Экс - Павел Ганжа

- А им? - Ветров показал на Ковальски и Саймона. - Из того же хвоста?

- Нет, - покачал головой подошедший Мак. - Одного хвоста на два клинка не хватит. Разве что отъявленный монстр попадется. Типа того, на которого вы с Вэра у реки наткнулись. - Сержант на секунду нахмурился, вспоминая гибель товарища. Смешки смолкли. - Для изготовления ножей Ковальски и Саймона кости других свордеров использовали. Мы их немало за последнее время накрошили. Лучший материал для клинков на планете.

- Сто процентов, - подтвердил Ланге. - Крепче стали. Воткни в дерево и попробуй, согни.

Антон сделал два шага к ближайшему дереву и вогнал клинок в ствол. И осторожно надавил на рукоять.

- Да ты не бойся, можешь повиснуть на нем - ничего не случится.

Ветров приналег на ручку сильнее, а затем навалился всем весом - нож ни на йоту не прогнулся.

- Круто!

- А ты думал. И ЭМ-бури не страшны - молнию не притянет. Для нашего брата - самое то.

- Вещь, - согласился Антон, выдернул нож из ствола и поинтересовался: - Кстати, о братьях... А что теперь делать надо?

- В смысле? - недоуменно спросил Ланге.

- В Братстве разведчиков... приняли же.

Ланге фыркнул и усмехнулся:

- Ничего.

- Совсем?

- Совсем. Как служил раньше, так и будешь. Разве что небольшие деньги отчислять нужно в фонд взаимопомощи. И то - по возможности и желанию.

- То есть ни тайных собраний, ни кровавых ритуалов, ни масок, ни паролей, ни условных знаков?

- Ты что, шпионских триллеров пересмотрел в детстве?! - удивился капрал. - Нет, конечно. У нас не тайное общество какое-нибудь.

- А зачем тогда... - Ветров обвел руками поляну. - Ритуал посвящения, кинжалы, речи...

- Просто традиция. - Ланге оглянулся. И увидев, что сержант отошел, и поблизости его нет, добавил: - А речи и прочее - Мак виноват. Раньше прямо в форте ножи вручали, а потом наш командир стал... как бы сказать... пафоса напускать. Любит он это дело, сам знаешь.

- В курсе, - кивнул Антон, завернул кинжал в ткань. Надо будет ножны подобрать в магазине - имеющиеся у Ветрова к клинку явно не подойдут.

- Ладно, пойдем, - сказал Ланге, - Мак сейчас сбор объявит, на базу возвращаться пора.

'Обмывка' костяных кинжалов удалась на славу. Нет, грандиозной попойки в сорок рыл с 'классическими' развлечениями - песни, танцы на столе, приглашение стриптизерш, битье посуды и морд, засыпание в тарелках с салатами - естественно, никто не устраивал. Действующая воинская часть, как ни крути. Командование однозначно не одобрило бы подобные экзерсисы. Да, и вообще, на территории форта употребление спиртного было категорически запрещено. Исключения предусматривались для гражданских лиц, а для армейских - по великим федеральным праздникам, и то в 'кошачьих' дозах.

Несоблюдение запрета грозило суровыми санкциями - вплоть до трибунала. Хотя все равно пили. Особенно офицеры, надзор за которыми практически не осуществлялся. А что прикажете делать, когда в расположении элементарно нечем заняться? Электричества нет, и доступ к обычным видам досуга, соответственно, отсутствует. Пресловутая специфика Лауры. Карты, бильярд, иные настольные игры, спорт, чтение спасали ситуацию частично. Разнообразная армейская суета - аналогично. В свободное от службы время для любого военнослужащего в форте Стоун правила балом скука. Лютая и беспощадная. Вот и прикладывались офицеры к бутылке в теплой компании. Практически открыто.

И командование закрывало глаза на мелкие нарушения. Пусть попивают помалу, лишь бы с ума не сходили. Приговорит офицер вечерком в компании коллег бутылочку-другую вина или местной низкоградусной настойки - ничего страшного, не наркотики же употребил. Зато разрядка эмоциональная - на стенку от скуки не полезет и щекочущих нервы развлечений от безделья не станет придумывать. Главное - чтобы без длительных запоев и эксцессов, типа массовых гуляний, опасного членовредительства или стрельбы. Да что офицеры - сам командир бригады генерал-майор Уильямс питием не брезговал, перманентно пребывая в состоянии легкого, а порой и усиленного 'подшофе'.

В отношении сержантского и рядового состава пригляд был построже, но тоже сильно не душили. Позволяли расслабиться. Втихаря. Поэтому обмывка именно так и проходила - можно сказать, конспиративно, 'из-под полы'. Бойцы взвода по очереди приходили в блок к Антону сотоварищи, поздравляли виновников торжества, выпивали, закусывали и, дождавшись следующих посетителей, удалялись восвояси. Прямо конвейер обмывочный получился. Антон не знал, само собой, оно так вышло, или Мак график составил, но за семь часов уложились все, кроме командира, Хакасиры, Тамаша и Йоргенсена. Новичкам, очевидно, подобные мероприятия были 'еще не по чину', а лейтенанту - 'уже не по статусу'.

Помимо очередности и в плане выпивки закуски праздник был организован, что называется, на уровне. Страждущим предоставлялся выбор из восьми видов горячительных напитков и разнообразная снедь: мясо, рыбы, овощи, фрукты. В изрядных количествах - роту прокормить и напоить хватит. Ветрову с товарищами не пришлось даже ничего делать - они просто скинули оговоренную сумму Макхейлу, а тот договорился с поваром о горячих блюдах и где-то добыл холодные закуски и спиртное. Имелся в таком подходе к процессу обмывки только один существенный минус - поздравляющие менялись, а поздравляемые - нет. Пропуск тостов в собственную честь гости непременно расценили бы как неуважение и полный моветон, и уклониться от распития не получалось. Потому герои торжества, совершенно естественно, постепенно накачивались спиртным.

К тому времени, когда к ним заявились последние посетители - сержант и взводные капралы Ланге и Хаим, свежеиспеченные члены Братства разведчиков от выпитого уже не держались на ногах. А Саймон сомлел окончательно, валялся на кровати, громко сопел и на попытки разбудить не реагировал. Ветров и Ковальски пребывали еще в сознании, но, если дозволено так выразиться, в сумеречном состоянии. Конструктивно и членораздельно поддержать разговор у них получилось бы вряд ли, но хмыкать, фыркать, хекать, издавать другие звуки и кивать они были способны. Что Антон и делал ближе к финишу мероприятия. Иного не оставалось, поскольку с пониманием того, о чем конкретно вещает очередной поздравляющий, у Ветрова дела тоже не очень ладились, а об ответе и говорить нечего.

А когда Мак, вытуривший предыдущих гостей, сел на любимого конька и закатил речь в виде тоста, Антон вообще воспринимал слова сержанта... как радиопомехи, интершум. И дальше было только круче - Ветров 'поплыл'. Сознание, то включалось, то выключалось, словно щелкал неведомый тумблер. После длиннющего сержантского тоста в памяти сохранились отдельные фрагменты попойки: рассказывающий байку Хаим, падающая на пол и разбивающаяся бутылка, падающий на пол, но не разбивающийся Ковальски, смех Хаима и Ника, ругань Мака, подарок Ланге - кожаные ножны под костяной клинок, попытка обнять капрала, кружка с вином в руке... чей-то ботинок перед носом.