Круг Раскрывается: Уличная Магия - Тэмра Пирс

‑ Суп, полагаю, ‑ сухо заметила она, ‑ и потребуется какое-то время, чтобы собрать нужные лекарства для восстановления твоих сил. Дела свои делай в ночной горшок в углу — леди не любит, когда люди просто писают на пол. Тебе не позволено покидать сегодня эту комнату. Она магически защищена, на случай если растительный маг придёт искать тебя.

Она покинула комнату. Когда она закрыла за собой дверь, Эвви услышала звяканье ключей, затем щелчок повернувшегося замка.

Эвви встала и сплюнула на пол, чтобы избавиться от оставшегося на губах привкуса туфли леди. На столе были чашка и кувшин с водой: она отпила прямо из кувшина, не обращая внимания на проливавшуюся на лицо и пол воду. Затем она села на лежанке, скрестив ноги, и начала призывать обратно силу, которую она спрятала в камне вокруг себя.

«Это будет легко», ‑ подумала она, натянуто улыбаясь. Камень вокруг неё был довольно новым, а не упрямым после веков, проведённых сидя в одном и том же месте. Ей потребуется гораздо меньше усилий, чтобы заставить его двигаться.

Проходя сбоку от дома, Браяр уловил первые волны неприятного запаха. «Протухшее мясо», ‑ решил он, принюхавшись. Возможно, они всё-таки использовали рыбьи головы в качестве удобрения.

Прогулка между внешней стеной и длинной стороной дома показала ему, что верхняя половина стены была погребена под зеленью и рассыпалась на части. Куски камня падали по обе её стороны. В одном месте, где стояли заросли деода́ров[10], стена смещалась по мере того, как кедры начали разрастаться в стороны. Браяр подошёл ближе, чтобы похлопать их и сказать, что они хорошо потрудились. Если бы деревья были юными девушками, они бы зарделись от похвалы; вместо этого они затрепетали — и продолжили расти. Большой участок стены рядом с ними обрушился на аллею снаружи.

Браяр остановился: у корней деодаров что-то блеснуло. Их почва переворачивалась и проседала из-за стремительного роста деревьев, вытолкнув что-то на поверхность. Браяр поднял бледный предмет, привлёкший его взгляд — и поспешно уронил его.

Это был череп — очень маленький череп. Очень маленький человеческий череп. За проведённые в Спиральном Круге годы Браяр успел изучить анатомию людей и животных для подкрепления уроков лекарского дела. Он мог отличить человеческий череп, пусть и маленький, от обезьяньего.

Он поднял выброшенные ростом деодаров на поверхность кости, одну за другой. Бедренная кость, плечевая кость, рёбра и позвонки — все детских размеров, и достаточно старые, чтобы между ними не осталось соединительной ткани. Он также нашёл мяч и шёлковый шарф. Кто зарыл детские останки под деодарами? Как давно погиб ребёнок? Было ли это одним из убийств, которые упомянул мутабир, или что-то более простое? Кладбища, в особенности маленькие кладбища при дворянских домах, иногда перекапывали под новые постройки, а кости помещали перемещали. Или, возможно, умер ребёнок кого-то из слуг. Браяр знал, что если бы умер он, то предпочёл бы быть похороненным под деревьями, а не под неумолимым солнцем Чаммура.

Тем не менее, он не приказал растениями скрыть кости, и не приказал деревьям вырыть яму, чтобы их можно было снова закопать. Какой-то инстинкт заставил его положить их в стороне от всё ещё росших кедров и начертить вокруг них кипарисовым маслом охранный круг. Только после этого он вытер пальцы о носовой платок и продолжил свой путь.

Глава 15

Вонь тухлого мяса усиливалась по мере того, как Браяр приближался к задней части дома. Она была особенно сильной в углу, где у стены росли насаждения миндальных деревьев. Они, как и вся зелень вокруг дома, изо всех сил старались обогнать свой нормальный рост, противопоставляя стене свои стройные стволы и корни. Стена поддавалась, кренясь на улицу за домом. В небольшой роще, выброшенное из земли бушующими деревьями, лежало раздувшееся, смердящее тело. Одежда превратилась в почерневшее тряпьё; на шее зиял глубокий разрез по всей её окружности, разделяя её на две части. Разложение зашло настолько далеко, что было невозможно определить пол покойника. Где-то в ярде от него Браяр увидел другой труп, столь сильно разложившийся, что остались лишь прилипшие к костям куски кожи. И завязанный шнур, висевший вокруг шеи.

Вонь гнилой плоти была такой сильной, что у него свело желудок. Пусть он и не был уверен в том, что детские кости были знаком убийства, было трудно вообразить законную причину, по которой эти свежие тела могли бы быть здесь, среди изящных миндальных деревьев, а не на кладбище, как положено. Большинству садовников не нравилась мысль о том, что они попирают ногами мёртвых, когда выполняют свою работу.

Браяр отступил от составлявших рощу шести деревьев. Он наткнулся прямо на ещё один очаг смрада, нагнанного в его нос лёгким восточным ветерком. В большом саду Леди Зэнадии были ещё мертвецы, осознал он. Браяр утёр рукавом вспотевший лоб.

Вдруг он замер. Его связь с Эвви забилась: девочка была в гневе, в ярости. Через их связь прокатилась волна магии, оставив Браяра без дыхания. Он послал свою силу в обратном направлении, будто к одной из своих названных сестёр, но это было бесполезно. Она не могла даже почувствовать её, не говоря уже о том, чтобы использовать. Её магия слишком отличалась, и не была смешана с его собственной. У Браяра было такое чувство, что лишь благодаря имевшимся в нём частицам магии земли и металла он вообще мог ощущать что-то помимо её местоположения.

Изнутри дома послышался грохот падающего камня. Он продолжался миг, затем прекратился. В воздух подобно дыму потянулось облако пыли. Браяр заставил свою связь прощупать Эвви. В ответ он получил свирепое удовлетворение и угасание её гнева. Что бы ни произошло, она была довольна.

Из дома донеслась новая серия грохота, когда зелёные голоса озвучили предупреждающе крикнули Браяру. Немой леди определённо был бесшумен в своих движениях, но трава, по которой он шёл — не была. Немой вышел из-за дома, чтобы взять Браяра сзади. Парень правой рукой вытащил из своего набора узелок ткани — специальная смесь, над которой он долго работал. Левой он уже сжимал свой запястный нож.

Шнур охватил его шею, затем безжалостно затянулся, перекрывая Браяру воздух. Он бросил узелок себе за спину, туда, где по его прикидкам были ноги немого, и просунул нож под шнур душителя. Нож впился в его шею, перерезая шнур — Браяр был не против капельки крови, если это позволит ему снова дышать.

Он ударил каблуком своего сапога по босой ноге немного, услышав хруст костей, затем нырнул прочь. Развернувшись лицом к нападающему, Браяр закашлялся, сдавленное ранее шнуром горло болело. Теперь он взял по ножу в каждую руку.