Борцы с нечистью. Том 1 - Андрей Никифоров

этот момент, когда одна лапа была порядком порублена, а вторую отбросил удар Ирины, в ближний бой вступила Евдокия. Оказавшись рядом с лешим, она саданула кувалдой снизу-вверх по древесной морде. Чудовище отклонило голову и раскрыло пасть. Это тётке и нужно было: в глотку лешему полетел зажжённый горшочек.

Монстр зарычал, из его рта и глазниц полыхнули языки пламени. Сперва леший остервенело скрёб кору у подбородка, а затем зашагал в сторону чащобы. Но пройдя всего несколько шагов чудовище развалилось на кучу стволов и веток. Почти в таком виде Лёха застал лешего, с тем лишь отличием, что теперь из-под древесной горки шёл дым.

Ирина подбежала к неподвижным Бельчонку и железному человеку, плюхнулась перед ними на колени, и начала быстро читать молитвы. Тела озарил золотистый свет. Продержавшись несколько секунд, он потух. Ирина безвольно уронила руки на колени.

— Раздавил, нечистый, — помрачневший Олег стоял позади девушки. — Мертвы. Упокой Господь их души…

Он перекрестился, и жест повторила Евдокия. Ирина вновь начала читать молитвы, но уже без призыва силы.

— Эх, Бельчонок… Бедный сиротка! — всхлипнула Евдокия. — Эх, Глеб…

Олег вспомнил про юнца, невесть как вышедшего на засаду, которую охотники готовили для лешего. Посмотрев туда, где последний раз видел парня, Олег ожидал обнаружить пронзённый корнями труп. Но вместо этого увидел полупрозрачный синий купол, под которым угадывался силуэт свернувшегося калачиком юноши.

— Эт как разуметь? — удивилась Евдокия. — Колдун он никак? Силу нечистую призвал?

Купол понемногу обесцвечивался и терял плотность. Ирина прервала молитвы и подошла к нему.

— Нет, колдовской силы нету, — покачала она головой. — Это сила, подобная нашей.

— Хм-м, — озадачилась Евдокия. — Из других охотников буде?..

— Не. Тогда б нам подсобил, а не лежал в стороне, — возразил Олег. — Да и не слыхивал я про других охотников рядом. Знал бы, коли нашёлся таковой.

Купол окончательно развеялся. Лёха валялся без сознания.

— Как поступим с ним? — поинтересовалась Ирина.

— Сильный дар… С собой возьмём, — решил Олег. — А там игумен буде разбираться… Ирина, у тебя рука опухла. Сильно поранилась?

Встречный удар по лапе лешего не прошёл для девушки без последствий.

— Пустяк, — Ирина спрятала посиневший кулак за спину.

Раздался заливистый лай. В рощу заскочила стая собак и все они устремились к Лёхе. Но троица борцов с нечистью не сговариваясь загородили юношу и подняли оружие. Собаки непрестанно гавкали, носились вокруг группы, но приблизиться вплотную боялись. Вскоре подоспели сами хозяева. Вздрогнув, Ирина одной рукой кое-как натянула на голову сбитый апостольник. Среди дюжины прибывших был тот самый верзила, что устроил Лёхе допрос. Увидев компанию борцов с нечистью, верзила сперва отдышался, а потом выпалил:

— Кто такие? Чьих будете? Часом не соглядатая сообщники?

Загонщики взяли троицу в полукольцо и направили на них копья. Но борцы с нечистью не опустили оружие.

— Как узнал, что он соглядатай? — поинтересовался Олег.

— Он ещё не признался, но дело времени, — сказал верзила. — В лесу нашёлся, да убёг. Но тебе знать не должно. Сами чьих будете? А ну говорите!

— Церковная служба борцов с нечистью.

Олег произнёс тихо, так что было едва слышно сквозь неутихающий лай, однако все загонщики разобрали слова. И с волнением переглянулись. Все, кроме верзилы.

— Да ну! Как подтвердишь?

— Вот те крест.

Олег вытащил из-под ворота распятие.

