Нежное создание (СИ) - Жанна Штиль

Она совершенно забылась, размечталась и вошла во вкус. Писала быстро, легко, не задумываясь. Писала на русском языке.

Первым пунктом в её записях было пойти в дом Ван дер Меера и поговорить с госпожой Бригиттой в приятной дружеской обстановке за чашкой чаю, на который та её пригласила. Женщина должна знать, чем закончился разговор банкира с Адрианом. Он своей экономке всецело доверяет.

Затем Ника пройдётся по центральной улице города и посмотрит, сдаёт ли кто помещение, подходящее под устройство кофейни. С похоронным бизнесом в одиночку в условиях жёсткой конкуренции и без огромных вложений ей не справиться.

А вот идея открыть маленькую кофейню пришлась по нраву. В реалиях этого времени необычность и нестандартное оформление кофейни привлекут внимание и сделают её популярной. Ко всему прочему, небольшие вложения на старте и быстрая окупаемость позволят встать на ноги в короткий срок.

Итак, необходимо помещение, оборудование, угол для жизни. То, что Ника в один миг может лишиться как покровительства госпожи Маргрит, так и крыши над головой, не должно стать для неё непреодолимым препятствием.

Предупреждён, значит вооружён.

Нике нужна смета, чтобы понять, во сколько обойдётся открытие кофейни и хватит ли денег, если продать серьги. Именно продать, а не заложить за копейки. Если будет мало, то… ей нужен человек, который даст недостающую сумму. Возможно, его заинтересует предложение стать её партнёром.

Чтобы заполучить партнёра, Ника должна составить бизнес-план, сделать расчёты, нарисовать эскизы вывески и интерьера. Всё должно быть необычно, привлекательно и недорого.

Вопрос с официальной регистрацией бизнеса, если таковая нужна, она обсудит с господином губернатором. Разрешительное письмо-«паспорт» у неё есть.

Две недели… Для приведения основной части плана в исполнение у неё есть две недели.

«Начнём?» — улыбнулась Ника отражению Руз в зеркале, получив в ответ её ободряющую улыбку.

* * *

Отобедав, мама накрыла рот ладонью и коротко зевнула:

— Что-то меня разморило, — подавила повторный зевок. — Никого не принимай, полежу немного, — приказала служанке.

— Мне можно пойти за бумагой? — спросила Ника.

— После того, как Хенни приберётся в кладовой и отчистит крыльцо.

Ника вопросительно посмотрела на служанку и та буркнула:

— Как справлюсь, так и пойдём.

— Не спеши. Я тоже лягу отдохнуть. Что-то и меня разморило, — обрадовалась Ника поводу уйти незаметно.

Сделав вид, что направляется в свою комнату, прошмыгнула к двери во внутренний дворик, тихо её открыла, выскользнула на улицу и быстрым шагом прошла к калитке. Чтобы не создавать лишнего шума, накидку надевать не стала.

Калитка во двор Ван дер Меера оказалась открытой. В саду хозяйничал высокий, сутулый, худощавый мужчина лет тридцати пяти, вырубая и выкорчёвывая заросли кустарника.

Ника поздоровалась с ним. По тому, как он ответил и улыбнулся ей в ответ, поняла, что он знает Руз.

«Тот самый садовник, о котором говорила Хенни», — подумала с уверенностью, отмечая непритязательный вкус служанки. Ничем непримечательная внешность мужчины компенсировалась его добрыми глазами и открытой, приветливой улыбкой.

— Госпожа Бригитта в доме? — спросила у него Ника как можно беспечнее.

Мужчина ответил утвердительно.

«Пока мне везёт», — отметила Ника.

Экономку она нашла в бытовой комнате. Женщина тщательно складывала постельное бельё, выравнивая его, готовя для глажки в прессе. У её ног крутилась серая полосатая кошка, норовя потереться о низ платья. Вторая кошка, дымчатая и очень красивая, сидела под столом, на котором высились стопки сложенного белья.

— Госпожа Руз, — обрадовалась госпожа Бригитта её приходу.

— Я на минутку, пришла поздороваться с вами, — Ника обняла женщину в приветствии.

— Чаю? — спросила та, разлаживая складку на сложенной простыне, помещённой на стопку.

— Спасибо, в другой раз. Только что отобедали.

Экономка выглядела усталой. Она предложила Нике сесть и села сама, взявшись складывать длинное полотняное полотенце, украшенное одноцветной простой вышивкой, где чередуясь, трилистники, «бараньи рожки», васильки и элементы треугольника составляли незамысловатый узор.

Со стороны кухни неслись звуки уборки. Кто-то двигал мебель, гремел утварью. Слышались голоса.

— Вижу, что Адриан торопится привести дом в порядок, — сказала Ника, не зная как подступиться к нужному разговору, не вызвав подозрений.

— Так и есть. Велели нанять людей, чтобы за два дня управиться с уборкой. Работы невпроворот, — вздохнула госпожа Бригитта.

— Понимаю, — согласилась Ника. Выходит, у Кэптена есть средства или… — Он, случайно, не собирается продавать дом? — от неожиданной мысли сердце заныло знакомой тоской.

На колени к Нике запрыгнула дымчатая кошка. Заглянув в глаза, боднула её под руку, выпрашивая ласку. Заурчала, когда её погладили.

— Господь с вами, госпожа Руз, — женщина положила сложенное полотенце в стопку белья и взяла следующее. — Уж они не пустят по ветру последнее, что у них осталось. После потери трёх кораблей, смерти отца и… ах… — она вздохнула и не стала продолжать.

— Трёх кораблей? — не сдержала удивление Ника. Потеря представилась колоссально огромной, смириться с которой сумеет не всякий. Не потеря, а катастрофа! Вот это удар судьбы!

— Господин Адриан и его отец, упокой, Господь, его душу, — поспешно перекрестилась экономка, — решили отдать торговые корабли на войну с англичанами вот так запросто, в один миг, — развела она руками. — Будто у них в гавани стояли ещё десять.

— Торговые?.. На войну?.. — не могла понять Ника.

Знала, что на торговых судах тех времён были пушки, чтобы противостоять захвату пиратскими кораблями. Но чтобы корабли участвовали в полноценных боевых действиях, неприспособленные для этого, слышала впервые. Правда, этим вопросом никогда не интересовалась.

— Их там как-то укрепляют, дополняют пушками и всяким нужным для ведения боя, — махнула рукой госпожа Бригитта. — Господин Адриан были на одном из своих кораблей капитаном. Потеряли всё.

— Корабли не были застрахованы?

— Были. Скажу больше, — женщина уложила на колени наволочку, выворачивая и очищая углы от набившегося пуха, — господин Адриан могли написать прошение и стребовать с адмиралтейства не только уплаты страховки, но и компенсацию за их потерю. Хотя бы за один корабль, — экономка показала мизинец, — но не стали. Другие, видите ли, могут, а они нет. Вот покойный господин Ван дер Меер такой же были.

— Всё ради чести и блага нации, — подняла Ника подбородок.

— Верно, моя девочка, — улыбнулась госпожа Бригитта тепло. — Всё ради чести и блага нации, — повторила со смесью гордости и сожаления. — Только одного денежного довольствия будет мало, чтобы содержать дом и семью.

Она вздохнула, встряхнула наволочку, подняв с пола пыль, и чихнула.

Ника чихнула следом:

— И ничего сделать нельзя? Повлиять на него как-то?

— Влиять некому, — снова вздохнула экономка. — Упрямый, весь в отца. Вот младший его брат господин Лукас другой. В кого — не понять. Госпожа Майкен тоже были женщиной во