Чм66 или миллион лет после затмения солнца - Бектас Ахметов

"С неба лиловые звезды падают…". Я вздохнул и быстро пошел.

29 или 30 мая 1973 года. Позавчера приезжал пьяный Пила. Он был за рулем.

– Ты в своем уме?! – кричал Пила. – Выползова не включила тебя на защиту. Дурак, без диплома останешься!

Он прав. Тянуть больше нельзя, промедление смерти подобно. Надо идти к руководителю.

– Жигер Айтказиевич? – остановил я мужчину с портфелем.

– Да.

– Я Ахметов, ваш дипломник.

– Ахметов? О-о! Наконец-то. Давно мечтал с тобой познакомиться. -

Он протянул мне руку. – Пошли.

Поднялись к нему в квартиру. Руководитель бросил портфель на диван.

– Хорошо, что пришел. Вчера Майя Николаевна говорила о тебе. Я был против твоего исключения из списка… Сказал ей, что надо сначала послушать тебя, разобраться. – Руководитель распахнул окно.

– Жарко сегодня. – Он повернулся ко мне лицом.- Так. Хорошо, что пришел. Мы могли бы и не встретиться… Через неделю я улетаю в

Москву. Ладно, показывай, что принес.

– Жигер Айтказиевич. – Плести венские кружева поздно. С этим мужиком вроде можно договориться. – Я болел. Почти год болел…

Короче… На днях диплом будет готов.

– Что? Ты пришел ко мне без дипломной работы? – Руководитель присел на диван.

Нельзя сказать, что он чересчур удивлен, но и не без этого.

– В том-то все и дело… То есть, не совсем… – Моя домашняя заготовка рассыпалась. – Говорю же, я болел, но о дипломе не забывал, работал…

– Э-э… Да ты парень проблемный… Майя Николаевна говорила, что ты шалопай порядочный, но что столь запущенный, я и предположить не мог. – Руководитель стукнул по диванному подлокотнику. – Если так, то что остается? Бери академический.

– Нельзя мне академический брать.- Мне стало жутко холодно от слова "академический". Нет, только не академический. – Поверьте, я сделаю диплом за два дня. И вы еще успеете его почитать.

– За два дня? – Преподаватель рассердился. Я переборщил, я оскорбил экономику энергетики. Руководитель встал с дивана. – Не много ли на себя берешь?- хмуро спросил он. – Я, например, не взялся бы сделать диплом и за три месяца.

– Что вы… В самом деле? Это же… – Я чуть было не сказал уничижающее слово про экономику, но остановился и переключился на работоспособность. – Я за одну ночь курсовую делаю.

– Ты можешь делать все что хочешь. Я тут причем?

– Мне нужен отзыв на проект.

– На несуществующий проект отзыв я не дам. Пока не поздно, бери академический.

"Налетели вдруг дожди, наскандалили…". Я не по уму выстроил разговор с руководителем и перегнул палку. Диплом не только об экономике. Есть там и техническая часть. Но все равно при встречном движении на арапа можно было проскочить.

Все беды враз отступили, померкли. Высшее образование обернулось несчастьем – на ровном месте я потерял диплом. Надо подготовить маму. Что я ей скажу? Что бы я не сказал, этого она не перенесет.

Вот тебе и Едешко с Беловым.

Теперь все.

Папа и мама, не перебивая, слушали меня. Матушка не охала и не вздыхала. Отец гладил подбородок.

– Я так и знала. – Сказала мама.

– Выхода нет. – Сказал папа. – Надо брать академический.

– Академический? – встрепенулась Ситок. – Ни за что! – отрезала она и сурово посмотрела на Валеру.

Мама отодвинула в сторону пиалушку с чаем и заключила:

– Ты сделаешь диплом и защитишь со всеми!

Папа побледнел.

– Он заболеет.

Матушка тряхнула головой.

– Пусть заболеет, пусть сдохнет! Но смешить народ я больше никому не позволю.- Она гневно взглянула на меня и вновь рубанула без замаха. – Умри, – но сделай!

Фу-ф…Мама…А я боялся за нее. Я то думал она начнет плакать, хвататься за сердце, но матушка не только не заплакала – она даже не растерялась, не запаниковала. Такой я ее еще не знал. "Так победим!". "Революционный крепче держите шаг!". Как я сделаю диплом, я еще не знал. Но матушка сказала так, что теперь-то я был уверен, знал, что диплом сделаю.

Итак, перед нами стоит задача в стиле Едешко – Белова одной передачей, через всю площадку, решить исход матча на последней секунде. В роли Ивана Едешко Ситок, я – Александр Белов.

– Что нужно от меня? – Мама внимательно смотрела на меня.

– Первым делом надо уломать руководителя дать отзыв на диплом.

