Лингус - Мариана Запата

На этот раз застонал Тристан.

— Думаю, ты несешь полную чушь.

Я не могла не рассмеяться над тем, как он разочарован.

— И в этом вся разница между нами. Я знаю, что ты несешь чушь, а ты лишь думаешь, что я делаю то же самое.

— Угу, — пробормотал он, но я могла слышать веселье в его голосе. — Сегодня вечером я возвращаюсь домой. Хочешь, я заеду за тобой, когда заберу Йоду?

— Конечно. Думаю, мне было бы приятно тебя увидеть, — поддразнила я его.

После того, как он еще дважды попросил меня подтвердить, что я считаю его самым привлекательным, мы решили, что он заедет за мной. Засранец. Я приняла душ и провела остаток дня на диване с Мэтлоком, потом отправилась за продуктами. В начале восьмого я услышала, как повернулся замок в моей двери, и замерла. С бешено колотящимся сердцем я схватила грязный нож для стейка, который остался на тарелке после обеда, и встала, крепко сжимая рукоятку, готовясь дать отпор незваному гостю. Я перепрыгнула через подлокотник дивана, и крепче сжала нож в руке.

— Кэт? — услышала я из дверного проема знакомый голос.

— Черт возьми, Тристан! — в отчаянии закричала я, схватившись за грудь, как будто это могло успокоить грохотание моего сердца.

Из-за угла прихожей показались прекрасные каштановые волосы моего раздражающе идеального друга. Я еще ни разу не видела, чтобы он так широко улыбался, а потом он нахмурился, переводя взгляд с моего лица на тело, пока его глаза не замерли на руке, в которой я держала нож.

— Боже! Ты собиралась меня зарезать? — спросил он, вскинув руки, словно сдавался.

Я посмотрела на него, и отбросила свое оружие на столик у стены.

— Я думала, ты — взломщик! Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, придурок.

— Ты собиралась зарезать меня, Золотце? — В его добрых зеленых глазах сверкнули искорки веселья.

— А ты что подумал? Что я зацелую до смерти потенциального грабителя? — Я хихикнула, пытаясь успокоиться, чтобы сердце перестало бешено биться.

Тристан одарил меня кривоватой улыбкой, от которой мои внутренности так сильно опалило жаром, что я забеспокоилась, как бы они не растаяли.

— Я был бы не против, если бы ты зацеловала меня до смерти.

Мой желудок ухнул вниз.

Я открыла рот, так и не закрыв его.

Он…

Он только что сказал…?

Казалось, что сломалось гравитационное поле, и мое тело сейчас парило в воздухе.

Его нос и скулы очень мило покраснели. Тристан быстро переводил взгляд от меня к стене за моей спиной, затем вздохнул и поднял руку, проведя по волосам.

— Кэт. — Он сделал шаг вперед, пока не оказался так близко, что я могла в полной мере оценить, насколько он превосходил меня в размерах — на целую голову выше, а плечи и грудь значительно шире моей, не столь уж и стройной, фигуры.

Я чувствовала, как настроение в комнате быстро меняется с легкого подшучивания на более напряженное. Я задрожала, когда его руки коснулись моего лица. Он обхватил ладонями мои щеки, а длинные пальцы коснулись шеи. Я инстинктивно закрыла глаза от неожиданных разрядов электричества, которые, казалось, исходили от его рук.

— Магеллан, — сказала я, затаив дыхание.

— Я так скучал по тебе, — сладко прошептал он в мой висок.

Его губы легонько коснулись моего лба, и у меня по позвоночнику побежали мурашки. Как бы это было с ним? А? Насколько бы хороши ни были губы Райана прошлой ночью, я бы предпочла пять минут целоваться с Тристаном, вместо миллиона поцелуев Райана.

— Я тоже скучала, — сказала я, уставившись на его кадык.

Он приподнял мое лицо и наклонился. С его губ срывалось теплое дыхание с ароматом перечной мяты, которое касалось моих губ. Казалось, будто Тристан стоял так всю жизнь, просто совершая вдохи и выдохи в нескольких сантиметрах от моего лица. Его руки скользнули вниз по моей шее, и остановились на плечах.

— Нам лучше уйти, пока Йода не обмочил всю машину, — хрипло пробормотал он.

Прошло несколько мгновений, прежде чем я молча отошла, чтобы взять свою сумочку и обуть туфли. Он все это время стоял у двери, скрестив мускулистые руки на широкой груди, сжимая при этом челюсть. Разместив сумочку под мышкой, я стукнула его по животу тыльной стороной ладони, направляясь к выходу.

— Идем.

Тристан запер дверь своим ключом и поплелся за мной в метре, пока мы спускались по лестнице и направлялись к его «Ауди». Огромная голова Йоды торчала с переднего пассажирского сиденья. Пес смотрел на нас, высунув изо рта длинный язык.

— Йода! — крикнул Тристан, взмахнув рукой в воздухе, словно хотел жестом попросить этого ангелочка вернуться на заднее сиденье. Но большой упрямый щенок оставался на месте, пока я не открыла дверь и дважды не поцеловала его морду.

— Мой мальчик, — сказала я ему, уткнувшись лицом в вонючую шерсть, и сильно обняла его.

— Назад, Йода, — проинструктировал его Тристан, осматривая сиденье на наличие луж от мочи. Он сдал назад, выехал с парковки, и мы направились к нему домой. В салоне по радио играл рок, а мы тихо сидели, пока Тристан не откашлялся.

— У меня будет еще одна съемка, на которую я полечу через три недели, а потом…

От недосказанности у меня начался зуд.

— И что потом?

Он взглянул на меня краем глаза.

— Робби уйдет в отставку.

Я поперхнулась слюной от его заявления.

Робби уйдет в отставку?

Тристан искоса поглядывал на меня, почти со злостью постукивая пальцами по рулю. Подождите-ка…

Я прищурилась, рассматривая его руку. Кожа на костяшках была ярко-красной, выглядела стертой и потрескавшейся на фоне гладких и светлых участков. Я наклонилась над консолью и провела кончиками пальцев по ране.

— Черт возьми! Что случилось с твоей рукой? — спросила я, едва не завизжав.

Его зеленые глаза расширились от моего вопроса.

— Ну… видишь ли… — пробормотал он.

— Ты подрался с кирпичной стеной и проиграл? — Я провела указательным пальцем по здоровой коже его пальцев. Когда он ничего не сказал, я глубоко вдохнула. — Что случилось?

— Я не дрался, — расплывчато ответил он, убирая правую руку с руля и положив ладонь на мое бедро.

В моей голове возник миллион мыслей о том, что могло произойти, но я не хотела совать нос не в свое дело. Знаю, в конце концов он мне все расскажет, но что бы это ни было, он этим смущен, потому что отказался говорить. И это человек, который с серьезным видом рассказывал мне о тех временах, когда он пукнув, навалил в штаны. Я отбросила в