Немезис - Стефани Перри

Джилл прошла дальше по коридору и увидела металлическую дверь в правом его конце, где он пересекался с другим коридором. Сделав еще шаг вперед, девушка осторожно выглянула из-за угла. Все было спокойно, еще один короткий проход поворачивал направо. Она отступила назад и осмотрела металлическую дверь. Похоже, что та открывалась ключом-карточкой; справа находилось считывающее устройство. Название комнаты было написано над дверью: "Комната связи". Джилл ощутила прилив надежды, но потом вспомнила, что на двери нет простого замка. Нужно было найти карточку. Разочарованная, она повернула обратно. Последняя встреча с Немезисом изменила планы. Девушка могла уйти, скрыться подальше от него и Николая и придумать другой план. Или же она могла остаться, найти карточку, либо придумать другой способ проникнуть в комнату. Джилл устало улыбнулась. Оба варианта были ужасны, но в данный момент, последний казался проще. Хотя бы это даст ей время немного обсохнуть в здании. Дрожа от холода, Джилл пошла дальше по коридору, завидуя Карлосу, который мирно спал в теплой часовне.

Комплекс "Амбреллы" состоял из нескольких небольших одноэтажных построек и одного большого двухэтажного здания, которые располагались на пустыре, заполненном грудами бревен, старыми машинами и металлоломом, занимающими все остальное пространство. Если здесь и были вертолеты, то Карлос решил, что они должны находиться рядом с одним из складов, до которых почти никак невозможно было добраться, если, конечно, не перелезть через очередную груду поломанных машин.

"Нет уж, спасибо, пока мне это не подходит".

Ему хватило предыдущего карабканья через гору машин. Карлос отбил себе оба колена, когда приземлился на крышу кабины грузовика, и теперь прихрамывал по дороге к зданию.

Оливейра стоял в маленьком захламленном дворике, куда смог добраться, перепрыгнув через забор. По пути к главному зданию он старался получше запомнить, где что находится. Карлос хотел удостовериться, что с Джилл все в порядке, перед тем как начать поиски вертолета. Достигнув здания, он сразу же выбил прикладом М-16 первое окно, до которого смог дотянутся, и схватился руками за раму.

Заглянув внутрь, Карлос увидел плохо освещенную комнату, напоминающую бункер. Она была завалена телами. Табличка справа с надписью "Выход", подсвечивала двойную дверь, судя по всему, ведущую к главному складу. Слева находилась металлическая лестница, упирающаяся в люк на потолке.

"Может быть, там есть лифт," - подумал Карлос, залезая в оконный проем.

Ребра болью выразили свой протест.

"Как бы мне хотелось неожиданно проснуться и осознать, что все это было лишь ночным кошмаром…"

В комнате воняло кровью и гнилью - запах, к которому он, как оказалось, уже давно привык. Это был запах Раккун-Сити. Поднимаясь по лестнице, Карлос поймал себя на мысли, что, наверное, умер бы счастливым человеком, если бы хоть разок вдохнул чистого, свежего воздуха. Квадратный металлический люк на потолке легко открылся вверх и назад, и уперся в трехстороннюю рельсу. Карлос осторожно поднялся в очередную плохо освещенную комнату, которая точно так же напоминала бункер и была обставлена панелями с оборудованием. Ни одного трупа…

- Caramba[23], - с облегчением выдохнул Оливейра и подошел к панели управления напротив передней стены. Из больших окон просматривался почти весь темный дворик. Там оказалась старая система связи. Когда Карлос поднял наушники, из маленького динамика на боковой панели послышался статический треск, а затем четкий женский голос произнес:

- Внимание! Проект Раккун-Сити остановлен. Политический маневр, имеющий целью отсрочить планы правительства, провалился. Всему персоналу срочно эвакуироваться на расстояние не менее шестнадцати километров от радиуса взрыва. Ракеты будут запущены на рассвете. Это сообщение передается по всем возможным каналам и будет повторяться на протяжении пяти минут.

Карлос в замешательстве посмотрел на часы и почувствовал, как все внутри сжалось. Они показывали полпятого утра. У них в запасе час, если не меньше. Оливейра схватил наушники, наобум нажал несколько кнопок и прокричал в микрофон:

- Эй! Кто-нибудь слышит меня? Я все еще в городе! Прием!

Тишина. Карлос поспешил к выходу из комнаты, в голове чередовались одни и те же мысли: "Рассвет, Джилл, вертолет, рассвет, Джилл…"

Металлическая дверь оказалась закрытой. Ни замочной скважины, ничего. Он не мог попасть внутрь.

"И я даже не знаю, здесь ли она, может, она уже на пути обратно…"

Может где-то еще. Как бы сильно Карлос ни хотел найти Джилл, если он не придумает, как выбраться из города, они погибнут. Оливейра нехотя отвернулся от двери, не желая уходить, но другого выбора не было. Нужно было найти один из вертолетов, про которые говорил Трент, и проверить, достаточно ли в них топлива и в рабочем ли они состоянии. Может быть, он привлечет внимание Джилл гулом вертолетных лопастей, пролетая над комплексом, или найдет ее на дороге обратно к часовой башне.

"А если нет…"

Он не хотел заканчивать эту мысль, прекрасно осознавая, что тогда будет с Джилл.

Не обращая внимания на боль в боку, Карлос ринулся к лестнице. Сердце наполнилось страхом и бешено колотилось.

Глава 26

Николай увидел, как Джилл нерешительно прошла в процедурную комнату, и, стараясь исчезнуть из зоны ее видимости, немедленно отступил назад через дверь охраны в большой пустой коридор, ведущий к комнате с химическими резервуарами. Его охватила дикая радость, когда он легонько прикрыл дверь; его опьянило чувство грядущей расплаты и самоутверждения. После того, как Николай нашел диск с данными, собранными Фостером, он установил свой портативный компьютер так, чтобы скомбинировать собранные файлы. Тогда же он заметил и предупреждение из штаб-квартиры. Оно не стало для Николая неожиданностью; всего лишь один из нескольких возможных результатов, но все равно его это угнетало. Часть Зиновьева все еще хотела расквитаться с Джилл и Карлосом за все, что они ему причинили, и он даже прикидывал, можно ли осмотреть все вокруг перед тем как запросить эвакуацию. Но на это не оставалось времени, ведь ракеты скоро будут запущены, и он уже направлялся, чтобы вызвать спасателей, когда услышал шаги.

"Она здесь, я не ошибался в отношении нее, и сейчас она здесь!"