Потом – кого-то подослать к Выползовой. Дальше что? Дальше нужно надавить на начальника планового отдела ТЭЦ, чтобы мне выдали данные на проектирование. Остальное я вытяну сам.

– Кого можно подослать к твоей… Ползовой?

– Каира Махметовича.

– Хорошо. Я поговорю с Каиром. – Она озабоченно посмотрела на папу. Он молчал. Перевела взгляд на меня. – Иди спать.

Наутро я заявился в институт. Давненько здесь не бывал. На площадке первого этажа разговаривали Майя Николаевна и Каир

Махметович. Выползова заметила меня, Каир Махметович стоял спиной ко мне. Они говорили обо мне.

Майя Николаевна упиралась: "Думайте, как хотите, Каир Махметович, но последняя группа защищается тринадцатого июня…".

– Майя Николаевна, по-моему, вы путаете диплом с кандидатской диссертацией. – это были последние слова исполняющего обязанности доцента, которые я слышал, поднимаясь по лестнице.

День прошел незаметно. Мама ничего не говорила, а я и не спрашивал. С кем она без меня разговаривала, мне было неизвестно, но что работа проводится, ощущалось по ее спокойствию.

Утром следующего дня позвонил дядя Боря.

– Приезжай ко мне в банк.

Кабинет дядьки на втором этаже. Первый заместитель управляющего

Республиканской конторы Госбанка читал "Казахстанскую правду".

– Твоего Жигера Даирбекова неплохо знает Мукаш, начальник нашего

ВЦ. – Дядя Боря снял очки, отложил газету в сторону. Он был краток.

– Сейчас он у себя разговаривает с Жигером. Спустись к Мукашу. После того как договоритесь, снова зайдешь ко мне.

Руководитель диплома, опустив глаза, с кислой физиономией слушал начальника вычислительного центра. Мукаш под стать дяде Боре, мужик деловой.

– Ты знаешь, кто за него просит? Если бы ты знал, какой человек наш Баке!

Жигер Айтказиевич поднял на меня глаза.

– Приходи ко мне в семь часов.

Я поднялся к дяде Боре.

– Только что я звонил к управляющему Алма-Атаэнерго. Он дал указание Веселовой помочь тебе. Езжай на ТЭЦ. В плановом отделе тебя ждут.

Начальница планово-производственного отдела теплоэлектроцентрали нервничала.

– Мне звонила из Алма-Атаэнерго Веселова. Ругалась. Вы, говорит, почему Ахметову не даете учиться? А я вас знать не знаю. – Она подошла к шкафу с папками. – Какие показатели вас интересуют?

– Пока точно не знаю. Лучше давайте все. Желательно за последние десять лет.

Жигер Айтказиевич отзыв написал, но будущему проекту рекомендовал поставить не пять, хорошо или трояк, а положительную оценку.

Страхуется. Вместе с отзывом дал дипломную работу позапрошлогодней выпускницы, написанную на ту же, что и у меня, тему по автоматизации процессов на электростанции.

Чертежи трубы Вентури и электрофильтров вместе с плакатами мама поручила заботам дочери Есентугелова Флоры, арифмометр выдали в

Госбанке.

Понеслась.

Дипломная работа, которую дал руководитель, упростила задачу.

Тормозила техническая часть – вычисление критериев Прандтля,

Рейнольдса занимало много времени. Подумал и плюнул на точность. Что они там с логарифмической линейкой будут проверять? Порядок цифр выдерживается? Выдерживается. Что еще надо?

Писал диплом набело. Мама сидела на диване, напротив и все двое суток, что я провел в столовой, не смыкала вместе со мной глаз.

Приносила кофе, сигареты, сидела рядом и наблюдала.

На столе ворох бумаг. Я потерял листок с данными для диаграммы.

Рылся в бумагах минут десять. Не могу найти. Мама приподнялась с дивана, наугад подняла бумажку: "Не эта?".

– Не лезь! – крикнул я.

На всякий случай взглянул на ее бумажку. Что ты будешь делать!

Это был тот самый листок.

На третий день я пошел собирать подписи руководителей экологической, экономической и технической частей проекта. Собрал, вернулся и залег на сутки спать.

Меня поставили в предпоследнюю группу защищающихся. Дядя Боря позвонил насчет меня начальнику планово-производственного управления

Румянцеву. Юрий Сергеевич председатель ГЭКа. Защита прошла ровно.

Придирался только Сысков с кафедры теплоэнергетических установок.

Мол, почему взялся сравнивать трубы Вентури с электрофильтрами? Я, дескать, предупреждал не делать так. Я разошелся и эзоповым языком посоветовал ему внимательней почитать учебник по экономике энергетики, там все ответы. Сысков разозлился. Румянцев велел ему отстать от меня.

Совещалась комиссия долго. Вышла секретарь и сказала: