Чужая жизнь - Сергей Ким

— Превосходно, мы это берём, — заявил я. — Заверните к нему ещё пару магазинов.

— Мне стоит напоминать, что выносить нетабельное оружие за пределы тира запрещено? — хитро прищурился старый солдат.

— Неа, — лучезарно улыбнулся я. — Нам такое пока без надобности. Пошли, Рей, будем учиться стрелять…

Аянами виновато посмотрела меня.

— Плохо, да?

Я наклонился и посмотрел в оптическую трубу. Хм, в основном пятерки и шестёрки, а ведь уже третий магазин расстреляли…

— Для начала нормально, — всё-таки обнадёжил я Рей. — Ты же до этого никогда из пистолета не стреляла?

— Только в Еве.

— Это не считается, — заметил я, перезаряжая протянутый мне Вальтер. Первой с её одной рабочей рукой это делать было всё-таки непросто. — Ева — это одно, а реальность — совсем другое. Вот смотри, попробуй немного не так всё сделать…

Я протянул пистолет Рей рукоятью вперёд, а сам подошёл к ней почти вплотную и начал слегка подправлять положение Аянами.

— Корпус чуть доверни, руку слегка согни… Так, ещё… Ещё… Ага, нормально. Рукоять покрепче обхвати… Обхватила? А теперь прицелься потщательнее…

Ой, я не могу! Инструктор хренов… Себя для начала чему-нибудь нормальному научи, умник…

…Мы с Аянами стояли совсем близко, почти вплотную друг к другу. Я слегка сжал своей рукой руку Рей, удерживающую Вальтер, немного поднимая ствол. Наши с Первой головы на мгновенье соприкоснулись, я ощутил её дыхание на своей щеке…

Блин, а как-то ведь не на те мысли наводит наше с Первой положение…

В голову мгновенно полезли совершенно несвоевременные мысли, больше подходящие мне-прошлому, чем четырнадцатилетнему мне-нынешнему. Ну, разве что только в каких-нибудь самых смелых фантазиях… А хотя… Всё-таки мы с Аянами сейчас ровесники, причём в возрасте, когда уже что-то может быть, да и подсознание Младшего, которому она нравится, понемногу давит… Так что вполне возможно, что…

Если было бы можно, я бы вылил сейчас на себя ведро ледяной воды.

Оставить нестроевые мысли, младший лейтенант Икари! Ты, млять, офицер или какой-то урод, повёрнутый только на одном юношеском загибе? Не хватает общества противоположного пола? Оглянись вокруг — Токио-3 большой, выбирай — не хочу!.. А вот своих боевых товарищей обидеть даже и не смей, а то уж слишком это тонкая вещь — серьёзные отношения, чуть что не так и всё, конец. А у нас тут ещё только новых психозов вдобавок к уже имеющимся не хватает… Нечего устраивать здесь "Санта-Барбару" или ей подобную бразильско-аргентинскую тягомотину — не то время, не то место…

Так что замкни сердце на замок, Виктор, и думай только о победе над Врагом, как твои предки на отгремевшей многие годы назад Великой Войне. Давай, боец, победим, а потом можно даже и жениться будет — потом, всё потом, сейчас есть чем другим голову забить…

Я мысленно досчитал до пяти, глубоко вздохнул и приказал себе думать только об одном — о нашей с Рей тренировке.

— Огонь, — тихонько шепнул я. Хорошо, что мы не пользовались звукоизолирующими наушниками — грохота от выстрелов пистолета двадцать второго калибра почти и не было.

Бах, руку слегка дёргает, в сторону отлетает стреляная гильза от мелкокалиберного патрончика кольцевого воспламенения. Заранее расфокусированное зрение отмечает факт попадания где-то в районе семёрки-восьмёрки.

— Не думай о том, как попасть в мишень, — тихонько прошептал я, вспоминая свои собственные мысли, обильно сдобренные философией. — Просто попытайся почувствовать, что нужно сделать, чтобы сама пуля попала в то место, которое ты хочешь…

Рей слегка повела стволом в сторону. Выстрел. Ещё один. Ещё один…

Я удовлетворённо улыбнулся и отошёл от Первой, которая на моих глазах сосредоточенно вгоняла пулю за пулей прямо в центр мишени.

— Молодец, Рей, — похвалил я Аянами. — Отличная работа!

И правда молодец — судя по всему, смогла понять то, что я и сам-то не до конца понимал… Короче, первый урок стрельбы прошёл на "отлично"!..

…А если кто будет бухтеть насчёт того, что попасть с полудюжины метров по достаточно большой мишени — невелика премудрость, того я собственноручно пну! Ногой, с надетым берцем!..

— Я старалась, Синдзи, — тихо ответила Первая, опуская разряженный пистолет.

Хм, мне показалось или Рей действительно чуть покраснела, а в её голосе проскользнуло смущение?

…Сегодня Мисато укатила чуть свет, так что в школу мы с Рей пошли пешком.

