Невеста горца - Ханна Хауэлл

Джеймс нахмурился и задумчиво почесал подбородок.

— Узнав, что эта земля принадлежит незамужней девушке, они испугались, что ты можешь выйти замуж за человека, который захочет получить побольше земли. Макмилланы доказали, что они мирные соседи. Твой будущий муж может оказаться не столь миролюбивым.

— Сейчас здесь мир, так что, думаю, сначала они попытаются договориться, — вздохнула Джиллианна.

— Здесь не всегда было так мирно, миледи, — возразил Джордж. — Отцы этих трех лэрдов и их деды были весьма кровожадными и погубили немало людей. Алд-Дабач тоже пострадал. Договоры заключались и тут же нарушались, предательство было обычным делом. Земля была красной от крови, много людей полегло, в том числе и из нашего клана.

— И кто положил этому конец? — заинтересовалась Джиллианна.

— Их отцы поубивали друг друга, оставив после себя множество могил. Клан Макенроя пострадал больше всех. Тогда эти лэрды были еще мальчишками, но они заключили договор между собой. Друзьями они не стали, но перестали сражаться друг с другом. Если один из них нарушит договор и нападет на другого, ему придется сражаться с двумя противниками. При нападении врагов извне они не помогают друг другу, но и не принимают сторону врага.

— Мир, но не взаимопомощь?

— Да, миледи. Так продолжается уже почти двенадцать лет. Время от времени случаются убийства или словесные стычки, но на открытую вражду никто не идет.

— Я не предполагала, что все так печально, — вздохнула Джиллианна.

— Миледи, к тому времени, как умерли старые лэрды, я даже не был уверен, что на их землях остался хоть кто-то, способный восстановить те руины, которые оставили после себя эти старые дураки.

— О, теперь я понимаю, почему они так не хотят, чтобы на мне женился кто-нибудь посторонний и объявил мою землю своей собственностью.

Джиллианна, удобно развалясь в большом кресле и глядя на темную поверхность стола, попыталась привести в порядок мысли. Ей нужно было выиграть время и дождаться приезда отца. Инстинкт подсказывал ей, что он немедленно прибудет в Алд-Дабач, как только выполнит задание короля. А уж тогда он сумеет разобраться с этими тремя лэрдами и уладит все недоразумения. Но до той поры ей каким-то образом придется держать на расстоянии своих соседей и сохранить Алд-Дабач, а это было нелегким делом.

— Вы собираетесь с ними воевать? — спросил Джордж со слезами на глазах.

— Пожалуй, нет, — протянула она. — Обещаю, в любом случае это не будет кровопролитная битва. Мне нужно время. Скоро приедет мой отец и договорится с этими людьми.

— Да, — согласился Джеймс, — но мы не знаем, когда он приедет.

— Именно поэтому я и не хочу устраивать настоящую войну. Мне нужно лишь продержаться какое-то время и молить Бога, чтобы отец поскорее приехал. Сейчас, Джеймс, мне нужен мужчина, но старше и опытнее тебя.

— Итак, мы должны быть готовы отразить пару нападений?

— Мы обойдемся без кровопролития. Я не хочу, что бы кто-нибудь пострадал.

— Ага, тогда я приготовлю побольше подушек, — рассмеялся Джеймс. — Тут нужна хитрость. Нам надо над этим подумать.

— Думаешь, они попытаются напасть прямо завтра с утра?

— Уверен в этом. Эта троица хочет решить проблему до появления твоего отца.

— Тогда мне пора начинать готовить мой первый сюрприз, — заявила Джиллианна и встала из-за стола.

— Что это будет, миледи? — заинтересовался Джордж, следуя за Джиллианной и Джеймсом.

— Что-нибудь страшно вонючее и липкое. Мужчину можно заставить отступить не только при помощи оружия.

— Но если это такое вонючее, то не будет ли для нас пыткой готовить эту смесь?

— Что ж, нам придется заплатить за нашу хитрость, — рассмеялась Джиллианна. — Все будет не так уж плохо. Пусть самую вонючую часть добавят уже в конце. Кроме того, не забывайте, что мы можем отойти в сторону, а те несчастные, которые захотят на нас напасть, будут смердеть несколько дней, если только не догадаются сжечь свою одежду. — Разговаривая со своими помощниками, Джиллианна вдруг поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы Макенрой был первым, кто попытается на нее напасть. Он показался ей самым неуязвимым из троих, а значит, и самым опасным. Но она отбросила в сторону смущавшие ее мысли, решив, что ей не пристало поливать вонючей смесью такого красавца.

— Как же так вышло, что ты оказался третьим? — спросил Дэрмот своего брата Коннора. — Обычно тебе, везет больше.

Братья сидели на холме под развесистым деревом. Коннор посмотрел в сторону Алд-Дабача.

— Мне повезло, что я третий, — ответил он.

— Но эти два дурня получат шанс первыми!

— Да, и первыми проиграют.

— Она привезла с собой армию?

— Всего шестерых хорошо натренированных воинов.

— По-моему, этого мало.

— Если они действительно настолько хороши, как она говорит, то смогут некоторое время удерживать замок. Им нужен только умный руководитель, а эта девица далеко не глупа.

— Умная девица может стать настоящим проклятием, — проворчал Дэрмот. — Может быть, стоит отдать победу нашим соперникам?

— Нет. Я хочу получить Алд-Дабач. Там плодородная земля, какой нет у нас. Кроме того, ты получишь поместье и людей, которыми сможешь управлять. У Роберта и Дэвида всего по одному-два брата, а у меня четверо, которым я не могу предложить даже по собственному дому. Умна эта девица или нет, но Макенрои должны получить ее землю.

— А почему ты решил, что она умна? Ваша встреча была очень короткой.

— Я успел это понять. Сэр Дэвид полагает, что ему достаточно срубить несколько голов, ворваться внутрь и притащить девицу к священнику. Он не питает ни капли уважения к людям за этими стенами и к самой хозяйке. И в этом его ошибка. Сэр Роберт не многим лучше, хотя у него хватило смекалки понять, что впереди нас ждут большие проблемы. Я, например, уверен, что они оба проиграют, так что лучше посидим здесь и понаблюдаем. Мне интересно, что она придумает и захочет ли жертвовать своими людьми.

Коннор поймал себя на том, что постоянно думает о маленькой хозяйке Алд-Дабача. В ее внешности было что-то интригующее, хотя он не мог понять, что именно. Леди Джиллианна была очень маленькой, она едва бы достала ему до подмышки, даже встав на цыпочки. А уж о ее женских прелестях вообще нечего было говорить: они практически отсутствовали. Ее волосы не были ни рыжими, ни каштановыми, а глаза представляли собой странную смесь голубого и зеленого, причем один глаз был скорее зеленый, а второй — голубой. В ней все казалось таким хрупким, начиная от тонких пальцев до крохотных ножек, которые, как он заметил, даже не доставали до пола, когда она сидела в кресле. Она совершенно не соответствовала женщине его мечты. Кроме того, он предположил, что ее странные глаза видят гораздо больше, чем может показаться.