Поздний гость. Стихотворения и поэмы - Владимир Корвин-Пиотровский

Мария

Ты болен, да? Ты бредишь в лихорадке?Молчи, молчи… Гляди в глаза мне прямо…Иль ты убил и вправду? Говори,О, отвечай же, Каин, Каин!

Фома

Каин.Так, это он, но только без печати.И верь — он так спокоен, что сам БогЗавидовать ему на небе может.Да, Каин я. Но сердце не зоветРаскаянья, не молит о пощаде.Мой путь суров, но ясен до конца:Пересеку спокойно и неспешноШирокие пустыни, и когдаВ предсмертный час шаги отяжелеют, —Без жалобы я лягу на песок.Лишь лунный свет, холодный и бездушный,Осеребрит зыбучие путиИ оживит кочующие тени…И будет всё безмолвно, и никтоМоей ладони плачем не согреет.

Мария

И я могла любить его когда-то…О, Господи, мой Боже! Сотвори,Чтоб это стало только сном минувшим!Что хочешь ты? Какую гору мукНа плечи мне еще свалить задумал?

Фома

Хочу любви, твоей любви, Мария.

Мария

Да, да, возьми и выпей эту душу!

Фома

И ты меня не ненавидишь?

Мария

УжасУбил во мне и ненависть и злобу —О, что мой мрак перед такою ночью?О, что мой плач перед таким страданьем?Что боль моя перед таким признаньем —

СЦЕНА 4

1-й слуга

Послушай-ка, ты думал ли случайно,Что насморк с пылью особливо дружен?Я до рожденья как-то был простуженИ склонен к насморку необычайно.Поверишь ли, едва возьму метелку,Лишь прикоснусь к обоям иль ковру, —И вмиг в носу зачешется без толку,И словно черт откроет там дыру.Тут я уже одно спасенье знаю:Что мочи есть сморкаюсь и чихаю.

2-й слуга

У нашего аптекаря я виделПретонкие духи; рискни, пожалуй,Когда придется выбивать ковры,Слегка попрыскать снадобьем под носом.

1-й слуга

Ты думаешь?

2-й слуга

А отчего бы нет?Сам принц Филипп их покупать изволил, —Да с той поры, как черт его попуталНа гнусное злодейство, весь запасНепроданным остался на прилавке.

1-й слуга

Так полагаешь ты, что в самом делеНаш дорогой малютка государьЗарезан был подосланным от принца?

2-й слуга

Ну, вот еще! Своими же ушамиЯ слышал, как хрипел Иеремия,Что именно Филипп его послалИ дал приказ ужасный, и в наградуЧетыре бочки золота сулил.

1-й слуга

Четыре бочки! Кто бы мог подумать,Что у злодея столько лишних денег.

2-й слуга

Глупец. По-твоему, корона вздор?Ну, подведи-ка счет такой короне,Как наша.

1-й слуга

Гм, ты, может быть, и прав,И я бы сесть на трон не отказался.

2-й слуга

За чем же стало? Благо у тебяЕсть чем сидеть, и на два трона хватит.Но только помни, для такой игрыЕще бы несколько голов в запасеИметь не худо. Добрый наш корольОсобый взгляд на этот счет имеетИ шулера всегда обрить сумеет.Уж сам Филипп, на что играл отлично,В конце концов обрит до плеч публично.А за него ль прилежно день и ночьСветлейшая Мария не просила?И что ж? Пока он держит банк в могиле,Здесь по ночам обыгрывают дочь.

1-й слуга

Ты всё смеешься. Это потому,Что у тебя на грош воображенья.Чуть что — сейчас на плаху, иль в тюрьму,Иль на галеры, иль куда в сраженье.Я не терплю всех этих «но» и «если», —Эх, посижу хоть в королевском кресле.(Садится)Послушай, право же, недурно. Мягко.И голова в каком-то просветленье…Подай-ка мне подушку для спины.

2-й слуга

Каков болван! Лишь задом прикоснулсяК величию, а мнит себя великим.Да я тебя…

1-й слуга

Тсс… Онемей. Король…

(Поспешно подбегают к двери. Входит Фома)

Фома

Что, мыши, шепчетесь? Метете щели?Шпионите? Всё нюхаете жадно,Не пахнет ли где падалью подгнившей?Кыш, прочь, долой, бесовское отродье!

(Слуги уходят)

Везде, везде шушукаются, жмутся,Услужливо заглядывают в мыслиИ, преданно цепляясь за колени,Готовы все царапины и раныУ короля по-песьи зализать.Куда бежать от верности такой?Весь воздух вкруг проклеен тусклым взглядом,Почтительно грязнящим исподлобья.Король… Раздетая душа, что каждый,Благоговейно локоть засучив,Нечистым пальцем тянется потрогать…О, скучно жить, когда и преступленьеНе смеет быть самим собой под солнцем.Что мне осталось в этом заточенье,Где жертвы даже ласковы со мной?Мария! Легкое зерно под ветром,Ты, что должна бы это сердце резатьПрикосновеньем каждым, каждым словом, —И ты лишь сон, бесшумная Мария.

Мария (входит)

Ты звал меня? А я, как раз, случайноПо лестнице спускалась и тотчасУслышала твой голос.

Фома

Нет, иди,Почудилось тебе, должно быть.

Мария

Правда?Ты так давно со мною не бываешь, —А без тебя мне как-то неспокойно,И хочется всё думать и грустить,И хочется, чтоб ты опять со мноюБыл ласковым и добрым, как когда-то.

Фома

Я очень ласков. Только не сегодня,Я несвободен. Вечером, быть может.

Мария

Так ты придешь? Ты не забудешь? Нет?О, Господи, я целый день мечталаИ всё ходила мимо этой двери…Ты хмуришься? Прости меня, я скоро,Я ухожу. Я знаю, я болтлива,Но так давно не видела тебя —

Фома (обнимая ее)

И ненависть погасла в этих стенах,И самый бред рассудком обескровлен…Порой не прочь мы ухо преклонить,Чтоб выслушать скрипучие обидыСвоих глухих душевных тайников, —Но я во всем одни удачи знаю,И ни обид, ни даже огорченийЗаботливый судья не отпустилНа долю мне.Убийственный отпорГотовил я для Бога и людей.Я, как пружину, волю закалял,Чтоб отпустить ее в лицо преградам;И вот она разжалась. Но кругомЛишь пустота податливо качнулась.Всё напряженье, весь закал и мощь,И натиск мой — погибли бесполезно.Так ощупью по лестнице бредетСлепой, и вдруг, не рассчитав ступеней,Еще одну перешагнуть готовый,Срывается и падает, нежданноСтупив на гладко вымощенный пол…

(Входит духовник)

Духовник

Простите, государь.

Фома (не замечая его)

А дни проходят…Душа молчит, покорно дремлет совесть,И только мысль, как каторжник, томится.Как некий зодчий, на песке зыбучемОна бесплодные вопросы строитИ разрушает легким мановеньемРуки нетерпеливой. И опятьВозводит к небу шаткие подпорки.Но небо пусто. Старый Бог уснул.Иль глух. Иль нем. Иль умер незаметно.

Духовник

Он только ждет.

Фома

Ты знаешь?(Быстро оборачивается)Кто здесь? Что?Ах, это вы.

Духовник