Я толкнул дверь подъезда, мы с Аянами вышли на улицу и тут же по глазам ударил яркий свет утреннего солнца. Блин!.. Ненавижу! А всё из-за этих башен-небоскрёбов из стекла, бетона и стали, которые так и сверкают, так и сверкают… Хорошо ещё, что, несмотря на то, что из-за смещения земной оси Япония оказалась теперь ближе к экватору, в "Тройке" было не так уж и одуряющее жарко, как можно было бы ожидать. Видимо, сказывалось то, что рядом находилось большое озеро, да и океан был недалеко… Ну и про то, что по всему городу хватало парков и прудов тоже, наверное, оказывало своё влияние.

Я невольно прищурился, и лишь только спустя некоторое время смог смотреть нормально, и покосился в сторону Рей. Аянами, с её природной бледностью, ожидаемо оказалась более уязвима к солнечному излучению, не говоря уже о том, что с её правого глаза только недавно сняли повязку, из-за чего он отличался повышенной чувствительностью к свету.

Первая часто заморгала, было видно, как заслезились её глаза, и Рей даже остановилась на месте, пытаясь хоть немного отойти от последствий световой атаки и привыкнуть к новым условиям освящения…

Я хмыкнул и начал расстёгивать портфель.

То, что Аянами доставляет дискомфорт яркий свет, я заметил ещё вчера и кое-какие шаги по улучшению положения Снегурочки уже принял…

— Держи, Рей, — я протянул Первой небольшие узкие солнцезащитные очки.

Она неловко заслонилась от солнца здоровой рукой и слегка удивлённо посмотрела на меня.

— Очки? Но я хорошо вижу.

— Вот в этом-то и вся загвоздка, — заметил я, продолжая копаться в портфеле. — Я смотрю, у тебя повышенная чувствительность к свету, а эта штуковина хоть немного, но облегчит твоё положение.

Аянами нерешительно взяла очки, надела их, на секунду замерла, а затем повернулась ко мне. По её лицу пробежала тень удивления, Первая произнесла:

— Спасибо, Синдзи. Так действительно намного лучше.

Я наконец-то достал из портфеля то, что хотел — вторую пару очков, точно такую же, как и у Аянами. С довольной рожей натянул их, аккуратно поправил их указательным пальцем на носу, повернулся к Первой.

Вид у Рей был… непривычный. Но забавный.

— Агент Аянами, идёмте, — слегка приподнял я бровь. — Нас ждут великие дела.

— Синдзи, а зачем и ты одел очки? Ведь у тебя же нет… чувствительности к свету, как у меня.

— Гм… — я задумчиво посмотрел на Первую. Блин, из-за тёмных стёкол теперь же не видно глаз Аянами, и ещё меньше понятны её текущие эмоции… Зараза.

— Скажем так, мне тоже не слишком комфортно ходить, постоянно щурясь от света, — произнёс я. — Ну и пока тебе с этими гипсами и повязками неудобно носить нормальную форму, это ещё и будет являться нашим отличительным знаком. Пускай у всех элитных боевиков НЕРВ будут чёрные очки: у меня — уже есть, у тебя — есть, у Мисато — свои… Ну что, пошли? А то ещё в школу опоздаем…

— Идём, — кивнула Рей. — А почему ты назвал меня агентом? Я же не агент, я — Пилот.

Первая, скажи спасибо, что я ещё не ляпнул "агент Смит", вспомнив легендарную "Матрицу" — ты бы меня тогда вообще не поняла бы…

— Да это так, — отмахнулся я. — Шутка юмора… Неудачная. Была.

— Шутка? — в своей обычной манере переспросила Аянами.

Тааааак… Похоже намечается очередной сеанс игры "объясни простыми словами всё на свете"…

В классе было на удивление шумно — в стенах самым натуральным раскатывался мощный и звонкий голос старосты, кого-то распекающей в пух и прах.

Мы с Рей вошли и остановились около входа. Картина открывалась презабавнейшая.

— КЕНСКЕ! МАЛОЛЕТНИЙ ИЗВРАЩЕНЕЦ! ТЫ ОПЯТЬ ЗА СТАРОЕ?! — гремела Хикари, ловко держа Айду за ухо. Тот отчаянно пытался вырваться, но, похоже, у старосты имелся большой опыт в деле поимки строптивых нарушителей…

— Что за шум, а драки… — начал, было, я. — А, смотрю, уже и драка есть. Что стряслось-то?

Рядом от стены отлип Тодзи, с мрачным видом держащийся за голову.

— А ты послушай, тут всё понятно и так, — хмуро изрёк Судзухара.

Я прислушался повнимательнее… А ведь и правда.

— ЕСЛИ! ТЫ! ЕЩЁ! РАЗ! УСТАНОВИШЬ! СВОЮ ГАДСКУЮ КАМЕРУ В НАШЕЙ РАЗДЕВАЛКЕ! Я ТЕБЯ К ДИРЕКТОРУ САМОЛИЧНО ОТВЕДУ! — каждое своё слово Хикари подтверждала энергичным встряхиванием несчастного Айды, пока тот отчаянно защищал от деструктивных поползновений старосты свою любимую камеру.