Нифилим - Вячеслав Аничкин

Уставшие от длительного единоборства, мы разбрелись по площадке и теперь тяжело переводили дыхание. Первым молчание прервал Стен:

– Что за дрянь это была?! Я с ног до головы в ее соплях! Фу, какая мерзость!

– Я думаю, это была большая улитка, – сказал Свенсен, с отвращением смахивающий с себя слизь. – Вот только, питается она мясом.

– Как бы она не вернулась сюда со своими друзьями, – воскликнул я и покосился в сторону озера. – После такого, я уже и не знаю, кто там еще водится.

– Мы ошиблись, решив остаться здесь, – заметил мистер Лири, тоже принявший непосредственное участие в сражении. – Надо было идти дальше.

– Кто же знал, что в таком тихом месте живут такие чудовища. Я, например, впервые такое вижу, – сказал я, оправдываясь. – Джек, ты в порядке?

Паренек поднял голову и я увидел, что он плачет.

– Ты чего, Джек? Успокойся. Мы сейчас уйдем отсюда и больше сюда не вернемся.

– Я не от страха плачу, – ответил он и поднял штанину брюк. – Вот, смотрите.

Мы подошли поближе и увидели, что на том месте, за которое его держал слизняк, зияла большая рана, похожая на ожог. Кожа на ноге вздулась и паренек, должно быть, испытывал сильную боль.

– Наверное, гадина впрыснула ему свой яд, – со знанием дела протянул мистер Лири, рассмотрев рану. – Как бы, не случилось непоправимое… У нас нет никаких лекарств.

– Джек, что ты чувствуешь? – с волнением спросил я, наклоняясь к мальчугану.

– У меня сильно кружится голова и мне становится холодно, – ответил он и уперся спиной в стену. – И… я не чувствую своей ноги.

– Все ясно, – констатировал мистер Лири. – У него задета нервная система. Ему срочно нужно противоядие. В противном случае, у него нет никаких шансов.

– Но, где же нам его взять? – вскричал я, обхватив голову руками. – Нужно срочно подниматься наверх! Скорей!

Взваливши Джека себе на спину, я бегом направился к отверстию, являющемуся продолжением тоннеля. Теперь мне было все равно, что ждет меня впереди. Я должен был спасти этого мальчишку, чего бы это мне не стоило. Никто не стал спорить со мной. Все побежали следом, отчетливо понимая, что счет пошел на минуты. Увидев, что я погрузился в кромешную тьму, Стен обогнал меня и, освещая путь двумя факелами, побежал впереди. Вскоре, земля под нашими ногами стала сухой, и это означало, что река осталась позади. Тоннель постепенно сужался и через некоторое время я увидел тусклый свет. Неужели, мы вышли наружу? Так оно и было. Преодолев еще полсотни метров, мы оказались у выхода из пещеры, которая открывала нам путь в Заземье. Что это за место? Все осмотрелись по сторонам, и нашему взору предстала та же равнина, но теперь она была совсем не безжизненной. Буйная растительность говорила о том, что здесь были идеальные условия для содержания бесчисленных табунов лошадей, на которых амореи совершали свои набеги на деревни мирных жителей. Присмотревшись внимательней, я увидел вдали табун пасущихся животных, который медленно двигался по равнине, освещаемый лунным светом и не обращающий на нас никакого внимания. Джек пошевелился у меня на плечах и я, отбросив всякую осторожность, побежал по направлению к этому табуну. Сейчас мне нужно было встретить кого-то из местных, кто мог бы помочь раненому мальчугану. Дурная слава, тянущаяся за амореями, ничуть меня не волновала. Мы и так направлялись в их логово, и неважно теперь, в каком виде мы перед ними предстанем.

Добежав до пасущихся лошадей, мы остановились. Животные ничуть нас не испугались и продолжали заниматься своим делом. Но где же были их пастухи? И тут мистер Лири прервал мои размышления, произнеся мысль, которая показалась мне вполне правдоподобной.

– Похоже, этот табун пасется сам по себе. Я читал где-то, что кочевники отпускают своих лошадей на пастбища и те самостоятельно пасутся, не нуждаясь в охране. Следовательно, наступит момент, когда за ними придут и погонят их в загоны. Скорей всего, это будет утром.

– А как же Драконы? – спросил Стен, считавший себя большим знатоком повадок этих чудовищ. – Ведь для них это легкая добыча.

– Видимо, это амореев не пугает. Я думаю, что Колдун нашел какое-то средство, чтобы отвадить этих монстров от своей территории.

– Мне кажется, что есть смысл посадить Джека на лошадь, – сказал я, немного подумав. – Да и нам самим проще будет ехать, чем идти.

