Волшебная иголка - Николь Бернем

Хотя Джаред еще не заплатил ей за платье и нужно было с ним об этом поговорить. Мэнди раскрыла рот от неожиданности.

— Вы серьезно? Кэвин заплатил за платье? Он уже приходил сюда?

— Да, я серьезно, но… — при взгляде на это радостное лицо Кэти было сложно продолжать. — Но это не Кэвин. Это был твой отец. Он приходил сегодня утром и сказал, что заплатит за любое платье, которое ты выберешь.

— Не может быть, — прошептала Мэнди. — Вы уверены, что это был мой папа? Джаред Портер? Он высокий, темноволосый, ему тридцать пять лет, и он очень симпатичный. — Она подумала немного, потом шлепнула себя ладонью по лбу. — Черт! Сегодня ведь день его рождения. Ему исполнилось тридцать шесть. Я такая идиотка!

Кэти рассмеялась.

— Ты не идиотка. И я уверена, что это был твой отец. Мужчина на самом деле симпатичный, и по нему не скажешь, что он отец взрослой дочери. Так что не волнуйся о…

— Я ни о чем не волнуюсь.

Мэнди еще минуту смотрела на журнал, хотя было ясно, что ее мысли были далеко. Потом взглянула на часы, сняла свой рюкзак с прилавка и повесила через плечо.

— Мне очень жаль. Я совершенно забыла, что мне надо быть… я должна заниматься геометрией с целой кучей семиклассников. Если не потороплюсь, то опоздаю. Я действительно хочу платье. Мне просто нужно пару дней, чтобы подумать о фасонах и всем таком прочем. Я не ожидала, что у вас такой большой выбор.

— Замечательно. Приходи, когда будешь готова.

Кэти вышла из-за кассы. Она старалась держаться подальше от Мэнди, пока та смотрела журналы, чтобы девочка не испытывала неловкости. Может, она сказала лишнее? Она не помнила просил ли Джаред не говорить Мэнди, что хочет заплатить за платье? Ей следовало спросить его. Хотя, честно говоря, сегодня утром она не верила, что его дочь вообще придет к ней в магазин.

Мэнди промямлила слова благодарности, взяла одну из визиток Кэти, засунула ее в задний карман потертых джинсов и быстро вышла. Кэти сложила в стопку модные журналы, но вместо того, чтобы убрать их, подошла к окну. Куда бы пошла Мэнди, если бы ее не ждал Кэвин? Мэнди с сотовым телефоном в руке села в «понтиак» и сильно захлопнула дверцу, когда Кэвин уже отъезжал.

А Кэти подумала, что, возможно, сегодня она обеспечила ужасный вечер Джареду Портеру.

Все не ладилось сегодня у Джареда.

Он присел и вытянул шею, чтобы получше увидеть задвижку. Он гордился тем, что всегда хорошо подгонял дверцы кухонных шкафов, так, чтобы каждый стык был незаметным. Но сейчас все не получалось. Его мысли, обычно сосредоточенные на деле, которым он занимался, сегодня крутились вокруг Мэнди.

И если быть откровенным, то вокруг Кэти Шмидт тоже.

Это нервировало, потому что, если бы он был хорошим отцом, в чем он уже начал сомневаться из-за поведения Мэнди, то его бы волновало только благополучие дочери. И он не позволил бы своим мыслям вертеться вокруг блондинки, которая выглядела как девушка с рекламы прохладительных напитков.

— Ты уже выровнял дверцы?

Джаред взглянул через плечо на Стюарта. На том были белоснежная футболка с эмблемой фирмы «Портер констракшн» и свежие брюки цвета хаки. Его невозмутимый взгляд говорил о том, что он проводит большую часть дня, разъезжая от одной рабочей точки к другой в минивэне с кондиционером. А он, Джаред, работает в жаркой, пропыленной кухне Клайнов.

— Да. Просто осталось подтянуть петли и убрать здесь все.

Здорово было бы так же легко переубедить Мэнди, как подтянуть петли у шкафа. Заставить ее подумать о том, о чем нужно думать в первую очередь. Например, уделять побольше внимания своим оценкам и материалам, которые она принесла с подготовительных курсов.

— Надо, чтобы по дороге домой ты заехал к Риверзам. Джанель говорит, что плинтус в ее новой пристройке треснул и надо бы посмотреть.

— Парни будут завтра класть ковровое покрытие?

— Да. Именно поэтому я и хочу, чтобы ты посмотрел на этот плинтус сегодня. — Стюарт облокотился о кухонную перегородку и стал любоваться супермодной вишневой мебелью. — Знаешь, выглядит действительно неплохо. Клайны будут в восторге, особенно когда увидят гранитную столешницу и эти тонко подобранные мелочи. Рифленые углы — хорошая задумка.

— Спасибо.

У Стюарта было доброе сердце, и он хотел как лучше, но его постоянные комплименты все же принижали Джареда. Ведь их говорил его младший брат, который выучился в колледже, был счастлив в браке, имел двоих детей и собаку и вообще был столпом общества.

— Раз ты заедешь к Риверзам, хочешь, я заберу Мэнди с волейбола?

Джаред с силой нажал на отвертку.

— У них сегодня не было тренировки, поэтому Кэвин повез ее в магазин после школы. Она сказала, что ей нужны носки или что-то вроде этого…

О, черт. Можно ли быть более тупым? Тренировку по волейболу отменили в середине недели осенью? И носки!

— Джаред? Что-то случилось?

— Нет. — Он еще раз повернул отвертку. — Просто нужно это выпрямить.

Может, Мэнди уже уехала из магазина? И они с Кэвином ищут… подходящее местечко? Он глубоко вздохнул и попытался не вымещать свою досаду на шкафе. С Мэнди все обстояло хуже, чем он думал. Она никогда раньше не лгала ему, если не считать того случая, когда ей было четыре года и она не признавалась в том, что собрала все помидоры за домом — а они были еще зеленые — и пыталась скормить их кошке Эберхардтов.

— Ладно. Оставлю это на тебя. Но если тебе или Мэнди понадобится что-нибудь…

— Спасибо, Стюарт. У нас все нормально.

Стюарт пожал плечами, вышел и оставил Джареда в почти законченной кухне. Когда он выровнял последнюю дверцу, сердце у него уже бешено колотилось.

Почему Мэнди лгала ему? И почему так стремится выйти замуж? Этого он не мог понять. Раньше она не была такой упрямой — они всегда полностью доверяли друг другу. Даже если в чем-то не сходились, то всегда выслушивали собеседника. Впрочем, упрямством всегда отличалась ее мать.

Он ругнулся, потом встал и широкой щеткой собрал древесные опилки в кучу около задней двери. Мэнди всегда считала, что он сделал ошибку, не женившись на ее матери. Если бы они поженились тем летом, когда окончили школу — именно тогда Корнелия узнала, что беременна, — все в жизни Мэнди было бы по-другому. Ей бы не пришлось проводить время после школы на продленке или у соседей. У нее была бы мама, которая стала бы вожатой ее отряда девочек-скаутов. Ей было бы к кому обратиться, например, за советом, какие брюки носить, чтобы быть самой популярной девочкой в школе.

Другими словами, ей всегда хотелось иметь замечательную маму.

Но Джаред знал, далее когда ему было восемнадцать, что брак с Кори не продлится долго. Кори быстро решила для себя, что не хочет ребенка, не хочет жить в Бауэне, и, конечно, она не хотела с ним долгих отношений. Сразу же после рождения Мэнди Кори отдала ее Джареду, уехала в Чикаго и уже не возвращалась.