Найди свой путь - Ксения Герцик

— Прошу предоставить списки команд для прохождения испытания. Численность команды от трех до пяти человек. — Деловито сообщил Иртан. — Те, кто не определяться с составом будут сформированы в произвольном порядке наставниками. На этом все. — Так же спешно собрав какие-то папки, следом за главнюком, убежал он.

Мы остались, предоставлены сами себе. Толпа понемногу оживала. Я все так же гипнотизировала трибуну, на которой еще минуту назад стояли наставники. Что теперь делать?

— Мы же будем в одной команде? — толкнул меня Тролль. Глаза его горели азартом.

— Не думаю, — качаю головой. Надо было соглашаться на предложение главнюка и забрать деньги. Куда мне в нынешнем состоянии, с отсутствием знаний на испытание? Я только буду обузой ребятам. Не хочу, чтобы они не сдали из-за меня. А я непременно все испорчу. Нет у меня подготовки. А выживание — не мой любимый предмет. Теорию-то я знаю на отлично. А вот идти с тяжеленым рюкзаком по каким-нибудь непроходимым лесам — не мое. Просто физически невозможно не отстать от выносливых парней.

— Кир, ты как? — не дождавшись от меня ответа, переключился Тролль.

— Я ухожу. Сегодня. — Решительно заявил он и, развернувшись, поспешил в сторону общежития.

— Что с ним? — нахмурился Гриня.

— Он после той ночи странный. Говорит, что не подходит ему такая работа. — Пожал плечами Тролль.

— Так надо его отговорить! — дернулся было за Киром Гриня.

— Стой, — успела уцепить его за руку. — Отговаривать — не лучшая идея. Лучше поговорить. У каждого свое мнение и своя жизнь. Подождем до ужина. Там и определитесь с командой.

— Что значит определитесь? — сощурился Гриня.

— Я вот тоже не уверен, — вздыхаю, глядя вслед скрывшемуся в общежитии Киру. У него хватило мужества хотя бы принять решение. А я… Как всем известная вещь в проруби. И ни туда и ни сюда. У меня есть время до ужина, что бы подумать и все решить.

В последнее время что-то странное твориться в моем новом племени. Возможно я поторопился с выводами? Зеленый постоянно о чем-то думает и иногда мечтательно улыбается, так, что я начал переживать о его душевном здоровье. А еще со странным интересом смотрит на Фея. Теперь вот ритуал какой-то выдумал в его комнате проводить. Я, конечно, тоже понимаю, что Фей в нашей группе самый слабый, но не стоит так уж сильно перебарщивать. Ритуалы до добра не доводят. Я это по лекциям понял. Именно они — главное зло и мы, Наблюдающие, должны с ними бороться, но никак не использовать. Еще в голову приходят совсем уж тревожные мысли. Иногда, кажется, что Гриня влюблен, причем в Фея. У нас рассказывали о такой особенности живущих на равнине, но я никогда не верил. Теперь вот, думаю. Да еще Кир последнее время молчит все, а теперь решил и вовсе нас покинуть.

Равнинные жители странные. Я в который раз убеждаюсь в том, насколько же мы разные. Мне казалось, что я уже привык, влился. Оказалось, что нет. Ведь людей объединяют общие цели, решение проблем, сердца начинают биться в унисон перед лицом общего врага. А тут… Почему-то получается все иначе. Мое племя распадается на глазах, а я ничего не могу с этим сделать.

Столовая. Центр жизни любого учебного учреждения или офиса, помимо курилки конечно. Тут вредными привычками не страдают, а потому все жизненно важные проблемы решают в местном общепите. Из-за своих индивидуальных занятий я эту сторону корпусной жизни прошла мимо. Наверстывать теперь некогда, но в те редкие моменты, когда удается сюда попасть, мучает ностальгия. Как же все похоже на родной мир. Стойка раздачи, круглые столики на троих-четверых, борьба за стулья, которых не хватает и война с раздавальщицами, которые рьяно следят за количеством взятой пищи.

Мы сидели за крайним столиком в самом углу у окна. Кир молчал, гипнотизируя столешницу, я тоже энтузиазмом не болела, разглядывая унылый серый пейзаж за окном. Скоро новый год, а тут ни снежинки. Серое небо, голая земля и пронизывающий ветер. Тоскливо.

— Кир, ты это точно? — в четвертый раз за ужин уточняет Гриня.

— Угу, — кивнул он. — Это не мое. Я ошибся. И хорошо, что вовремя это понял. Теперь буду искать новый путь, — улыбнулся, но. От его улыбки стало еще грустнее. — Жалею только о том, что с вами расстаюсь, да о том, что деньги потерял.

— Я тут слышал, что из-за ужесточения обучения они вернут деньги тем, кто откажется от прохождения испытания. — Пробасил молчаливый Тролль. Он тоже постоянно о чем-то думал, зыркая на нас исподлобья. Наша компания медленно распадалась.

— А ты, Фей? — Гриня перевел вопросительный взгляд на меня. — Тоже отмалчиваться будешь, как Кир?

— Нет, — пожала я плечами. — Мне скрывать нечего. Я самое слабое звено в нашей команде. Я буду тянуть вас вниз. Вот и вся моя причина. Я не подхожу по физическим данным и навыкам.

— Мы тебя не бросим! На то и нужна команда! — заныл Гриня. — Не уходи и ты тоже!

— Тролль, ты же говорил, что вы часто воевали, — обратилась я с мольбой к северянину, не в силах слушать зеленого. — Вот ты бы пошел в бой с таким напарником, который не может удержать оружие и долго держать строй.

— Строй мы не держим. Лишь смутно себе это представляю. Наши стычки не столь масштабны, — почесал затылок Тролль. — Но я тебя понял. И это так. Я бы не стал доверять свою спину слабому бойцу. — Вбил последний гвоздь в мой гроб северянин. Гриня задохнулся от возмущения, а я кивнула. — Но! — вздрогнула я от громогласного возгласа. — Фей тоже сильный. Сильнее нас всех. Наравне с силой тела ценится и сила духа. Сильный дух подчас сильнее тела. — Изрек несвойственную для себя речь Тролль.

— Вот! — наставительно поднял указательный палец вверх Гриня. — Мы же с вами познакомились после того, как услышали твое вдохновляющее выступление про Наблюдающих!

— Ребят, я пойду. Мне вещи собрать надо и к наставнику зайти, — поднялся Кир. Мы тут же замолчали и грустно посмотрели на него. — И не смотрите так, — замахал он руками. — В жизни все бывает. Мне не по пути с корпусом Наблюдающих, а мы по-прежнему с вами друзья.

— Только теперь между нами стена, — протянула я.

— Если ты тоже не уйдешь, — напомнил Гриня.

— Пока! — попытался улыбнуться Кир. — Заходите в гости. Думаю где мой дом, вы не забудете.

Мы против воли улыбнулись. Такое забудешь. Как же. До конца жизни эту пекарню помнить буду, да еще в кошмарах видеть. Мы проводили наигранно веселого Кира до дверей. А я еще долго смотрела в окно, как он понуро шел по одной из тропинок в сторону общежития.

— Кхм, — прервал царившее за нашим столом молчание чей-то настойчивый и неестественный кашель. Я подняла глаза.