Приключения Марси - Юлия Григорьева

Бью его, куда могу достать. Он не удерживает меня, только прикрывает лицо, и я выдыхаюсь. Утыкаюсь ему в грудь и начинаю рыдать. Слезы, которые все эти дни лениво текли по щекам, теперь несутся бурным потоком. Стиан обнимает меня, гладит по волосам и, молча, ждет, пока я выплачусь. Наконец, я затихаю, но так не хочется, чтобы он меня отпускал, и лорд не отпускает.

- Простите меня, Стиан, - тихо говорю я. - Вы правы, мне нужно привести себя в порядок.

- Я буду ждать вас, - он улыбается.

Прислуга снова окружает меня, и синеглазый лорд выходит за дверь...

- Киска, - нежный шепот ласкал ухо. - Моя маленькая хорошенькая киска.

Я потянулась и открыла глаза. Кин навис надо мной и улыбался.

- Уже пора вставать? - я зевнула и попыталась снова провалиться в сон.

- Еще нет, - он коснулся губами моей щеки.

- Тогда зачем разбудил? - возмутилась я и перевернулась на живот.

- Я не будил, ты сама проснулась, - ответил Кин, целуя плечо, с которого сползла рубашка. - Какая же ты соблазнительная, киска.

Его рука скользнула по обнаженной ноге, поднимаясь к бедру, нырнула под рубашку, и я открыла глаза, прислушиваясь к тому, что делает Кинан. Он продолжал целовать плечи, поднялся к шее. Нейс развернул меня к себе лицом, ненадолго замер, разглядывая, и склонился к губам. Волнительно, нежно, страстно... Руки сами собой потянулись к нему.

- Кин, - прошептала я. - Милый.

- Красавица моя, желанная, - так же шепотом ответил он.

Кинан потянул меня, вынуждая сесть, стянул совсем рубашку и снова замер, разглядывая. Затем прижался к моим губам, укладывая обратно на подушку. Приподнялся, и снял с себя рубашку. Я проследила, как она летит за кровать, перевела взгляд на Кина и задохнулась, глядя в его глаза, в которых разгоралось что-то такое, отчего хотелось замурчать в сладостном предвкушении. Рука Нейса опустилась на грудь, легко прошлась по ней, вызывая невольный вздох.

- Киска... - хрипло произнес Кин.

Он в который раз склонился к моим губам, целуя так, как еще никогда не целовал: глубоко, жадно, вырывая стон за стоном. Затем оторвался от губ и прочертил дорожку из поцелуев через ямку у основания шеи. Задержался в ней и скользнул ниже, приближаясь к груди...

- Кин, Кинан, - задохнулась я от нахлынувших ощущений.

Я не понимала, что он со мной делает, но то, что я чувствовала, заставляло выгибаться дугой, подаваясь ближе к разгоряченному мужском телу. И я обхватила его бедра ногами, стремясь тесней прижаться к тому твердому и манящему, что еще было скрыто от меня.

- Марсия, - простонал Кин, - я так хочу тебя...

И вновь целовал, спускаясь все ниже. Почему-то подсознание отозвалось краской смущения на то прикосновение, что опалило не только щеки, но и все тело, и тело горело вовсе не от стыда.

- Кин, милый, остановись, - взмолилась я. - То, что ты делаешь... Кин, мне так хорошо, что, кажется, я умираю..

- Поверь, родная, - он с улыбкой посмотрел на меня, - это самое яркое проявление жизни.

И горячая волна понеслась по телу. Пальцы смяли простынь, тело выгнулось, и с приоткрытых губ сорвался громкий стон, заглушенный губами моего мужчины, снова нависшего надо мной. Он направил мою ладонь вниз, и пальцы сомкнулись вокруг горячего, пульсирующего средоточия желания Кинана. Да, я уже поняла, что мы делаем, и в этот момент стали неважны все поучения Сильвии. Мораль, нравственность. Такие непонятные слова, ставящие странные рамки, я не понимаю их, и не хочу понимать. Потому что то, что сейчас происходило между мной и молодым самцом, было сродни волшебству. Магия без пасов и заклинаний, магия желания, магия двух тел, слившихся воедино. Этого единения я хотела сейчас больше всего на свете.

- Милый, я не могу больше ждать, - взмолилась я.

Осторожное неспешное движение, дыхание замирает на выдохе, замирает все мое существо в ожидании. А затем громкий вдох, когда Кин заполняет меня собой, дает привыкнуть к новому человеческому ощущению, и я первая начинаю движение ему навстречу. Слух улавливает его стон, и сердце рвется из груди вместе с ответным стоном. Мои руки скользят по спине, матово светящейся в сете свечи, останавливаются на упругих мужских ягодицах, и я надавливаю, стремясь, срастись с ним. А потом пальчики вновь пархают вверх по крепкому телу, гладят, сжимаются. Кажется, я царапаю его, но Кин не замечает этого.

- Марсия, киска моя, - жарко шепчет он, - любимая...

Я совсем расслабляюсь, и через мгновение жаркая волна вновь отправляет тело в полет, но теперь мы срываемся вместе, сливаемся воедино бедрами, губами, руками, переплетая пальцы, мы одно целое. И сейчас кажется, что я знаю, что такое любовь...

Сердце все еще бешено билось в груди, дыхание никак не выравнивалось, но сладкая истома распластала тело на кровати. Нейс лежала рядом, поглаживая мое бедро. Он приподнялся на локте, снова поцеловал меня, легко коснувшись губ, и отвел спутавшиеся волосы с лица. Сознание плавало где-то рядом с телом.

- Ты необыкновенная, - тихо сказал Кинан.

Я только улыбнулась в ответ, ничего говорить не хотелось. Но одна мысль заставила меня перестать улыбаться.

- Теперь котята будут? - спросила я.

- Нет, - негромко засмеялся Нейс. - Не будет, обещаю.

- Хорошо, - я расслабилась и придвинулась к нему поближе и начала водить пальцем по его груди. Затем прижалась губами.

- Еще немного, и спать мы сегодня не будем, - предупредил Кин, прикрыв глаза.

- Я не хочу спать, - решила я.

- Уверена? - поинтересовался он, и в глазах снова зажегся прежний огонек.

- Ага, - кивнула я.

- Ты сама отказалась, - подмигнул Кинан, и я оказалась прижата к кровати...

В постели мы провалялись практически до последнего, потому на душ и на завтрак, состоявший из вчерашнего ужина, времени осталось совсем мало. Так быстро я еще никогда не одевалась. Кстати, платье и белье Кин принес из моей комнаты, пока я спала. Я благодарно улыбнулась. Нейс обнял меня перед выходом, коротко целуя.

- Киска, ты должна знать, - сказал он, - после этой ночи я больше не потерплю твоего флирта с другими мужчинами. Понимаешь?

Конечно, понимаю, чего уж тут не понятного. Я кивнула и направилась к двери. Нейс догнал меня, обнял, и мы поспешили в академию. Войдя в двери, я посмотрела в сторону кабинета ректора. А, потом схожу, легкомысленно решила я и направилась к лестнице. Только вот Кин прошел, а я нет. Он удивленно обернулся на меня. Я ткнулась в невидимую стену, потом еще и еще раз. Все проходили, а я нет! Кинан нахмурился, попробовал мне помочь и выругался.

- Я не могу, киска, мне не снять чары ректора.

- Естественно, - прозвучал голос лорда Ронана, так и отдающий прохладой. - Я же сказал, избежать разговора не получится.