Нулевой. Том 4. Новые Горизонты - Алекс Бредвик

а её огромные руки тут же рухнули на землю. Но тут же пришли в движение, даже лёжа на земле. От них, как и от основного тела, потянулись огромные «канаты», которые перемещали руки к основному телу словно жидкость. Они переливались, меняли форму, но незначительно. И всё приближались к телу.

Сейчас уже не было никакого давления на мой мозг, чип работал стабильно, так что видно было прекрасно всё, что происходило впереди. Даже все функции восстановились, что меня несомненно радовало. Как только руки коснулись всего остального тела твари, они тут же начали отрастать на том же месте, только всё равно в росте мутант достаточно сильно потерял.

А потом неожиданно раздался дикий рёв…

* * *

Я находился в руинах какого-то дома и не понимал, как здесь оказался. Вокруг была разруха. Словно я был не на нормальном континенте, а на том пустынном, с которого свалил. Голова сильно болела. Буквально разрывалась. Система опять сбоила, что меня уже бесило. Но… я ничего не мог сделать. Просто не мог.

Я лежал под обломками. Мою грудь сдавливал огромный кусок бетона. Как я дышал, да как вообще остался жив под таким давлением… я не понимал. Но даже рёбра были целы, судя по ощущениям. Да и руки более-менее свободно двигались, так что…

— Давай, сука, — прорычал я, приподнимая этот кусок потолка или пола, хрен пойми.

Он начал поддаваться довольно быстро. Я сразу почувствовал лёгкость, даже определённую свежесть. И, самое главное, радость. Я был жив. Я жив. А значит, ещё могу что-то сделать, могу что-то противопоставить. Но сейчас главное — освободиться, потом оценить обстановку, а уже после… думать, что делать дальше. Я вообще ничего не знал. И это огромный минус.

Стоило мне достаточно сильно приподнять некогда часть дома, я расслабил руки, позволил камню опуститься… а потом сделал резкий толчок, подбросил бетон и тут же несколько раз перевернулся. Громыхнуло. Поднялась пыль. Я закашлялся. Но зато был свободен. Тут же начали хрустеть рёбра. Всё же были сломаны. Что-то щёлкнуло в пояснице. Я стал чувствовать ноги.

Когда тело восстановилось, я встал и начал искать выход из комнаты, в которой оказался. Обнаружить его оказалось просто, а вот выбраться… пришлось разгребать завалы из-за обрушившегося потолка. Это был последний этаж этого дома, так что смело можно говорить, что упал потолок.

Выйдя из комнаты, я тут же направился в сторону выхода из квартирки, а там достаточно быстро нашёл лестницу вниз. Здание было невысоким, а значит было где-то на границе города. По крайней мере я так думал. До меня редко доносились звуки боя, а потом что-то громыхнуло, и мне пришлось нырнуть… благо, оказался на первом этаже.

Рядом со мной каким-то образом оказалось несколько бойцов, которые тоже были потеряны и растерянно крутили головой в разные стороны. Их явно контузило, и они приходили в себя. Выглянув в оконный проём, сразу подтвердил свои мысли, что нахожусь на границе города, ибо дальше был только лес, объятый пламенем. Я даже засмотрелся на это зарево, пожарище. С какой-то стороны это выглядело красиво… но, если думать иначе… это было ужасно. Сколько всего сегодня было уничтожено, сколько животных и людей погибло. Я даже сосчитать не мог. Пока это не может сравниться с тем, что было на Сатро… но всё равно это была катастрофа.

Хронологию событий восстановить так и не получалось. Но было ясно одно, тварь так сильно взбесилась, что это напрочь отбросило всё желание с ней сражаться на инстинктивном уровне. Она просто навевала первозданный страх. Так, скорее всего, я с этими тремя бедолагами, и оказался в руинах малоэтажки.

— Вы кто? — с какой-то истеричной ноткой спросил я, хотя внутренне чувствовал себя более спокойно, чем выдавал это голос.

Удивился сам себе. Посмотрел на руки. Они дрожали так, словно у меня хроническая болезнь барабанщика, словно у меня похмелье, словно я боюсь… но при этом я сам ничего не чувствовал. Просто моему телу приказали бояться. И оно боится. Это вообще, как? Почему? Чем больше я сражаюсь с тварями Тьмы, тем больше вопросов в моей голове возникает.

— Сто тридцать второй батальон непосредственного городского гарнизона… — так же потерянно звучал голос этого парня, да и выдавало его лицо тоже самое. — Нам приказали выжидать до последнего, ждать, когда подтянутся все войска к данному участку местности… вот только…

— Вот только тварь ждать не собиралась, и командир приказал начать огонь раньше положенного, — закончил более спокойно за него второй. — Мы открыли огонь, надеясь, что собранных орудий хватит для уничтожения твари, но…

Орудия. Именно что орудия. У них почему не было тех ракет? Почему они оказались на том пропускном пункте? Как они вообще там оказались? Что за дерьмо вообще происходит? Я прикрыл глаза и протёр лицо ладонью. Я ни черта не понимал. Но нужно было действовать дальше.

— Но не хватило, — с лёгкой издевкой сказал я, раскрыв глаза, сразу после этого заметив гневный взгляд второго бойца. — С военными всегда так.

— И что нам делать? — с толикой надежды посмотрел на меня первый боец, но всё же с большим отчаянием в глазах.

Я лишь помотал головой. Что они сейчас будут делать, мне безразлично. Просто плевать. За себя бы подумать, а тут за них надо. Сейчас самое главное — уничтожить тварь, которая заставила нас попрятаться. Если с ней не разобраться сейчас, то она сожрёт весь город, после чего её будет просто не остановить.

— Вы как хотите, — поднялся я на ноги, разминая плечи, — а я пойду искать способ ту тварину уничтожить. Судя по всему, очень многих она уже сожрала, но не всех. Так что… надежда ещё есть. Я лучше сдохну, чем буду отсиживаться. Хоть потом не буду себя корить…

— Ты с ума сошёл⁈ — вскочил один из бойцов, пытаясь схватить меня за руку, но я её просто вырвал из его хватки. — Она тогда нас найдёт! Она нас всех, как и остальных, просто сожрёт, оставив один скелет!

— Если просто так сидеть, то точно сожрёт, — мрачно и с отвращением в голосе и на лице от этой троицы сказал я. — Какие вы — защитники народа, если сейчас сидите тут и трясётесь от страха?

Бросив последнюю фразу, мне пришлось врезать тому бойцу, который пытался удержать меня. Он снова схватился за меня, ему было плевать на то,