Звездная Кровь. Изгой VI - Алексей Юрьевич Елисеев

я выхватил «Головорез». Моя рука двигалась почти на автомате, результат длительных тренировок, моего Навыка и десятков подобных стычек. Я хотел влепить пулю Шраму прямо между его бегающих глаз, но успел передумать. Выстрел! Грохот эхом прокатился по скалам. Пуля ударила не в плоть, а в металл. Револьвер Шрама вылетел из его руки, звякнув о камни.

— А-а-ах! — взвыл он, хватаясь за ушибленную руку. Он скорчился в седле, но я видел — кость цела, просто сильный удар по пальцам и ладони. Больно, но не смертельно.

302

Остальные четверо тут же схватились за оружие — карабины, винтовки, ружья, револьверы. Их лица исказились от злобы и некоторого замешательства. Они явно не ожидали такого отпора.

— Идиоты, — процедил я сквозь зубы, держа их на мушке «Головореза». Мой голос звучал холодно и уверенно, хотя сердце колотилось как бешеное. — Совсем страх потеряли? На Восходящего полезли? Я бы вас уже всех здесь перещёлкал, как мабланов бешеных. Да только доброта моя врождённая и религия не позволяют лишнюю кровь проливать. Настроение, опять же, не то… Философское, понимаешь…

Слово «Восходящий» подействовало. Они замерли. Переглянулись. Страх пробивался сквозь их бандитскую наглость.

Шрам перестал стонать и выпрямился в седле, всё ещё держась за ушибленную руку. Он посмотрел на меня совсем другим взглядом — внимательным, оценивающим.

— Восходящий… — прохрипел он. — Я слышал, в этих краях только один такой… Кир. Тот самый Кир? Это ты, что ли?

Я чуть опустил ствол револьвера, не переставая, однако, контролировать их.

— Ну, допустим, я, — кивнул в ответ. — А ты с какой целью интересуешься? Автограф нужен? Или есть претензии к качеству обслуживания? Могу повторить бесплатно. На этот раз постараюсь доставить пулю прямо между глаз.

Шрам помотал головой. Его лицо стало серьёзным.

— Нет… Нет, никаких претензий, — сказал он быстро. — Наоборот… Э-э… Атаман Драк. Да, ты с ним знаком. Рассказывал, что спас ты его. Он велел, если встретим тебя, проводить к нему. Срочно.

Я удивлённо поднял бровь. Драк? Хочет поговорить? После нашей последней встречи, когда я отпустил его на все четыре стороны, дав припасы, очень сомневался, что мы увидимся с ним хоть однажды. Это было почти неожиданно, но удивляться я устал.

— Проводить к Атаману? — переспросил я. — А чего же вы тогда сразу с пушками на меня полезли? Так теперь принято встречать гостей?

Шрам виновато развёл руками, насколько позволяла ушибленная кисть.

— Да мы ж не признали сразу, Кир… Ты извини. Бабёнка ещё голая… Почти. Сам понимаешь, жизнь такая. Думали, очередной… ну, ты понял. А тут вон оно как… Сам Восходящий. Поехали, а? Он ждёт.

Я помедлил секунду, взвешивая риски. Но выбора особо не было. Драк мог быть полезен. И судя по всему, у него были причины искать встречи со мной.

— Ладно, — сказал я, убирая «Головорез» в кобуру. — Веди. Только давай без фокусов.

Шрам нервно сглотнул и кивнул.

— Понял, Кир. За мной.

Мы тронулись с места. Бандиты держались чуть позади, стараясь не делать резких движений. Я ехал настороже, готовый к любым неожиданностям. Единство научило меня не доверять никому, особенно тем, кто только что пытался тебя пристрелить.

Шрам привёл меня в небольшой каньон, скрытый от посторонних глаз. Здесь, в тени скал, расположилась на привал банда Драка. Несколько костров и восемь десятков угрюмых хмырей, вооружённых до зубов. И, собственно, сам Атаман Драк.

Я его едва узнал. Вместо грязного, потрёпанного бандита, которого я видел в прошлый раз, передо мной стоял крепкий мужчина лет сорока, чисто выбритый, одетый в добротную кожаную куртку поверх сегментированной кирасы. На поясе висел тяжёлый револьвер класса «Утешитель». Его единственный глаз, холодно и расчётливо, смотрел на меня, но и враждебности в нём не было.

— Кир! — он шагнул мне навстречу, протягивая руку. Его люди вокруг молча наблюдали. — Рад тебя видеть. Спасибо, что приехал. Щербатый, ты молодец, что нашёл его.

Я пожал его руку, всё ещё не понимая, к чему весь этот спектакль.

— Драк, — степенно кивнул я. — Рад, что ты здесь.

Атаман усмехнулся.

— После того как ты спас меня из лап культистов, я пообещал поднять своих ребят на помощь в твоём деле. И, как видишь, своё обещание выполнил. Не скрою, мне это выгодно, так мы поубавим количество конкурентов. Тем более что делать это будем не без помощи Восходящего. Так что… спасибо тебе. Я перед тобой в долгу. — Он обвёл взглядом своих людей. — Чтобы все слышали! Кир — мой друг! Кто его тронет — будет иметь дело со мной лично!

Его заявление бандиты встретили мрачным молчанием, но перечить не стали. Из чего можно было заключить, что авторитет Драка среди них был высок.

— Рад, что смог тогда тебе помочь, — сказал я сухо. — Но я здесь не за благодарностью. У меня плохие новости, Драк. Очень плохие.

Атаман сразу же напрягся. Я не стал тянуть, рассказав ему о том, что мы с Минденом видели в пустыне. О целой армии песчаников. Сотни, если не тысячи. Идут маршем, организованно. С боевыми знамёнами. Прямо на Посёлок Старателей.

По мере моего рассказа лицо Драка становилось всё мрачнее. Усмешка сползла с его губ. Он нахмурился, потёр подбородок.

— Тысячи, говоришь… — пробормотал он. — Песчаники… Это не похоже на их обычные набеги. Это что-то серьёзное. Похоже на… вторжение. Твою мать!

Он резко повернулся к своим людям.

— Слышали⁈ Собирайтесь! Живо! Мы едем в Посёлок! Нужно предупредить людей! Пусть убираются оттуда, пока не поздно!

Нищему собраться — только подпоясаться. Через четверть часа мы уже мчались к Посёлку Старателей — я, Драк, за нами следовала его банда головорезов. Пыль стояла столбом. Холодный ком тревоги нарастал в груди. Я больше не в легионе, но война продолжает преследовать меня по пятам.

Мы ворвались в Посёлок как раз в тот момент, когда на центральной площади шло стихийное собрание. Видимо, Минден и Мико успели поднять тревогу. Люди — старатели, торговцы, женщины, старики, даже детвора — стояли толпой, их лица были бледными от страха и растерянности. Говорил Пак, отец Мико, седой и прямой, словно стальной гвоздь. Его твёрдый грубый голос растекался над площадью.

— … и я вам говорю, бежать нам некуда! — донеслось до меня, заставив ругнуться под нос. — Все, кто мог уйти, уже