– Но, ведь у нас нет ни седел, ни всего остального, – заметил Свенсен. – Как же мы сможем направить животных в нужную сторону?

– Эти лошади знают, где их дом, – ответил я. – Нужно лишь суметь на них взобраться и они сами отвезут нас туда, куда нужно. Главное, постараться не упасть.

Решив, что другого способа найти Аморея у нас нет, мы принялись карабкаться на лошадей, которые недовольно шарахались в стороны и гневно скалили свои зубы. Лошадь, которую Стен пытался укротить, вообще, начала брыкаться и бедняга едва не угодил под ее копыта, в последний момент едва успев отскочить. Мистер Лири выбрал себе лошаденку по спокойней, но ему никак не удавалось закинуть свою ногу наверх и Свенсену пришлось подставить ему плечо, чтобы тот, в конце концов, усадил свое немощное тело поближе к голове животного. Я, с горем пополам, сумел взгромоздиться на спину высокого жеребца и посадил перед собой Джека, который к этому моменту уже почти не подавал признаков жизни и бессильно повис на шее животного, обхватив ее руками. Стен со Свенсеном, вдвоем уселись на одного коня и медленно потрусили в сторону, которую выбрало их животное, доверившись его инстинктам. Весь табун увязался за нами, и я понял, что кто-то из нас оседлал вожака, который и повел за собой остальных. Осмотрев всю эту гривасто-хвостатую компанию, я отметил про себя, что конокрадом мне еще не приходилось быть. Мало того, что мы без приглашения ступили на землю амореев, так мы еще при этом увели их табун. После такого поступка, надеяться на их радушный прием, уже не приходилось.

Ехать верхом было, конечно, намного удобней. Мы не торопили своих лошадей, давая им возможность изредка останавливаться и щипать молодую травку, которая росла здесь в изобилии. Поскольку, нам ничего делать особенно не приходилось, то мы занимались кто чем. Мистер Лири вскоре задремал и лишь пару раз открыл глаза, чтобы убедиться в том, что его лошадка идет рядом с нами. Свенсен и Стен о чем-то негромко разговаривали. А я следил за тем, чтобы Джек не упал вниз и временами поглядывал вперед, стараясь быть готовым ко всяким неожиданностям. Однажды мальчуган пошевелился и издал тихий стон. Я попытался окликнуть его по имени, но он снова впал в беспамятство и после этого уже не приходил в себя. Яд слизняка, наверное, уже проник во все части его тела и парализовал работу организма. За несколько дней я очень привязался к этому бедняге. Его заводной характер и удивительная смекалка напоминали мне меня самого в детстве. Так же, как и я, он ничего не боялся и старался быть впереди всех, мало заботясь о собственной безопасности. Так же, как и у меня, в нем не было ни малейших сомнений по поводу того, нужно или не нужно идти на риск, если от этого зависит исход дела. Но, сейчас этот сорванец находился на волоске от смерти, и я считал своим долгом спасти его жизнь. Ведь, по сути, именно я разрешил ему идти с нами, и именно он сделал так много для нас.

Когда на востоке показался краешек солнца, мы были уже далеко от пещеры. Несмотря на то, что мы ехали очень медленно, позади осталась значительная часть равнины. Вскоре показался еще один табун лошадей, даже больше нашего по размеру, который растянулся на целый километр, мимо которого мы проехали, особо не задерживаясь. Меня удивляло то, что нас до сих пор никто не обнаружил. Неужели, амореи были настолько уверены в собственной силе, что даже не потрудились выставить охрану? Несколько часов мы двигались по их территории и увидели только бесчисленное количество лошадей, которое паслось без присмотра. Сколько еще времени мы будем оставаться незамеченными? Постепенно, я начал замечать, что наш табун разбредается в разные стороны. Видимо, мы достигли места, где животные проводили все свое дневное время, и это означало, что очень скоро здесь окажутся их хозяева. Теперь мы продолжали двигаться на своих лошадях без сопровождения всего табуна. Внезапно, мой конь встал на месте и больше уже не хотел никуда идти, как я его не уговаривал. Оставалось, только, спрыгнуть на землю и идти пешком. Но куда?

– Мистер Лири, как вы думаете, что нам делать дальше? – спросил я у него, когда тот окончательно проснулся.

– Мне кажется, что с Джеком на руках, мы далеко не уйдем. Остается надеяться на то, что нас найдут раньше, прежде чем он умрет, – ответил старик, оглянувшись по сторонам. – Кстати, я, по-моему, вижу клубы пыли впереди. Посмотрите теперь вы.

Я напряг зрение и увидел примерно в километре от нас пыльное облако, которое срывало от наших глаз причину своего появления.