Стратегия для России - Повестка дня для Президента-2000 - неизвестен Автор

4.8. Задача обеспечения устойчивого демократического развития России в новом веке требует определения стратегии развития политического режима и общественного строя, сложившихся в стране в течение 90-х гг., включая выявление тупиковых путей.

Сегодня, несмотря на наличие у России ряда важнейших атрибутов демократии и рыночной экономики, демократические институты страдают недостроенностью, а экономика - "социально-политической недостаточностью". До сегодняшнего времени так и не сложилась работоспособная система "сдержек и противовесов", которая давала бы институциональные гарантии непрерывного демократического развития. И экономика, без достаточных оснований, как бы в кредит, провозглашенная "рыночной" и "свободной", функционирует сегодня не так, чтобы автоматически, без серьезного PR, обеспечивать хотя бы пассивную общественную поддержку принципам политической демократии и открытости страны.

Таким образом, на момент смены главы государства Россия оказалась политически и экономически не застрахованной от сползания к диктатуре или даже от попыток вернуться хотя бы к некоторым тоталитарным методам управления. В этих условия очень многое, если не все, в выборе модели политической системы, призванной обеспечить как решение неотложных проблем, стоящих перед страной, так и принятие, а также выполнение решений стратегического характера, зависит от личности будущего Президента РФ и от позиции новой политической элиты.

Новый президент России в своей деятельности столкнется как с беспрецедентными по сложности вызовами, так и с огромными, значительно большими, чем у его предшественника, возможностями. В частности, у него будет меньше ограничителей: оппозиция как слева, так и справа существенно ослабела, политический класс серьезно разобщен и деморализован, свобода и независимость СМИ ограничена.

Режим, сложившийся к концу 1999 - началу 2000 гг., в силу его внутренней противоречивости, допускает определенную модификацию. Сегодня достаточно реалистическими выглядят сценарии, ведущие к возникновению трех разных моделей политического режима. Один из них можно условно назвать "застойным", два других - "динамическими", предполагающими более или менее существенную - в пределах реалистического прогноза - коррекцию структурных основ нынешней политической системы. Столь же условно их можно обозначить как "жестко авторитарный" и "авторитарно-демократический". "Чисто демократического" режима ожидать, очевидно, пока нереалистично, учитывая состояние экономики, общества и государства.

4.8.1. Застойная модель основывается на попытках управлять страной привычными методами в рамках почти не меняющегося политического режима. Во имя политической стабильности и под предлогом экономических трудностей, необходимости защиты демократии, продолжающихся конфликтов на Северном Кавказе и т. д., и т. п. правящая элита отказывается от последовательного решения большинства долгосрочных проблем. Все институциональные составляющие нынешнего режима ("демократические", "реликтовые" и "злокачественные") сохраняются в некотором равновесии при возможном изменении соотношения между ними. Внутренняя (в том числе экономическая), а также внешняя политика держится на более или менее успешных персональных импровизациях. И внутри страны, и на международной арене проводится "политика качелей". Власть остается минимально консолидированной. Во всех областях, от военной политики до отношений с МВФ, политика основывается на тактическом маневрировании, основывающемся на здравом смысле, а также постоянных согласованиях личных и ведомственных интересов. Конституция 1993 г. сохраняется в неизменном виде по принципу "священной коровы". Практическое обеспечение основополагающих свобод под действие этого принципа не подпадает, однако внешне общество остается достаточно либеральным, в немалой степени - по причине слабости и неповоротливости властей. Продолжаются громкие коррупционные скандалы, но реальная борьба с коррупцией, когда она не используется в качестве сильнодействующего средства в борьбе олигархов и кланов, ведется крайне вяло. Исподволь продолжается умеренная олигархизация и феодализация страны, если не ее ползучий распад. Страна все больше отстает от мировых лидеров. Сохранение "застойной" модели в течение длительного времени тождественно окончательному переходу в группу маргиналов. В обществе растет тоска по "сильной руке", увеличивается вероятность перехода к жестко авторитарному режиму и уменьшается вероятность непосредственного перехода к режиму демократическому.

