Трон змей - Фрост Кей

кровати, – велел Хосену спокойно, тогда как Рен начинала паниковать. – Кто-нибудь, здесь нужно прибраться! – крикнул он в открытую дверь, а затем снял маску с лица убийцы.

Под ней скрывался бледнокожий мужчина с острыми ушами. Судя по внешности, он родился на севере Верланти.

Рен не смогла подавить дрожь.

– Месть за казнь Рамоса и Уайли?

Хосену кивнул:

– Скорее всего. Не вставай, – напомнил он, когда Рен попыталась подняться с кровати. – В комнате могут быть установлены другие ловушки, способные лишить тебя жизни.

Рен послушалась, потому что знала, что Хосену прав. Удивительно, но ее не взволновало то, что кто-то пытался ее убить. С момента ее восхода на престол покушения следовали одно за другим: иногда попытки убийства с треском проваливались, иногда пугали тем, насколько близко подбирались убийцы. Но опасность стала частью ее жизни.

И одной из причин ее усталости от всего этого.

На следующее утро Рен едва смогла не задремать на встрече совета. Для создания нового совета она долго и серьезно работала с представителями каждого региона Верланти, включая Хосену и Ронана, который решил работать на Рен, поняв, чего именно она пытается достичь.

Теперь зал для встреч был наполнен темными эльфами высокородных семей, представителями простых жителей королевства и людьми из рядов повстанцев. Здесь также сидело несколько мужчин из флота Лорна. Воссоединившись со старыми знакомыми, Рен выплакала немало счастливых слез.

Последнее место за столом занимал Роуэн – представитель Вадона. Они с Рен оба знали, что было бы глупо не включить в состав совета кого-нибудь из Вадона, но королева не ожидала, что ее бывший жених и возлюбленный добровольно вызовется занять это место. Сперва девушка не испытывала уверенности на этот счет – работать вместе во время восстания им было, в лучшем случае, сложно, – но недели тянулись, превращаясь в месяцы, и Рен поняла, что благодарна Роуэну за присутствие и помощь.

К ней словно вернулся ее старый лучший друг. Они знали, как работать вместе. Они знали, когда стоит возражать друг другу, а когда – объединиться. Им было легко разговаривать и, что гораздо важнее, слушать.

И теперь Рен была как никогда благодарна судьбе за то, что Роуэн не погиб во время первого нападения Верланти на Лорн.

– Я говорю вам, дворцу требуется больше охраны! – закричал Ронан, впечатав кулак в стол. Его лицо покраснело, сравнявшись цветом с волосами. – Случившееся прошлой ночью не должно было произойти. Они всегда планируют эти атаки, когда Лейфа нет рядом, чтобы следовать за вами тенью, Ваше Величество. Вы не можете полагаться исключительно на Хосену, когда Лейфа нет рядом.

Рен знала это. Но она не хотела пускать в свои покои никого другого. Пускай она начала доверять Ронану, его присутствие в ее комнате все еще вызывало дискомфорт.

– Если мы разместим больше людей в саду, то сможем обеспечить королеве безопасность, при этом не нарушая ее личного пространства, – произнес Роуэн, почувствовав ее беспокойство. – Вы не согласны? – Рен могла бы поцеловать его за то, что он уважал ее желания, но потом вадонец испортил все, продолжив: – В любом случае охрана усилится, когда во дворце появится больше вадонских солдат. Вы успели рассмотреть предложение принца Кейда с тех пор, как я доставил его на прошлой неделе?

Рен едва сумела скрыть недовольную гримасу. Принц Кейд нравился ей, и она испытывала к нему благодарность за все, что он сделал для повстанцев. Для рабов. Для Драконьих островов. Но на этом добрые чувства Рен заканчивались.

Она встретилась взглядом с Роуэном. Похоже, он не испытывал смущения, советуя Рен вновь выйти замуж. Хотя бы это доставило ей некоторое спокойствие. Роуэн больше не был в нее влюблен. Они могли быть друзьями и союзниками, не боясь теней общего прошлого.

– Что произойдет, если я продолжу править без супруга? – спросила она, старательно скрывая гнев от того, что ей предлагают вновь выйти замуж.

Все присутствующие обменялись взглядами, и шепотки наполнили комнату. Первым напрямую к Рен обратился церемониймейстер:

– Замужество необходимо для того, чтобы произвести на свет наследника, но, если вы решите назначить преемника самостоятельно, мы сочтем это приемлемым. Правда, это осуждается.

– Осуждается? Почему?

– Потому что названный вами человек может не обладать королевской кровью. Он также не завоюет корону силой. Верлантийцы всегда следуют традициям в этом отношении.

Замужество и вопрос о наследии все еще тревожили разум Рен, когда собрание было отложено. Она не заметила, как все вышли из зала, и оторвала взгляд от своих рук, лишь когда осталась в одиночестве.

Только Роуэн не ушел. Он смотрел на нее с нескрываемым беспокойством.

– Что? – спросила Рен. Она слишком устала, чтобы проявлять вежливость. – Что не так? Что я сделала на этот раз?

Роуэн добродушно усмехнулся, неторопливо наполнил бокал Рен водой из стоявшего на столе кувшина и подтолкнул его к ней.

– Пей, – сказал он, и она повиновалась.

Прохладная жидкость смягчила ее пересохшее горло, и только в это мгновение Рен поняла, насколько сильно хотела пить. Она наклонила бокал и опорожнила его одним глотком.

– Я не знаю, как это описать, – произнес Роуэн, с искренней симпатией взглянув Рен в лицо, когда она напилась. – У тебя появляется – не знаю – такой отсутствующий взгляд, когда ты ничем не занята. Словно когда тебя ничего не толкает вперед, ты перестаешь существовать. Я ненавижу смотреть на это. Это не жизнь, Рен. Мы оба это знаем. Твое место не здесь, и ты, и я понимаем, где ты должна быть.

Рен тронуло его поразительное наблюдение. Ее до глубины сердца согрело понимание того, что, несмотря ни на что, Роуэн все еще был человеком, который знал ее до глубины души. Возможно, они не были предназначены друг другу, как она стойко верила в детстве, но он все еще нежно любил ее так, как больше никто не мог.

И она испытывала такие же чувства.

– Спасибо тебе за честность, – сказала Рен, благодарно сжав предплечье Роуэна. – Я говорю серьезно. Но именно поэтому мне нужен преемник, а не замужество. Если я выйду замуж, то как смогу покинуть это место?

Но затем ей в голову пришла идея, которая до этого мгновения не казалась возможной.

Если она объявит наследника, которого не примут люди, может начаться восстание, но что, если это человек будет принадлежать королевскому роду? Что, если она выберет кого-то, кого верлантийцы любят и кому доверяют, человека, который раз за разом доказывал, что готов трудиться ради всех жителей королевства?

У Рен на примете как раз имелся такой кандидат.

Впервые за много дней она искренне улыбнулась.

Глава тридцать восьмая. Аррик

– Кажется, дождь собирается. Опять.

– Мы серьезно будем разговаривать об этом? О погоде? – Шейн посмотрел на Аррика с выражением легкого веселья, а затем снова сосредоточил внимание на рыболовной сети. – Но, думаю, это лучше, чем когда