Раневская, которая плюнула в вечность - Збигнев Войцеховский

Скороходов позвонил, Фаина Георгиевна взяла трубку. По одному только короткому «Здравствуйте» он понял, что совершил очень большую оплошность.

У Фаины Раневской хватило терпения прочитать молодому журналисту короткую лекцию. Она заявила, что обещать и не звонить еще простительно, если имеешь дело с влюбленной девочкой его возраста или моложе. Но с ней, известной артисткой, дни которой буквально расписаны по минутам, подобные номера даром не проходят. Он должен понимать, что с женщинами ее возраста так не поступают. Это непростительно.

Этот разговор Глеба Скороходова и Фаины Раневской мог бы стать последним. Но судьбе было угодно распорядиться по-иному.

Через два дня шел спектакль «Странная миссис Сэвидж», в котором, как вы помните, главную роль играла Фаина Георгиевна. Скороходов с трудом, используя свое положение журналиста, получил желанный билет. Тут-то и случилось нечто совершенно неожиданное.

Вначале все происходило, как обычно. Спектакль начался вовремя. Прошла первая сцена, сейчас должна появиться Раневская – миссис Сэвидж, но ее все не было! Актеры втайне от зрителей недоуменно переглядывались, начали нести отсебятину, чтобы потянуть время. Один из героев заявил, что миссис Сэвидж задержалась у врача, сейчас он ее позовет. Он ушел за кулисы. Пауза на сцене все тянулась. Еще одна актриса поломала сценарий и отправилась на поиски миссис Сэвидж.

Зрители, в свою очередь, недоуменно переглядывались. Может, так и должно быть? В прошлом спектакле этой сцены как будто не было. Наверное, режиссер придумал такой вот новый ход?

А случилось вот что.

Гримерная комната Фаины Раневской располагалась на втором этаже. Она спокойно привела себя в порядок, приготовилась и теперь ожидала. Не торчать же за кулисами полчаса до своего выхода. По внутреннему радио ее предупредят за 5 минут до выхода на сцену.

Время идет. Раневской кажется, что ей уже нужно быть на сцене, но радио молчит.

Проходит еще десяток минут, и вдруг раздается взволнованный голос:

– Фаина Георгиевна, вы на сцене!

Раневская в ужасе вскочила. «Вы на сцене!» Это значит, что она прямо сейчас должна шагнуть из-за кулисы к зрителю, а впереди – длиннющий коридор, лестницы, переходы.

Запыхавшаяся актриса бежала изо всех сил, слезы текли по щекам. За всю свою театральную карьеру она никогда не опаздывала с выходом на сцену! Ни разу! Как же так получилось, что в ее спектакле, где Фаина Георгиевна играет главную роль, она опростоволосилась, совершила глупую, совершенно непростительную ошибку?!

Объяснение случившегося нашлось потом очень быстро. Никакого злого умысла не было. Приключилась чисто техническая неисправность – обрыв провода. Но сейчас актрисе нужно было спасать спектакль.

Она появилась на сцене разгоряченная, со слезами на глазах. Зрители встретили ее аплодисментами, коллеги – вздохом облегчения. Слезы миссис Сэвидж в данный момент были кстати. Она в первый раз встречалась со своими детьми. Эта сцена вполне могла начаться именно так.

Дальше спектакль пошел без всяких происшествий. Разве что все актеры работали с каким-то неожиданным подъемом, легко, словно не играли, а именно проживали на сцене жизни своих героев.

Глеб Скороходов уже смотрел однажды этот спектакль с Раневской в главной роли. Он отлично знал, что никакой задержки, предусмотренной режиссером, быть не могло. По лицу Раневской журналист понял, что та – опоздала. Всего-навсего. Неслыханно? Но ведь все может быть.

Спектакль закончился. Сегодня зрители благодарили Фаину Георгиевну особенно бурно. Свои цветы понес к сцене и Глеб Скороходов. Он видел взволнованное лицо Раневской – должно быть, потрясение так и не прошло, – пытался встретиться с ней взглядом. Но актриса лишь скользнула взором по его лицу, взяла протянутый букет, отошла в сторону и положила его слишком уж резким движением, почти бросила. Глеб побледнел. Это означало, что он не прощен.

Скороходов застыл у сцены, аплодировал чисто механически, вместе с другими зрителями. Потом Фаина Георгиевна обернулась, осмотрела зрительный зал, встретилась со взглядом Глеба, неожиданно улыбнулась и чуть заметно подмигнула ему.

Журналист зааплодировал неистово. Он понял, что его простили. Кто знает, может быть, не случись такого казуса с самой Фаиной Раневской на этом спектакле, ее отношения с молодым талантливым журналистом никогда бы и не возобновились.

Фаина Раневская любила гулять с Глебом Скороходовым по набережной у Кремля. Они долго беседовали о самых разных вещах. Раневская не однажды признавалась, что со Скороходовым ей хорошо потому, что он не актер и не режиссер. Значит, можно избежать пустых и глупых споров во время обсуждения спектакля, фильма, книги. Если встречаются два профессионала и начинают говорить о своей работе – что может быть скучнее?

Это произошло во время одной из осенних прогулок. Такой случай больше похож на анекдот, но он показывает нам Фаину Георгиевну в самом неожиданном ракурсе.

Было уже прохладно, Раневская надела пальто. Они шли московской оживленной улицей. Фаина Георгиевна увидела новый, только что открывшийся парфюмерный магазин, резко свернула в сторону и неожиданно замерла на месте с испуганным лицом.

– Что случилось? – осведомился Глеб Скороходов.

– Глебушка, спасайте, – трагическим шепотом прошептала Фаина Раневская, держа руки на боках. – Резинка в панталонах лопнула!..

Глеб растерянно смотрел на Раневскую и силился понять, шутит его спутница или говорит чистую правду. Но он еще раз взглянул на ее лицо, и в самом деле полное трагизма, подумал о выдающихся достижениях советской легкой промышленности и понял, что Фаина Георгиевна говорит чистую правду.

– Машина за углом, – тихо ответил Скороходов. – До нее всего несколько шагов.

– Глеб, если я сделаю хотя бы два шага, то панталоны с меня упадут, – потерянно ответила Раневская. – Придумайте что-нибудь. Смотрите, меня стали узнавать. Сейчас здесь соберется толпа, мне начнут тянуть руки, а я держу сползающие панталоны!

– Может, все-таки попробуем идти? – предложил Скороходов и увидел гримасу непритворной боли на лице Раневской.

– Глебушка, с этого места вы меня можете только унести. Максимум, что я смогу сделать, – это два шага. Глеб, они ползут вниз! Не держать же мне их под пальто руками. Это позор! Глеб, сделайте что-нибудь!

Скороходов растерянно посмотрел по сторонам. Как быть? В самом деле, не нести же ему Раневскую, которая на полголовы выше его, триста метров к машине! Подогнать автомобиль сюда? Но на это нужно время. Некоторые прохожие уже приостановились и с легким удивлением смотрели на актрису, должно быть, гадая: Раневская это или нет.