"Застойная" модель предполагает либо постепенный развал страны, либо попытки перехода - с годами все менее эффективные - к жестко-авторитарной модели.

4.8.2. Жестко авторитарная модель, которую новый президент в принципе может попытаться воплотить сразу, отражает стремление резко повысить эффективность государства, не столько меняя структурные основы режима, сколько систематически используя произвол как принцип власти и более или менее последовательно устраняя любые ("демократические", "реликтовые" или "злокачественные") элементы режима, которые в данный момент мешают властям. Возможно, начиная с какого-то момента это делается на основе более или менее выраженного национализма. В любом случае, однако, психологическая подкладка политики режима - популизм.

Сильная исполнительная власть консолидируется и становится более централизованной. Осуществляется более жесткое, чем раньше (не обязательно эффективное), планирование, основанное на определенных идеологических постулатах или методологических предрассудках. Конкретный характер режима определяется степенью - и типом - его отказа от демократической составляющей, а также готовностью реформировать "реликтовую" составляющую и бороться со "злокачественной".

Конституция не меняется или меняется в сторону ограничения свобод и несбалансированного усиления исполнительной власти (например, расширения права президента распускать парламент на голлистский лад и т. д.). Развитие функциональной специализации институтов часто приносится в жертву достижению быстрых результатов с помощью разнообразных подручных структур "специального назначения". В этой связи практически неизбежно усиливается личностный фактор в политическом процессе.

Происходит превращение машины информационных войн в постоянно действующий инструмент "модификации массового поведения". Вероятны попытки сформировать доминирующую партию. В сфере электоральной демократии заметно усиливается манипулирование поведением избирателей и как тенденция действует принцип "победитель получает все". Договоренности на ранних этапах с политическими контрэлитами уступают место "наградам" и "дарениям" на определенных условиях после победы партии власти.

Меняется характер реального политического процесса, обеспечивающего консенсус элит. Важнейшей проблемой для режима становится достижение консенсуса "силовых структур", и режим в целом опирается на консолидированные спецслужбы. Проблема их бюджета, а также военного бюджета делается одной из важнейших. Налоги "выбиваются" любыми средствами. Осуществляется выборочный антикоррупционный террор, направленный не столько на устранение важнейших системных причин тотальной коррупции, сколько на то, чтобы убрать ее с глаз долой, загнав в подполье, а также на нагнетание в обществе атмосферы страха и неуверенности. Организация коррупционных скандалов делается монополией властей.

Проблемой для режима становится превращение группы власти в единственного олигарха, обладающего неразделенной полнотой политической и экономической власти, хотя не исключаются и попытки реального или косметического "выдавливания из себя олигарха по капле". В последнем случае особенно вероятны периодические внутригрупповые чистки, показательные процессы и т. д. Осуществляется жесткое административное давление на региональные власти, что заставляет их на время забыть о "суверенизации" и т. д.

Варианты экономической политики - от крайнего либерализма до крайнего же государственничества. Во внешней политике спектр политических курсов - от агрессивного изоляционизма до роли сателлита Запада, не имеющего собственной политики в Европе и мире (в надежде на то, что Запад "простит" характер режима). Соответственно, в мировой экономике - спектр возможностей от суверенного дефолта до роли надежного объекта серьезных инвестиций. Режим органически тяготеет к выборочному протекционизму, но при определенных условиях может позволить себе и проведение более открытой экономической политики. Распределительный патернализм как основа минималистской социальной политики.

Возможность перехода как к инерционному сценарию ("загнивание"), так и к авторитарно-демократическому. Не исключены попытки - в случае серьезных трудностей - подталкивания режима к использованию стратегий и технологий, характерных для тоталитарных образований (террор, устранение политических конкурентов, ограничение элементарных свобод, тотальная пропаганда, систематическая подтасовка результатов выборов или даже их отмена, эксплуатация образа врага для консолидации ядра общества, закрытие страны и т.д.). Крах или постепенная демократизация авторитарного режима, "подавляющего" региональные элиты, в конкретных российских условиях - даже независимо от успеха или провала экономической политики - может привести к "взрыву" сепаратистских настроений и, при наименее благоприятном сценарии, к распаду страны (частичное повторение сценария 1991 г.).