Парадокс лося - Антти Туомайнен

почти наверняка правильный… Он сказал, что мы должны его поддержать и нам всем сейчас нужно мыслить глобально. Я ему ответила, что именно этим я и занимаюсь, поэтому квартиру не продам и вкладываться в Парк не буду. А Юхани говорит, на что мне вообще квартира, если я провожу дни и ночи здесь, на диване? И я тогда поинтересовалась у него, зачем он приходит в Парк, раз у него не хватает мозгов наладить тут работу? Юхани сказал, что не понимает, какая муха нас всех укусила, ведь еще вчера мы требовали от него французские рестораны, авианосцы и терапевтические центры. Я ему говорю: ты другим-то предлагал квартиры продать? А он: да, предлагал, но все отказались. Он ко мне уже к последней пришел, потому что думал, что я все свои деньги пропиваю. Оскорбил меня. Я, может, и пью, но умеренно, не больше тридцати шести доз алкоголя в день.

Я стою в проеме двери и одновременно думаю о нескольких вещах. Юхани идет по самому очевидному пути – использует все возможности и дергает за каждую ниточку. Осмала держит его в своих клешнях. А Минтту К, конечно, удивительным образом определяет статус своей алкогольной зависимости: я точно помню, что верхний предел безопасного потребления составляет тридцать шесть доз алкоголя в неделю!

– Да и вообще, – продолжает Минтту К, прежде чем я успеваю поблагодарить или еще как-то отреагировать на ее слова, – мне кажется, Юхани в такой ситуации, что ему трудно сказать «нет» кому-то, кто его шантажирует.

Меня снова поражает проницательность Минтту К. Она сумела сделать верный вывод всего по одной короткой фразе. Минтту К опрокидывает банку и выливает в себя остатки джин-тоника.

– И еще, – продолжает Минтту К, прикуривая сигарету, – этот бугай сказал Юхани, что времени у него остается меньше суток.

24

Я – страховой математик, актуарий.

Именно об этом я и размышляю, сидя уже третий час в остывшей машине в Растила. Ночь холодная и темная. Пейзаж вокруг – сплошное обнажение: деревья избавились от листьев, улицы – от людей, окна – от света. Я думаю о страховой математике и о том, как много она мне дала, чтобы я научился предсказывать поступки людей. Строго говоря, страховая математика – это сочетание математики и статистики, позволяющее оценить риск, то есть вероятность какого-то события, чтобы можно было вычислить рентабельную с точки зрения страховщика страховую премию, которую он берет со страхователя. Если в этом определении отбросить последнюю часть, остается весьма практичный подход к любому событию или явлению, что может мне пригодиться, особенно сегодня ночью.

Я припарковал машину примерно в ста тридцати метрах от ворот. Въезд в кемпинг да и вся его территория хорошо освещены, так что большое расстояние не представляет проблемы. Меня же в машине заметить не очень просто, потому что мой «пежо» частично скрыт за грузовиком. Проблемы у меня скорее внутреннего свойства; это результат противоречия между желаниями и ожиданиями. И тут, безусловно, помогает математика. Ей безразличны желания и ожидания. Она подходит к моим проблемам беспристрастно, не приукрашивая реальность эмоциями. Она скажет мне чистую правду, и только правду. И на это потребуется не больше сорока минут.

Уже сильно за полночь, в двадцать одну минуту второго…

Я узнаю автомобиль сразу, по его передку. Старая красная «тойота-авенсис». Машина катится вперед медленно и уверенно. Бампер, капот, передние колеса – и водитель в салоне. Автомобиль продолжает свое плавное движение, и вот он уже весь передо мной. Сзади за ним тащится знакомый мне трейлер. Красная машина полностью вытягивает в проезд прицеп-дом с желтой полосой, сцепное устройство выпрямляется, и автопоезд направляется в мою сторону, к перекрестку, за которым дорога продолжается под небольшим углом. Машина с трейлером осторожно поднимается по пологому подъему, выезжает на перекресток и сворачивает в проезд, отходящий левее, но если смотреть с моей точки наблюдения, то направо. В конце дугообразного участка дороги автомобиль проезжает всего в двадцати метрах от меня. Уличные фонари ярко освещают улицу, и я вижу профиль водителя с фотографической четкостью.

Мой брат Юхани.

Совершает побег.

Согласно всем вероятностям и элементарной логике.

Конечно, это только миг, но он кажется удивительно долгим. Как будто длительные часы моего ожидания сконцентрировались в одно краткое неизбежное событие.

Страховая компания знает, что среди застрахованных всегда найдутся люди, которые увлекаются альпинизмом, мотогонками, бейсджампингом или глотанием огня, но страхует и их. Эти риски нивелируются практически полным отсутствием рисков тех, для кого не существует большей опасности, чем заснуть перед телевизором с пультом дистанционного управления в руках. Теория вероятностей выполняет свою функцию, риски остаются под контролем. Главное, все это знать.

А кого я знаю лучше, чем собственного брата?

Он чем-то похож на швейцарские часы. И сейчас, в этот самый момент, когда я вижу его бледное лицо и то, как он нервно вцепился в руль, наклонившись вперед, мне становится грустно. Я все рассчитал и знал заранее, как он поступит. В этом нет ничего нового. Он совершенно не изменился; решение уравнения всякий раз дает один и тот же результат. В данном случае крохотная, в толщину волоса, неуверенность была связана только со сроками, когда это произойдет. И тут мне решительно помог Пентти Осмала, а передаточным звеном послужила Минтту К. Я наблюдаю за его одиноким бегством куда-то к черту на кулички, в неизвестность… Но мысль, что я делаю все это во благо Юхани и для спасения его Парка, не приносит мне облегчения.

Вскоре он ввяжется в новые неприятности, о которых еще ничего не известно.

Пока машина не скрылась за поворотом, что-то в этой мысли даже вселяет надежду. Юхани останется самим собой. Я хотел бы помигать ему фарами, остановить его, поговорить с ним, заставить понять, что именно я пытаюсь сделать. Если бы он попробовал хоть что-то изменить в своем поведении, мы смогли бы вместе выбраться из ситуации, в которой оказались.

Но математика и теория вероятностей безразличны к моим желаниям. Юхани, автомобиль и трейлер проехали поворот. Автопоезд расправляется в прямую линию и исчезает из виду.

Я мысленно говорю ему «прощай», но не могу вымолвить вслух ни слова. У меня в горле ком, и любой звук в нем застревает.

25

Больше я не могу думать о Юхани. Нет, только не сегодня ночью. Я делаю два телефонных звонка, завожу машину и отправляюсь в путь.

Прибываю в Конала за минуту до двух часов ночи.

В офисе и на складе «Финской игры» темно. Лийтокангас и Саувонен ушли в