Четвёртый - Сергей Калашников

Оказалось, что знал его только командир группы - парень парой-тройкой лет старше, у которого вместо нагана был ТТ, вместо ботинок - сапоги, а также имелись карта, часы и бинокль. Кличка у него была "Вадим", а настоящее имя никому не известно. Вообще, все двенадцать диверсантов до встречи в школе друг друга не знали - были знакомы только по псевдонимам. Поэтому и мы не демонстрировали никому того, что общались раньше.

Так вот - общая задача выглядела, как проникнуть в тыл врага, где проводить диверсии любых обнаруженных целей. Но все двенадцать человек несли по нескольку килограммов взрывчатки и двигались одной группой, придерживаясь заданного командиром направления. Видимо, была и некая основная цель, знать о которой противнику не следовало, отчего и основную массу личного состава с ней не ознакомили. Вот так мы рассудили. А потом отыскали на карте маршрут, которым двигались диверсанты - похоже, они шли к той самой станции, в десятке километров от которой и были обнаружены.

Ползая кончиком карандаша по загибонам речушек, которые, в основном, и запомнились ребятам в качестве ориентиров, мы, наконец-то определились с местом. Далеконько нас занесло. Что же касается цели на станции, то, да, определённый ущерб ей можно нанести, если с умом подложить доставленную взрывчатку, но только это задача не для дюжины подростков с наганами, а или для подпольщика из местных, хорошо знающего железнодорожную специфику, или... ну, не знаю. Для опытного и искусного минёра, имеющего чётко поставленную задачу.

С этими соображениями ребята согласились, но обратили моё внимание на расположенный неподалеку мост, уничтожение которого могло на несколько дней прервать железнодорожное сообщение. А что? Логично. Пока действует стальная магистраль, на шоссе особого оживления не наблюдается.

Вообще нам было лениво - апатия сменила возбуждение предыдущих полутора суток, что подкрепилось неопределённостью цели. В сумерках мы долили в баки горючего и покатили по заранее намеченному маршруту в сторону спрятанного грузовика, полагая, что поднятый нами переполох уже утих. Ехали медленно, с погашенными фарами, выбирая дальние обходные пути, позволяющие далеко обогнуть населённые пункты. За несколько километров до цели оставили своих "коней", тщательно замаскировав их и укрыв плащ-палатками. А тут и рассвет, и начало новой днёвки.

Ребята снова стали деловитыми и сосредоточенными - наперебой учили меня и нагану, и пулемёту и автомату с прямым рожком, который мы сняли с одного из мотоциклистов. Кстати, от них нам досталась ещё пара парабеллумов, точно таких же, как и у фельдфебеля, командовавшего сапёрами. Ещё мы пошарили по округе, не выходя из леса на поле, вдоль которого проходила дорога - приметили землю, выброшенную из воронок взрывами, и подумали, что тут недавно проходили бои.

Действительно, проходили. Но ничего особо ценного отыскать нам не удалось - одна трёхлинейка с разбитым цевьём и покорёженным стволом, да пара шинельных скаток. Патронов в винтовке не было. Еще нашли уничтоженную позицию с тремя повреждёнными 82-мм миномётами и абсолютно пустыми ящиками от мин к ним. Не слишком осыпавшиеся окопы были пусты - похоже, наши отступили упорядоченно, забрав раненых и похоронив убитых.

- Зачем они тебе? - как всегда, дружелюбно улыбаясь, спросил Фимка, глядя на то, как я прячу шинельные скатки в коляску. - В такую-то жару!

- За летом часто приходит осень, после которой случается зима.

- Да к зиме уже и война-то закончится, - уверенно заявил наш поправляющийся. Его перестало кособочить, и он довольно уверенно помогал себе левой рукой.

- Нет, не закончится, - ответил я уверенно. - От Москвы Красная Армия фашистов отбросит.

- Как это, от Москвы? - взвилась Ольга. - Да мы их...! - и осеклась. На лице её нарисовался испуг от внезапной догадки.

- Фим! - вступил в разговор Миша. - Рассуди сам. Уже месяц, как по радио сообщают только об оставлении нашими войсками разных населённых пунктов, а об освобождении захваченных врагом территорий - нет. Получается - не выходит у нас быстрой победы. А как немец умеет воевать, ты на себе почувствовал.

- Так мы же их, сколько накрошили! - возразил Ефим.

- Это случайность была, - тихим голосом пояснила Ольга. - Удачное стечение обстоятельств, которым мы сумели воспользоваться. Тоже случайно, - эта юная особа исключительно быстро соображает. А Мишка - просто рассудительный.

- В принципе, было бы логично обосноваться в этих краях и рвать железку, нарушая немцам сообщение, хотя бы на ближайших ветках, - пояснил я. - Даже возвращаться к своим не нужно, рискуя нарваться на неприятности при переходе линии фронта. Только это не получится - без провизии, взрывчатки и обмундирования нам долго не протянуть. Нас радиоделу учили? Сможем мы связаться со своими, если захватим рацию? Частоты там, шифры, график сеансов радиосвязи?

- Нет, - мотнула головой Ольга. - Курс был очень кратким. Оружие, подрывное дело и ориентирование, то есть - топография. Другая группа ещё с парашютами прыгала.

- И сразу заброска? - не понял я.

- Нас через линию фронта перевели полковые разведчики. Это было дней пять тому назад. А потом мы остаток ночи бежали, день пересидели на месте и снова всю ночь бежали, пока не перебежали ту злосчастную дорогу, - дополнил картину Фимка.

- Четыре дня, - поправил Миша.

- А столько уже всего случилось, - вздохнула Оля.

- Надо бы к следующему утру добраться до железнодорожного моста, да рвануть его ко всем чертям, - "внёс предложение" Фимка.

- Надо прилечь и вздремнуть до сумерек, - поправил его я. - И откушать полноценно, пока хлеб окончательно не высох.

Фимка вздохнул и спрятал под прикрывающую мотоцикл плащ-палатку найденную сегодня разбитую винтовку. Он вообще такой - всё старается прибрать. Шинели он бы тоже прибрал, если бы я не взял их первым.

По моим прикидкам выходило, что ребята в этой диверсионной группе были не абы какие, а весьма неслабые физически. За две короткие летние ночи, неполную и полную, они преодолели более полусотни километров, причём не по рекортановой дорожке, а через леса. И не налегке, а неся на себе килограммов по семь-восемь. Внешний вид моих товарищей тоже на это указывает - мышцы у всех неплохо развиты - это я видел во время купания и когда Фимку перевязывали. Про Ольгу - не знаю - она купалась в длинной, до колен, нижней рубашке, не то, что мы с Мишкой, сразу сменившие нательное бельё со штампами войсковой части на черные трусы и белые майки, найденные во вражеских ранцах. Но девушка изрядно сильна и рост у неё лишь немного меньше, чем у парней.

Опять же, соображают все трое хорошо - жаль, что готовили их в спешке. Хотя, по сравнению со мной они настоящие зубры диверсионного дела.