Э(П)РОН-6 (СИ) - Быченин Александр Павлович

— Кумо? Что скажешь?

— Для первого раза заявленных мощностей будет даже многовато, капитан Заварзин.

— Больше не меньше, — пожал я плечами. — Используй столько, сколько сочтёшь нужным.

— Хорошо, сэр. Вывести расчётную модель на экран?

— Позже.

Сколько там у меня? Двадцать минут? Не уверен, что сумею хоть сколько-то расслабиться, но хотя бы попытаюсь… потом, чую, даже такой возможности уже не подвернётся. Эх, будь я сейчас на «Спруте», не постеснялся бы на «колыбельную» напроситься…

— … капитан Заварзин! Начинаю обратный отсчёт: двадцать девять… двадцать восемь… двадцать семь…

Упс! Это я что же, вырубился? Похоже… даже слова Кумо мимо ушей пропустил. Хотя догадаться, о чём он вёл речь, совсем несложно — вон, таймер до четвёртого сброса запустил. Хоть бы сработало, хоть бы сработало! Именно этой, ключевой, детали мне и не хватало, чтобы довести план до логического завершения. Если эксперимент окажется провальным, придётся в экстренном порядке что-то придумывать. Скорее всего, «подтапливать» Картахену на всех доступных «понтонах», наплевав на безопасность. А это чревато… причём выпадение из реальности на неделю, а то и месяц — самое меньшее из зол. Но другого выхода может и не остаться…

— … пятнадцать… четырнадцать… тринадцать…

Ха! Надо же, адреналиновый выброс! Здравствуй, дружок, давно не виделись. Если честно, я только сейчас, когда мгновения замедлились, осознал, насколько привык к разнообразным опасностям. До такой степени, что они уже не заставляли кровь быстрее струиться по венам. У меня даже пульс не учащался! А теперь вот сподобился…

— … пять… четыре… три… две… процесс активирован…

Ага, в этот раз гул посильнее. Не на порядок, и даже не в разы, но явно громче… и дольше… а вот и вибрация… м-мать! Аж зубами лязгнул. Хорошо, язык не прикусил… всё, что ли?..

— Ну? — требовательно рыкнул я вслух, выждав для надёжности с полминуты. — Получилось?

— Если вы о конечном результате, капитан Заварзин, то ответ отрицательный, — спустил меня с небес на землю Кумо. — Что же касается эксперимента… данных достаточно для построения математической модели и последующего масштабирования.

— То есть смысл в повышении мощности разряда имеется? — уточнил я.

— Несомненно, сэр. Вывести модель на экран?

— Давай.

— Процесс активирован. Процесс завершён.

Ну-ка, что тут у нас? Угу… ага… м-да… понятно…

— То есть ты хочешь сказать, что нам придётся слить в планетоид всю доступную энергию? — озвучил я неутешительный вывод.

— Да, сэр. И готовить энергосистему станции нужно уже сейчас. Боюсь, в час мы не уложимся.

— Деррику это не понравится.

— Однозначно не понравится, сэр. Но другого способа я не вижу. Разве что ядерный заряд подорвать, но это может лишь усугубить проблему.

— Согласен, — вздохнул я. — Ладно, вызывай бедолагу Дэвида, будет ему неприятный сюрприз…

И ведь как в воду глядел! Нет, я, конечно, предполагал, что он подобному известию не обрадуется, но чтобы до такой степени… впрочем, надо отдать Деррику должное, основные выкладки он выслушал молча. И даже когда речь зашла об энергозапасе, удержался от крика. Только зубами слегка скрипнул. А вот когда я заявил, что придётся всех людей на станции заставить влезть в скафандры и активировать индивидуальные системы жизнеобеспечения, он не выдержал:

— Алекс, мать твою! Ты как себе это представляешь?! Ну ладно, технический сектор! Ну ладно, Порт! А с «трущобами» что делать?! Ты осознаёшь количество потенциальных жертв?!

— Оно в любом случае меньше, чем при полном уничтожении станции, сэр, — привёл я единственно возможный, но от того не менее убийственный аргумент. — И нам придётся пойти на этот шаг. Когда начнётся замес, мало нам не покажется.

— Если начнётся! — перешёл на рык Деррик. — Если, Алекс! Понимаешь?! Если! А вдруг окажется, что мы зря обесточили станцию на целых четверть часа?! И что я скажу пострадавшим? Что я скажу родственникам погибших? Что я скажу журналистам, мать их?!

