Поцелуй над пропастью - Айрис Джоансен

— Что с тобой? — Кэтрин озабоченно смотрела на него сверху вниз. — Ты что-то бормотал, и сердце колотилось как бешеное. Я пыталась тебя разбудить, но ты даже не шевелился. — Она отстранилась. — Все в порядке?

Он кивнул и выпрямился.

— Должно быть, уснул.

— Уснул. Как будто провалился. Кошмары?

— Вроде того. — Галло поднялся и, наклонившись, потянул ее за руку. — Теперь все закончилось.

— Что закончилось?

Экскурсия в кошмарное прошлое, ставшее, благодаря посещениям Бонни, спасением. Вдаваться в объяснения он не собирался. Кэтрин и без того проблем хватает — все вокруг только и говорят о Бонни.

— Надо идти.

— Я не возражаю. Но тебе не кажется, что ты немного непоследователен? Еще и пятнадцати минут не прошло.

Так мало? А ему казалось, что гораздо больше. Или что время как будто остановилось.

«Я вижу маму, потом нож в его руке».

Его снова, как и тогда, когда Бонни произнесла эти слова, накрыла волна паники.

— Непоследователен? Неважно. Привыкай. — Он шагнул к тропинке. — Придется поторопиться.

Нож в его руке…

— Далеко еще? — спросила, оглянувшись, Ева. — Вы вообще скажете, куда мы… В его руке блеснул нож.

Ева остановилась. Дыхание перехватило. Замерев, она смотрела, как он медленно, почти с нежностью, провел пальцем по лезвию, потом бережно, словно живую, погладил рукоятку.

— Даннер?

Он вскинул голову и уставился на нее затуманенными глазами. Видит ли он ее? Узнает ли? Ева сомневалась.

Дело плохо.

Отец Барнабас говорил, что переход к безумию занимает у него порой считаные мгновения. Может быть, это и происходит сейчас, у нее на глазах? Если так, то ей нужно быть крайне осторожной.

— Зачем вы достали нож? — Ева облизала пересохшие губы. — Собираетесь срезать этот куст? По-моему, он ничем не хуже…

Даннер не слушал ее. Его как будто окружал густой, тягучий туман, в котором увязали ее слова. Она оказалась не готова к такому повороту. Да, за последние часы Даннер не произнес ни слова, но ведь он с самого начала не отличался разговорчивостью. Думая о своем, о конечной цели этого странного путешествия, Ева совершенно забыла об опасности со стороны своего проводника. И вот теперь он, похоже, достиг края и мог в любой момент сорваться в пучину безумия. И если она не удержит его, то уже никогда не сможет найти Бонни.

Думай.

Бежать?

У нее нет ни малейшего шанса. Даннер прошел специальную подготовку, он опытный рейнджер. Да, она знает кое-какие приемы самообороны, но она не Кэтрин и не обладает ее сноровкой.

Значит, ей остается атаковать словесно.

— Нет, вы не хотите срезать куст, — негромко сказала Ева. — Вы хотите использовать нож против меня. Но почему? Что обещала, я сделала. Вы ведь вроде бы собирались отвести меня к Бонни. Почему же теперь отказываетесь от своих намерений?

— Демоны, — прошептал он. — Демоны подбираются. Я уже чувствую их. Чувствую, как они толкают меня и тянут. Но я не поддамся.

Демоны. Попробуй сыграть на этом.

— Правильно, не позволяйте им приблизиться. Но подумайте хорошенько. Вы сказали, что хотите отвести меня к Бонни. Какой же смысл убивать меня сейчас? Вы должны отвести меня к ней, на то есть веская причина, иначе вы убили бы меня раньше, в церкви, когда мы были с отцом Барнабасом. — Никакой реакции. Надо попробовать другой подход. — Или вы и меня принимаете за демона?

— Не знаю… не уверен. Я… я так не думал. Девочка не считала тебя демоном. Она хотела быть с тобой. — Даннер нахмурился. — Но иногда демоны маскируются, и я узнаю их в самый последний момент, когда они уже готовы напасть. Они не всегда выглядят как демоны.

— Я не демон. — Ева повернулась и медленно пошла к нему. Спокойно, боясь спугнуть его. Увидев, как он напрягся, она остановилась. — Вы же сказали, что Бонни не считает меня демоном.

— Может быть, она сама… демон, — прошептал Даннер. — Может быть, они схватили ее, когда меня не было рядом. — В его глазах блеснули слезы. — Надеюсь, они все же не добрались до нее. Только бы не схватили. Я должен остановить их. Должен остановить вас всех.

Пальцы сжали рукоятку ножа. Даннер напрягся, словно готовясь к нападению.

Ева замерла. Нет, она должна остановить его. Остановить прежде, чем придется защищаться.

— Бонни не демон. Я бы знала, если бы она изменилась. — Их взгляды встретились. — Помните, вы видели нас вместе в саду и сказали, что почувствовали нашу любовь. Разве демоны любят? Не думаю.

— Нет, они ненавидят, — прошептал он. — Только ненавидят.

— Тогда вы не повели бы меня к ней. Разве не так?

— Может быть. Я запутался…

Но пальцы по-прежнему сжимали рукоятку ножа.

— Вас запутали демоны. Они не хотят, чтобы вы отвели меня к Бонни. Знают, что если я буду с ней, то смогу защитить ее и никогда не отдам ее им. — Ева сделала несколько шагов по направлению к нему, и теперь их разделяли дюймы. — Я не позволю силам тьмы овладеть моей Бонни. И никто не помешает мне сделать это — ни демоны, ни ангелы. Посмотрите на меня, Даннер. Посмотрите и увидите. — Она взяла его руку, подняла, приставив нож к своему горлу. — Видите? Если не видите — давайте, убейте меня.

Ева понимала, чем рискует. Его рука дрогнула, и она почувствовала, как лезвие кольнуло кожу.

«Поверь мне. Я должна вернуть Бонни домой. Это не может кончиться здесь».

Понял ли он ее? Снова и снова она повторяла этот мысленный посыл, вкладывая в него всю свою волю, все силы.

В его глазах что-то мелькнуло. Взгляд как будто прояснился.

«Помоги мне, Бонни. Помоги мне, детка».

Даннер отступил, и рука с ножом опустилась вниз.

Ева облегченно выдохнула.

Опасность миновала. Пока…

Удалось ли ей убедить его? Или безумие, вечный спутник Даннера, всего лишь затаилось на время?

А может быть, она получила ту самую помощь, о которой молила?

Неважно. Взгляд Даннера прояснился, выражение лица почти вернулось к нормальному или, точнее, к привычному. Она перевела дух.

— Вы верите мне. Это хорошо. Я рада, что мы устранили это недоразумение. Нечасто приходится защищаться от обвинения в принадлежности к демонам.

Он в замешательстве посмотрел на нее.

— Ты смеешься надо мной…

— Невольно. Само собой получилось.

— Ты испугалась, — медленно произнес он.

— Потому что вы застали меня врасплох. Обычно нож оказывает на меня именно такой эффект.

Он все еще смотрел на нее с выражением, в котором присутствовала некая доля сожаления.

— Я должен убить тебя. Я не могу иначе. Но раньше ты вроде бы не боялась. Странно…