясётся в моих руках. Боюсь открывать.

— Вы не бойтесь. Вам только подписать, и будите жить как в сказке. — Глеб заметил мой страх и сомнение.

— А что там? — подняла глаза на него.

«— Простые условия», — парень говорил деловым голосом, и его никак не смущает все это. — Первое, вам запрещено любой контакт с противоположным полом. Второе, без отказано исполнять все желания Артура Александровича. То есть, в любой момент он может вызвать вас, и вы должны всегда быть готовы ко встрече. Третье, раз месяц проходить медосмотр и пить контрацептивы. Уверяю. Ему не нужны сюрпризы.

Когда он закончил, я поняла, что в ступор уставилась на него с открытым ртом. Это он шутит?

— Ева, говорю прямо как есть. Может вам кажется это сумасшествие, и дико. Но посмотрите, это с другой стороны. — его голос изменился обеспокоенностью и твердостью. Будто говорил с ребенком, а не со взрослой девушкой, только что изнасилованной его работодателем. — Ваша жизнь круто изменится, вы не в чем себе отказывать не будите. Путешествие, деньги, драгоценности, машины, шубы, салоны все у ваших ног. От вас только следовать этим трем пунктам, а остальное мелочи, сильно не парьтесь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})