— Что было проведено оповещение по всем правилам. Причём трижды.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Думаешь, это хоть кого-нибудь волнует?! — продолжил горячиться Милашкин папаша. — Да всем плевать! Оповестил, не оповестил… трупы — вот они! И чем больше, тем меньше народ будет вспоминать про инструкции и прочую бюрократию! Да меня же военные первые к стенке поставят!

— Не поставят. Если мой план сработает…

— Вот именно, если!

Так, что-то он не в меру разошёлся. Самое время напомнить о субординации.

— Не перебивайте, сэр.

— Что?! — аж задохнулся от возмущения Дэвид, но быстро взял себя в руки: — Ладно! Допустим! Я бы пошёл на такое, но я даже не знаю, зачем тебе это?! Ты очень скрытный, Алекс! Только не надо мне говорить, что опасаешься утечек информации! Кто нас здесь может подслушать?! Влад Пахомов?!

— А хоть бы и он, — хмыкнул я. — Впрочем, ладно. Слушайте.

Десять минут. Целых долбаных десять минут мне понадобилось, чтобы разложить по полочкам ситуацию и заручиться поддержкой Деррика. Плюс пять предыдущих, спущенных в гальюн на ругань. Итого четверть часа впустую. Но оно того стоило — дослушав до конца, Дэвид с силой провёл ладонью по лицу и махнул рукой, типа, пропадай всё пропадом! И переключился на главного энергетика.

— А ты что скажешь? — поинтересовался я у Кумо, когда коллега по опасному бизнесу покинул мой канал. — Не перестарались?

— Вряд ли, капитан Заварзин. Я практически уверен в результате.

— Но так ли это, покажет лишь время, — понятливо ухмыльнулся я. — Ладно, ждём… у моря погоды. Выведи схему, что ли… я много пропустил, пока был в отрубоне?

— Не очень, сэр. Практически ничего интересного, за исключением прибытия ещё двух эскадр, в двадцать девять и сорок два вымпела соответственно…

Ох ты ж ё!.. Н-да… если сейчас у кого-то не выдержат нервы и начнётся пальба, мало никому не покажется… но почему у меня такое чувство, что главные действующие лица ещё не вышли на сцену?.. Картинка, конечно, уже сейчас весьма впечатляющая — больше двух сотен боевых вымпелов в непосредственной близости от Картахены — и всё равно как-то… мелко? Или, скорее, мелочно? Этакая местечковая возня. «Золотой треугольник» был свидетелем и более грандиозных зрелищ, правда, ещё до того, как стал именно «золотым»…

Здоровенный экран со схемой, занимавший львиную долю «дополненной реальности», вдруг потускнел, а затем и вовсе пошёл помехами, причём не просто квадратиками цифровых «артефактов», а волнами и полосами, и замерцал, что твой стробоскоп. Я даже глаза зажмурил, упустив из виду тот факт, что «нейр» генерировал изображение прямо в зрительном нерве. Легче, естественно, не стало, и я возмутился вслух:

— Кумо?! Какого чёрта?!

— Недостаточно информации для анализа, сэр, — мгновенно отозвался «мини-гекс». — Во входящем потоке с оптических датчиков и сканеров отклонений не выявлено.

— То есть это у меня в мозгах?! — натурально прифигел я. — Что за… или?..

— Вряд ли, сэр, — правильно интерпретировал мою заминку Кумо. — Я бы зафиксировал изменение параметров окружающей среды. Это что-то другое, а не то, о чём вы подумали.

— Ну и что бы это могло быть?..

— Полагаю, некий побочный эффект от пространственного возмущения по курсу 1-1-19, удаление полторы астрономические единицы.

— Кто-то нештатно вышел из прыжка? — предположил я, оставив тщётные попытки избавиться от глюков.

— Вы определенно правы, капитан Заварзин, — непривычно задумчиво протянул «мини-гекс».

— В какой именно части моего предположения? — уточнил я.

— В части про выход из прыжка. А вот насчёт «нештатно» вы погорячились, сэр. Лично я бы не стал утверждать это наверняка…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— … потому что недостаточно данных для анализа?

— Именно, сэр.

— Оп-па! Прекратилось… — Картинка перед внутренним взором и впрямь стабилизировалась, но ещё несколько долгих секунд я не мог сфокусироваться. А когда это всё же удалось, изумлённо выдал: — Нифига себе! И почему я не удивлён?..