Час волка - Андрей Михайлович Дышев

Я сбавил скорость. Навстречу нам, ослепляя фарами, двигалась какая-то машина. Как только мы разминулись, я посмотрел в зеркало заднего вида.

– "Запорожец", – сказал я. – Причем, желтый. Вряд ли нумизмат Лембит Лехтине приедет на встречу на такой машине.

Мы миновали пятидесятый километр, и я, как мне было предписано, развернулся в обратную сторону. Едва я занял свою полосу, как нам навстречу из-за поворота снова вынырнул желтый "запорожец". Не подав никаких сигналов фарами, он проехал мимо.

Мы с Ингой переглянулись.

– Либо это он, либо не он, – выдал я бесспорную мысль. – Но если это совпадение, то очень редкое.

Я сбросил скорость до сорока километров в час. Машина на черепашьем ходу взбиралась на перевал. Я поглядывал в зеркало заднего вида, но ничего, кроме черноты, не видел.

– Нет, наверное не он, – произнес я.

Инга, вытащив из мешочка одну монету, рассматривала ее с таким видом, словно выбирала себе украшение в ювелирной лавке.

– А если антиквару вместе с подлинниками подсунуть несколько таких монет? – спросила она.

– Настоящий антиквар сразу заметит фальшивку, – ответил я. – Положи на место и завяжи.

Сорок четвертый километр. Я снова развернул машину в обратную сторону. Не прошло и трех минут, как мимо нас снова проехал все тот же желтый "запорожец".

Мы с Ингой одновременно выкрикнули какое-то нечленораздельное междометие. Я ударил ладонью по рулевому колесу.

– Это он! Можно не сомневаться!

– Но почему не подает сигнала?! – возбужденно спросила Инга, повернувшись назад и провожая взглядом два красных габаритных огня.

– Проверяет, нет ли за нами "хвоста". А может быть, его что-то насторожило.

Мы развернулись в очередной раз и поехали в обратную сторону. Через минуту опять "запорожец", и снова никакого сигнала!

– Стой!! – вдруг закричала Инга и схватила меня за руку.

Я чуть не сбил ограничительный столбик и ударил по тормозам.

– С ума сошла?! Что ты орешь?

– Я все поняла, – сказала Инга. – Ничего у нас не выйдет. Он увидел, что нас двое. Он боится.

Облокотившись на руль, я смотрел на свое отражение в черном стекле. Потом вдруг со злостью ударил себя по колену.

– Я же говорил, что тебе лучше остаться дома! Какого черта ты увязалась со мной?

– Не кричи на меня, – глухо произнесла Инга. – Я хотела как лучше…

– Хотела! – передразнила я. – Он не станет подавать нам сигнал и уедет. А завтра пришлет письмо с каким-нибудь совершенно безумным условием, и вся наша затея рухнет. Ясно тебе?

Инга вдруг резко схватила с заднего сидения свою сумочку, открыла дверь и, выставив ноги наружу, сказала:

– Попробуй проехать еще раз сам. Может быть, он решится подать сигнал. А я подожду тебя здесь.

Я долгим взглядом посмотрел Инге в глаза, покачал головой и напомнил:

– Ракетку только оставь. Спрячься в кювете и носа не показывай. Ясно, звезда отечественной эротики?

Инга захлопнула дверь с такой силой, что невозмутимый джип закачался на рессорах, как лодка на волне.

Я развернулся. Голова уже шла кругом. От избытка чувств погнал "ниссан" на подъем в форсажном режиме и, взлетев на гребень, едва успел притормозить. Спереди на меня надвигались два световых пятна "запорожца". Я выключил фары, придвинул голову к ветровому стеклу и почти остановился, предоставляя возможность этому вконец доставшему меня N внимательно рассмотреть внутренность салона.

И вдруг – он трижды переключился с дальнего на ближний свет, два коротких сигнала и один длинный. Я тотчас затормозил и повернул голову, глядя, как "запорожец" медленно удаляется на малом ходу. Он проехал еще метров сто, после чего ярко вспыхнули тормозные огни.

Я положил мешочек с латунными копиями на колени и открыл настежь дверь. Свежесть и шум ночного леса ворвались в салон. Не сводя глаз с зеркала, я коснулся затылком подголовника и потянулся всем телом. Предчувствие близкого финала всей этой неприятной истории наполняло сердце радостным ожиданием, как бывает после напряженной трудовой недели накануне уик-энда, запланированного на природе, с друзьями и шашлыками.

Однако N, он же Лембит, не спешил подойти ко мне или же прислать курьера. Ожидание развязки затянулось. Мне это уже казалось странным. Может быть, думал я, он сам забыл о своих же условиях, и ждет, когда я подойду к нему?

Я вышел из машины, положил мешочек на капот и стал следить за красными глазами габаритных огней "запорожца". Никакого движения!

И вдруг легкий ночной ветер, смешавшись с шумом леса, донес до меня одинокий щелчок выстрела. Уже через мгновение я не мог сказать определенно, показалось мне это мне или нет. До боли в глазах я всматривался в темноту. Мне показалось, что габаритные огни "запорожца" поочередно мигнули, словно перед задним бампером машины происходило какое-то движение. Там же Инга! – вдруг дошло до меня, и я почувствовал, как между лопаток онемела кожа.

Я уже кинулся вперед по шоссе, как из темноты стало проявляться светлое пятно, и несколько секунд спустя я увидел Ингу. Она быстро и беззвучно шла ко мне. В одной руке она держала сумочку, в другой – босоножки.

– Кирилл! – тревожным голосом позвала она. – Ты слышал что-нибудь?

Я схватил ее за плечи, пытаясь рассмотреть скрытое темнотой лицо.

– Слышал, – ответил я.

– Почему ты так на меня смотришь? – испуганно спросила Инга.

Лавина сорвалась и понеслась вниз. Я даже не заметил, что все сильнее сжимаю плечи Инги, а на мое лицо наползает какая-то ужасная улыбка.

– Какая ты… – произнес я, но нужного слова не подобрал.

– Какая?! – вызывающе крикнула Инга.

Я легко оттолкнул ее от себя и выхватил из ее руки сумочку.

– Отдай! – крикнула она и замахнулась на меня босоножками.

Я увернулся от удара, раскрыл сумочку и опустил внутрь руку. То, что я искал, там не оказалось.

– Если ты больной, – задыхаясь от злости, произнесла Инга, отбирая у меня сумочку и защелкивая ее, – то обратись к психиатру.

Я рассеянно чесал затылок.

– Извини, я всего лишь хотел проверить, пользуешься ли ты противозачаточными таблетками. Ну-у…