Под созвездием Большой Медведицы - Анна Васильева

«Это хорошо», – думала она. – «Слезы еще никому не вредили». Незнакомец старался, чтобы она не заметила.

Зеркало он оставил у себя и смотрелся в него, когда она уходила охотиться. Хотя он не понимал, зачем? Продовольствия у них хватило бы еще на месяц, но она упрямо, каждый день брала ружье и уходила на три-четыре часа, оставляя его одного.

От Вадима Бромштейна.

Я очнулся на топчане с болью во всем теле. Начал вспоминать, что со мной приключилось…

«А… Медведь напал на меня. И как я от него удрал? Ничего не помню… – Увидел, как хрупкая женщина старательно срезает волосы у меня на груди маникюрными ножничками. – Вот прокол!»

– Хорош? – Спросил я ее, а она буркнула что-то мне

Попросил дать мне зеркало – лицо болело нестерпимо – вообще сказала, что через неделю даст. Я удивился и спросил:

– Почему через неделю? – Женщина ответила, что швы порвутся.

Какие швы? Ничего не понятно. Но женщина мне понравилась, не смотря на ее нежелание со мной говорить и какое-то недовольство. Я иногда на нее смотрел, пока она занималась своими делами. Окно, которое ей пришлось выбить, она старательно составила из кусков, заделав небольшие дырки мхом. Переплет окна был почти цел.

Зеркало я у нее таки выпросил на свою голову. Увидев шрамы, на меня напала такая тоска, что я не мог разговаривать два дня. Я не мог даже думать – мысли покинули мою голову. Но и в эти дни, она готовила еду и кормила меня с ложечки. Подниматься мне самому было сложно, и она помогала мне. В эти минуты я успел, как следует рассмотреть ее.

Глава 4

Да она особо и не охотилась! Маша просто не могла видеть огромного сильного мужика, который сник от шрамов. Она знала, если ничего изменить нельзя, то надо привыкать!

О чем он думал она не мела понятия, но догадывалась. Во-первых, ему было больно, особенно подниматься, во-вторых – то, что он видел в зеркале, не было прекрасным зрелищем. Каждый день Маша обрабатывала его раны сначала перекисью, а потом, накладывая какую-то кашицу из травы. Незнакомец с удивлением замечал, что она помогала.

Однажды, когда Маша пришла с охоты, принеся за поясом какую-то птицу, заметила, что незнакомец не хандрил, а улыбался ей.

«Ну, наконец-то!» – Удивилась она, но виду не подала.

Он протянул ей золотистую пудреницу. Маша взяла ее из его пальцев и положила в сумку.

– Ваше зеркало. Вы отлично потрудились. Кем вы работаете? Врачом? – Первый раз он заговорил с ней нормальным языком. Не стараясь обидеть.

– Массажисткой, а шить умею, как любая другая женщина, – дала ответ Машаи принялась разделывать птицу. Перья она щипать не стала, а просто сняла кожу и положила на стол тушку.

– Да. Как на машинке. А чем вы меня сшили?

– Сухожилиями медведицы – Она пожала плечами.

– М-да… сама покалечила – сама и лечит. А дядя Сева скоро приедет?

– Не знаю, – пожала плечами Маша. – Он не сказал. Мы с Кирой спали, когда он ушел.

Он снова замолчал. Отвернулся к стене, потом быстро повернул голову, но швы снова дали себя знать. Он тихо застонал.

– Как вы умудрились затащить меня на топчан? Я же раза в два больше вас по всем параметрам!

«Интересно, долго он думал над этим вопросом или вопрос родился только сейчас?» – Съязвила ему молча Маша, а ему ответила:

– На одеяле, стоя на топчане. И где вас таких только выращивают? – Озвучила свой вопрос Маша со смехом.

– Дома, – помня о больной щеке, криво усмехнулся он.

– Скоро супчик будет готов. Надо только крупу бросить или макароны. А? – Она подняла одну бровь, глядя на него.

– Лучше макароны, – попросил незнакомец.

– Хорошо, – согласилась Маша. – Макароны, так макароны, – взяла пакет и пошла к костру.

– А как вас, все-таки, звать? – Крикнул он ей в след.

– Мария! – Крикнула она ему в ответ.

Ему вдруг стало смешно. Маша вернулась, а незнакомец почти смеялся, но расхохотаться он не мог. Мешали раны.

– Что вас так развеселило? – Маша заломила бровь от удивления.

– Машенька и два медведя! – Продолжал хохмить он, охая и ахая.

– Не много не так – две Машеньки и медведь. – Поправила его Маша.

– В этом есть большая доля правды! – Согласился он и снова засмеялся. – " А она хороша!» – решил он. – «Только росточек подкачал. Моя Васька и то выше почти на голову. Хотя…» – спросил еще раз зачем-то: – Значит, вы племянница дяди Севы?

– Да, но я никогда не знала своих братьев. А вы давно с ними знакомы?

– Мы выросли в одном дворе, – пояснил мужчина.

– Ясно, – сказала Маша и вышла за котелком.

Через несколько минут по избушке разбежался сумасшедший аромат мясного супа с дичью. Маша налила в две миски варево, поделив мясо на четыре части.

– Давайте я помогу вам подняться, – она подставила свои худенькие плечики под внушительное тело «пациента».

– Не раздавлю? – Заботливо спросил он.

Конец ознакомительного фрагмента.