Смертник из рода Валевских. Книга 3 - Василий Михайлович Маханенко

— Бывает, — я перевёл взгляд на дворец. — Называется ментальной атакой. Обладают твари восьмого уровня разлома. Одна такая едва меня не прикончила, пока я не понял, как с ними бороться. Не проси — научить не могу. Для этого нужно стать тёмным со всеми нашими недостатками. Жди здесь — внутрь пока тебе нельзя. Постараюсь найти этого уродца и прикончить его. Если такая тварь вырвется на свободу, центральный регион можно будет закрывать.

О том, что заблокировать ментальную атаку неизвестно существа мне позволило эксклюзивное кольцо, я уточнять не стал. Имперцам можно рассказывать о различной механике и особенностях тёмных, но о своих способностях и имуществе я предпочитаю молчать.

Вновь войдя в дом, я ощутил те самые липкие лапы, что пытались проникнуть в сознание. Сейчас, когда стало чётко понятно, чего ожидать, мне удалось определить источник. Нет, не источник — направление, откуда шло влияние. Тварь засела где-то на верхних этажах. Неподалёку я заметил широкую лестницу и кровожадно ухмыльнулся. Жди, сволочь, я к тебе иду!

(Дворец герцога Одоевского, Одоевск, 3 дня спустя изгнания Карины из центрального региона)

— Карина, успокойся. Ты ведёшь себя недостойно графине.

— Да мне плевать, как я себя веду! Он должен умереть!

— Эмоции, дочь моя, крайне вредны в этом вопросе. Ты понапрасну тратишь силы.

— Папа, Макс меня убил. Хладнокровно, без предупреждения, взял и прикончил, как какую-нибудь безродную шваль, подобранную под забором для развлечений. Он не знал о символе. Не знал, что я выживу. Как здесь не выплёскивать эмоции, если вместо того, чтобы отдать мне его на растерзание, герцог Турбский изгнал меня из центрального региона? Как я в академию попаду?

— Ты повторяешься, моя любимая младшая дочь, — терпеливо ответил герцог. — По поводу герцога Турбского вопрос уже решается. Существует совет глав регионов, где у нашей коалиции подавляющее большинство. Примерно через месяц мы соберёмся, и я поставлю вопрос о твоём восстановлении в правах. Плохо, что ты вышла из Крепости — защитную печать можно было связать с их тайной, о которой ты не имела права говорить. Эмоции, дочь моя, опасная и непозволительная штука. Особенно когда этих эмоций слишком много. Я не узнаю свою любимую девочку. Где та рассудительность, которой я всегда так гордился?

— Он меня убил! — упрямо твердила Карина, уставившись в одну точку. — Он заслуживает смерти! Крепость не отдаст его мне. Слишком ценная фигура. Но он мне нужен, отец! Я хочу лично вырвать ему сердце и засунуть его ему же в глотку! Пока он ещё жив! И поддерживать жизнь в нём так долго, как только можно. Чтобы он мучался до последнего!

— Боюсь, не всё так просто, дочь. Этот парнишка становится слишком ценной фигурой, чтобы его позволили так просто убить. В империи существует определённые силы, что хотят забрать его себе. И противиться этим силам у меня нет возможности. Когда император провозгласит его героем, ему вернётся прежний титул и мне, либо кому-то другому герцогу, что связан с этой силой, придётся брать его в вассалы, чтобы использовать в собственных интересах. Максимилиан Валевский взлетел слишком высоко, чтобы мы легко от него избавились

— Папа, — Карина подошла к отцу и посмотрела ему прямо в глаза. — Но ведь мы можем это сделать? Мы можем от него избавиться?

— Не можем, дочь. Должны! Во-первых — он покушался на мою дочь. Такое род Фарди простить не может. Во-вторых — мне не нравятся его целеустремлённость. Рано или поздно он так и до всей нашей семьи доберётся. Мы должны его уничтожить. У меня вопрос, моя младшая дочь. На что ты готова пойти ради достижения своей цели?

— На всё, — уверено произнесла Кариина. — Вплоть до того, что готова душу Скрону продать, лишь бы собственноручно прикончить эту падаль.

— Надеюсь, это были не простые слова для бравады, — загадочно произнёс герцог. — Отдыхай. Для того, чтобы всё организовать, мне потребуется время. Род Фарди никогда не оставляет в покое тех, кто ему угрожает.

Глава 17

Попытки проникнуть в мозг продолжались безостановочно, словно тварь, что их предпринимала, не была живым существом, умеющая делать выводы из неудач. Скорее, здесь чувствовался какой-то механизм, бездушный и безэмоциональный, выполняющая свою работу, не задумываясь о том, какой результат получается. Сказано защищать дом, проникая всем в мозг, вот она и трудилась, не покладая лап.

Внутреннее убранство поместья-дворца полностью соответствовало внешнему виду. Всё было отделано мрамором, повсюду находился шурганский фарфор, красивые скульптуры, массивная деревянная мебель, вызывающая чёрную зависть — некоторые столы я бы с удовольствием забрал себе. Было бы куда. Второй этаж мало чем отличался от первого — всё та же красота и богатство, помноженная на безразмерное желание тратиться. На мой нескромный взгляд на то, чтобы создать такой домик, потребовалась сумма, сравнимая с годовым бюджетом империи. Порядок цифр мне был неизвестен, но воображение подсказывало именно такое сравнение.

Первого человека я встретил на втором этаже. Слуга, или кто-то, очень похожий на слугу по стилю одежды, занимался протиркой пыли. Очень подмывало пройтись «Анализом», но мне стоило беречь ману. Учитывая, что в доме находится прожигающее мозги существо, вряд ли здесь могли водиться посторонние, так что я вполне спокойно открыл дверь и вошёл. Слуга проигнорировал моё появление, продолжая работу. Я подошёл ближе и, сделав виноватый вид, спросил:

— Не подскажешь, где происходит усиление? Что-то я окончательно заблудился. Мне приказали сопроводить епископа, но, видимо, решили, что я знаю куда идти. Уже полчаса тут плутаю. Кажется, даже выход найти не смогу.

Слуга выпрямился и, наконец, я увидел странность в его внешнем виде — человеком это существо не было. На меня уставилась чёрная бездна глаз, а мертвенно-белая кожа была такой прозрачной, что не скрывала жуткую сетку синюшных вен. Складывалось ощущение, что это существо является утопленником, вылезшим из воды, натянувшим на себя добротную одежду и принявшуюся управляться с хозяйством. От взгляда страшного монстра у меня внутри всё взбунтовалось. Возникло желание срочно сбежать из этого дома и никогда сюда больше не заходить. Даже столы больше не выглядели настолько привлекательно, раз их протирает такое чудище. С трудом справившись с желанием сбежать, я остался стоять на месте. Разве что, наконец, сообразил и активировал «Анализ». Скрон с ней, с маной.