Белая ночь - Наталья Галкина

— Ты замерзла?

— Да, — ответила я и закашлялась.

Алекс плотнее застегнул куртку на мне. Я сама об этом даже не подумала.

— Пойдем, провожу тебя до дома. Тебе надо в тепло.

— Зайдешь? — машинально спросила я.

— Нет, — ответил он и добавил, — ты должна подумать. Если тебе действительно захочется со мной улететь, то позвони. Я буду ждать.

Я была благодарна ему за его чуткость. Слишком многое он мне прощает!

— Алекс, — сказала я, когда мы подошли к подъезду, — ты можешь мне помочь?

— Конечно, — просто ответил он.

Я сняла с себя цепочку, на которой висела янтарная фигурка и передала ее Алексу.

— Это причина всех наших бед. Именно ее искал Отступник. Надо отнести ее Дэвиду. Хорошо?

Он внимательно рассматривал камень, лежащий на его ладони.

— Неужели, из-за этой безделушки так много всего случилось. Мой дед тоже умер из-за нее?

— Наверно, — ответила я.

— Как все несправедливо, — он грустно усмехнулся и вопросительно посмотрел на меня.

— Ты точно хочешь, чтобы я ее отдал?

— Да. Так мне будет спокойнее. Никто не должен больше пострадать.

— Хорошо, я сделаю это завтра утром, — пообещал он.

— Как скажешь, — ответила я.

На этом мы с ним попрощались. Я пошла домой. На сердце у меня было тяжело.

Вечером позвонила Светлана, спросила, когда ей приходить.

— Ты не забыла, у нас сегодня намечалась холостяцкая вечеринка. Все еще в силе?

— Похоже, что да, — буркнула я в трубку.

— Тогда скоро буду.

Конечно 'вечеринка' — это было не совсем то название. Светлана притащила с собой огромный торт и потребовала поставить большой чайник на плиту.

— Что мы отмечаем? — удивленно спросила мама.

— Торжество матриархата! — с пафосом объявила она.

Я не выдержала и засмеялась. Светлана пришла, и наш молчаливый дом стал немного радостней. Мы облопались тортом и выпили целую кучу чашек с чаем. Светлана с мамой говорили о всяких пустяках, стараясь не вспоминать о моих неприятностях. Я была так им благодарна за это! Даже время пролетело в тот вечер незаметно. Как хорошо, что она останется сегодня ночевать. Было уже часов одиннадцать, когда, наконец, мама решила немного прояснить ситуацию.

— Ну что Алекс? — спросила она. — Ты говорила с ним?

— Да, мы встречались сегодня днем.

— Ну и что ты ему сказала? — она напряглась.

Похоже, ей очень хотелось, чтобы у нас с ним все было по-прежнему. Как странно, еще несколько месяцев назад они с отцом хором осуждали мою привязанность к нему. Вот как, оказывается, бывает.

— Я сказала, что не могу быть с ним нечестной. Он сам давно догадался о моих чувствах к Дэвиду. Наверно, такие вещи трудно скрыть.

— И что, он так просто готов уступить? — удивилась Светлана.

— Нет, он зачем-то хочет все начать сначала.

— Ты должна попробовать.

— Мама! — я ударила ладонью по столу. — Почему ты так этого хочешь?

— Я уже сказала: Дэвид тебе совсем не пара. Посмотри хотя бы на его машину, он нам не ровня.

— Не говори мне ничего о нем, — сквозь зубы процедила я, — ты его не знаешь!

— Ну, прости, просто я вижу, как ты из-за него убиваешься, — мама, казалось, была искренне расстроена.

Я смягчилась.

— Алекс завтра улетает в Швецию, — примирительным тоном сказала я.

— Он тебя звал с собой? — спросила Светлана.

— Да, звал, — ответила я.

Наступила тишина, никто не решался спросить, каков был мой ответ. Я не стала делать из этого тайну.

— Я ответила, что если надумаю, то позвоню ему. Он будет ждать. Правда, мне не понятно, как я смогу поехать. Ведь у меня нет визы?

Загранпаспорт у меня уже к тому времени был. Год назад после моего участия в московском слете студентов меня отобрали в состав российской делегации для поездки на европейскую конференцию, которая должна была проходить во Франции. Но в итоге у организаторов что-то не срослось, и мы остались дома. А паспорт лежал, как напоминание о возможном, но не получившемся путешествии за границу.

— Не думаю, что для Алекса это проблема, — не согласилась Светлана.

Мама встала.

— Ладно, я больше не хочу ни во что вмешиваться. Ты достаточно взрослая, чтобы выбирать сама. Спокойной ночи.

Мысль, о том, что я могу улететь с ним, была для нее не очень приятной. Хотя было видно, что она согласилась бы на это, чтобы только я осталась с ним.

Мы со Светланой остались одни на кухне. Ощущения праздника больше не было.

— У тебя всего одна ночь, чтобы решить, — проговорила Светлана.

— Я не уверена, что вообще стоит думать об этом, — ответила я.

— Саша, ответь мне, ты любишь Дэвида?

— Да.

— А ты сможешь быть с ним.

— Никогда, — после нашего сегодняшнего разговора путей для отступления у меня не было. Но это было к лучшему.

— Тогда ты должна согласиться с Алексом и попробовать все начать сначала. Если не получится, всегда можно уйти.

— Света, — я с упреком взглянула на нее, — пойми, я не могу быть такой эгоисткой. Сначала дать ему надежду, а потом отнять ее. Он же живой человек, к тому же, и так многое мне прощает.

— Но ведь еще пару недель назад ты была уверена, что любишь Алекса. Неужели от этого совсем ничего не осталось?

Я задумалась.

— Не знаю… Наверно…

Я вспомнила, как проводила дни и ночи у его больничной койки, везла его на Алтай, гонясь за последней надеждой. Куда все это делось? Однажды появился Дэвид, и все изменилось. Как нечестно!

— Подумай, подруга, — Светлана мягко накрыла мою руку своей ладонью. — Я, конечно, не тот человек, чтобы тебе советовать. Я намного проще отношусь к разрыву с парнями. Но ты — совсем другое дело. Если ты сейчас его бросишь, то не простишь себя никогда.

Я знала, что она была права. Мысль, что мое решение разобьет сердце человеку, который меня искренне любит, ради другого, который совсем того не стоит, приводила меня в отчаяние. Я и так причинила ему много боли своим предательством, и теперь настало время, чтобы отплатить ему добром за его терпение.

— Хорошо, подумаю, — пообещала я. — У меня вся ночь впереди.

— Пойми, я ни к чему тебя не призываю, — пояснила Света, — только хочу, чтобы у тебя все было хорошо.

— Спасибо, я знаю.

Мы еще долго болтали с ней, сидя у окна. Разговаривали о том, как странно иногда распоряжается судьба нашими чувствами. Чем больше мы говорили, тем больше я понимала, что должна согласиться на предложение Алекса и улететь с ним. К тому же, звал он совсем ненадолго. Всего на пару дней. Поэтому мое согласие — скорее лишь символическое 'Да' нашим дальнейшим отношения. Мой экзамен по начертательной геометрии был назначен на пятницу на 2 часа дня. Готовиться к нему мне не нужно. Я точно уверена, что сдам его. Поэтому мы успеем прилететь к этому времени обратно в Питер. Но главное было то, что я хотела сейчас уехать, чтобы быть подальше от этого города, который теперь всегда будет напоминать мне о Дэвиде. Наконец, я утомила Светлану своими бесконечными рассуждениями, и она запросилась спать. Мама еще с вечера постелила ей в зале, и теперь она, зевая, прошлепала туда.