— Вглядись получше. — Олег вытянул руку вперёд, так что серебристый символ покачивался на верёвке и всякий мог рассмотреть его. — Ты знать должен, какая кара постигает тех глупцов, что надевают сей крест без позволения.

И вновь предводитель загонщиков засомневался.

— Почём мне знать, что подлинный! Может, ты подделку нацепил, чтоб людей дурачить! Так соглядатаи и поступают!

Собаки вели себя всё наглее, норовя юркнуть под ноги охотников и укусить беззащитного Лёху. Тогда Ирина пристально посмотрела на свору, и голубые глаза мелькнули красным. Собаки вдруг испуганно завыли, и спрятались за хозяев, поджав хвосты.

— Ведьма никак! — вырвалось у верзилы.

— Пёс смердящий, — процедил сквозь зубы Олег, крепче сжимая топор, — ты ведьмой малосхимницу назвал. Это строго карается.

— Схимница… в штанах? — предводитель загонщиков недоверчиво посмотрел на Ирину, которая смиренно потупилась.

— Слухай, ты… Мы потеряли двух соратников в бою с лешим. И я сейчас весьма зол. А ну проси прощения у матушки Ирины. Иначе рассеку тебя от пустой башки до самых чресл! Проси прощения.

Лезвие топора затрещало, раскаляясь. Только тогда верзила спасовал.

— Христа ради, простите! — он упал на колени и ударил челом в землю. — Простите, матушка!

Загонщики тотчас отвели оружие от борцов с нечистью.

— Прощаю, — промолвила Ирина. — Но должно тебе всю седмицу утром и вечером молиться за рабов Божьих — Бельчонка и Глеба. Ибо они совершили святой подвиг: пали в бою с нечистью, защищая вас, ваших чад и весь род людской. Защищали от лешего-людоеда, что заманивал заплутавших глубже в чащобу, и пожирал. Как сказал Спаситель: «болши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя». Вот что ещё, сделайте носилки — три штуки. Пару для погибших, одна штука — для юноши. Отнесёте их в посад.

Загонщики сразу засуетились, исполняя веление Ирины.

— И ещё, дуболомы, — сказал Олег, гася топор, — землёй засыпьте вон ту тлеющую кучу веток. А то не хватало нам ещё лес поджечь.

Глава 4

— Монастырь

До чего ж приятное колыхание. Будто вновь стал ребёнком, которого убаюкивает мама, мерно покачивая колыбель. И так мягко, словно сбоку плюшевая игрушка. Хочется обхватить её покрепче, потереться и вжаться лицом в податливую поверхность… Да-а, вот так, хорошо. Только кто так нагло шумит, нарушая блаженное забытьё?

С неохотой разлепив глаза, Лёха обнаружил себя обхватывающим пышную подушку, как ему сперва показалось. Но в следующий миг понял, что это большая женская грудь, оттягивающая рубаху. Вскрикнув, парень отпрянул и свалился с лавки. Чуть приподнявшись, Лёха увидел, что находится посреди движущейся повозки.

— Очнулся, болезный! — усмехнулась Евдокия, которую Лёха во сне принял за плюшевую игрушку. — А так хорошо дремал.

В конце лавки, на которой развалилась занявшая половину повозки Евдокия, сидела Ирина, а напротив неё — Олег. Вокруг, куда ни глянь, простирались холмистые луга.

— Тише-тише, — успокаивающе сказала Ирина. — А то головой стукнешься, и опять в беспамятство. Сядь на лавку.

Оробевший Лёха выбрал место рядом с Олегом.

— Как здоровье, молодец? — сухо спросил он.

— Здоровье… — Лёха прислушался к ощущением. — Вроде ничего не болит. Только очень пить хочется.

— Эт можно! — Евдокия сняла с пояса неказистую штофу, и протянула парню.

По привычке Лёха сперва собирался открутить деревянную крышку. Выдернув её, юноша поднёс горлышко к ноздрям. «Кто знает, что сунула алхимичка».

— Да водица