Изгнанник - Роберт Сальваторе

Иллитиды удалились от серебряной нити фигурки, когда увидели, что цель близка. Они собирались проникнуть на этот уровень поблизости от огромной пантеры, но не хотели насторожить ее своим присутствием. Иллитиды не были желанными гостями, их презирало почти все сущее на любом уровне, где им приходилось бывать.

Они завершили переход в астральное состояние без каких-либо помех и без труда установили местонахождение той сущности, которая в материальном мире была представлена статуэткой.

Гвенвивар играючи мчалась по лесу, преследуя астральный облик лося, продолжая бесконечный цикл. Сохатый, не менее магический, чем сама пантера, прыгал и скакал, сохраняя безошибочное равновесие и совершенную грацию. Лось и Гвенвивар разыгрывали этот сценарий уже миллион раз и будут разыгрывать миллионы и миллионы раз впредь. Это были порядок и гармония, которые руководили существованием пантеры, которые в конечном итоге управляли уровнями всей вселенной.

Однако существа более низких уровней, подобные проницателям, которые в данный момент наблюдали за пантерой издали, не могли оценить простое совершенство этой гармонии, они были глухи к красоте нескончаемой охоты. Пока иллитиды наблюдали за игрой жизни великолепной пантеры, их мысли были заняты лишь тем, как использовать эту кошку с наибольшей выгодой.

Глава 17

ХРУПКОЕ РАВНОВЕСИЕ

Белвар вглядывался в своего нового противника, чувствуя, что за этой бронированной оболочкой скрывается что-то знакомое. «Не были ли мы раньше друзьями?», – размышлял он. Однако как ни хотел свирфнеблин-гладиатор разобраться в этом, он не мог сосредоточиться как следует, оглушенный низвергающимся на него потоком телепатического обмана.

– Убей это, мой храбрый воин, – умолял иллитид со своего насеста на трибунах. – Поверь, это твой враг, и он причинит вред мне, если ты не убьешь его!

Пещерный урод, гораздо более крупный, чем потерявшийся друг Белвара, наседал на свирфнеблина, твердо решив закусить глубинным гномом.

Белвар слегка согнул в коленях короткие крепкие ноги и приготовился. Как только пещерный урод наклонился к нему, широко разведя свои когтистые лапы, Белвар ринулся вперед; рука-молот метнулась точно в грудь чудовища. Удар был такой силы, что экзоскелет затрещал. Монстр без сознания повалился вперед.

Белвара мгновенно отбросило: масса гиганта была гораздо больше, и он тоже едва не потерял сознание из-за боли в плече. Но снова ментальный приказ хозяина вытеснил не только мысли, но и саму боль.

В результате ошибки Белвар оказался погребен под чудовищем. Громоздкий пещерный урод лапами не мог дотянуться до глубинного гнома, но у него было другое оружие. Громадный клюв нацелился на Белвара. Ему удалось прикрыться рукой-киркой, голова монстра дернулась, руку вывернуло назад. Голодный клюв щелкал и плясал буквально в дюйме от лица хранителя туннелей.

На всех трибунах огромной арены иллитиды повскакивали со своих мест и возбужденно переговаривались телепатически и своими булькающими водянистыми голосами. Пальцы извивались, споря со стиснутыми кулаками: проницатели поспешно заключали пари.

Хозяин Белвара, опасаясь потерять своего победителя, обратился к хозяину пещерного урода:

– Сдаешься? – спросил он, стараясь телепатировать конфиденциально.

Его противник нагло отвернулся в сторону и поставил телепатическую защиту.

Хозяину Белвара осталось только наблюдать.

Пещерный урод никак не мог дотянуться ближе; рука свирфнеблина твердо опиралась локтем о камень, кирка твердо удерживала смертоносный клюв на безопасном расстоянии. Пещерный урод прибег к другой тактике: внезапно он рванул голову вверх, освободившись от руки Белвара.

В тот момент только интуиция воина спасла Белвара, так как пещерный урод вдруг нагнулся и ужасный клюв снова нырнул вниз. Естественная реакция и предполагаемая оборона могли бы снести голову чудовища при помощи кирки.

Пещерный урод предвидел такую реакцию, и Белвар понял это.

Белвар выбросил вперед руку, но в конце броска резко изменил направление, чтобы кирка прошла точно под нырнувшим клювом пещерного урода. Чудовище же тем временем, рассчитывая, что Белвар собирается нанести удар, тоже резко остановило движение клюва, чтобы противник промахнулся.

Но мифриловая кирка изменила свое движение гораздо быстрее, чем ожидало чудовище. Удар слева пришелся прямо по основанию клюва и отбросил голову монстра вбок. Затем, игнорируя жгучую боль в поврежденном плече, Белвар согнул свою руку в локте и нанес удар. В этот удар не была вложена сила, но именно в этот момент его противник обогнул кирку и распахнул свой клюв над открывшимся лицом глубинного гнома. Как раз вовремя для того, чтобы ухватить мифриловый молот.

Рука Белвара кляпом глубоко вошла в рот пещерного урода, раскрывая его клюв много шире, чем задумала природа. Чудовище неистово задергалось, пытаясь высвободиться; каждый стремительный рывок отдавался волнами боли в поврежденной руке хранителя туннелей.

Белвар отреагировал яростью равнозначной силы, снова и снова нанося боковые удары по голове урода свободной рукой. Кровь потекла из гигантского клюва, как только кирка впилась в него.

– Сдаешься? – закричал своим водянистым голосом хозяин Белвара сопернику.

Однако этот вопрос оказался преждевременным, поскольку внизу, на арене, покрытый панцирем монстр был далек от поражения. Он использовал другое оружие свой колоссальный вес. Чудовище рухнуло грудью на лежащего на земле глубинного гнома, пытаясь просто раздавить его в лепешку.

– Может, ты сдаешься? – отвечал колкостью на колкость хозяин пещерного урода, следя за неожиданным поворотом событий.

Кирка Белвара настигла глаз пещерного урода, и чудовище взвыло от боли.

Иллитиды запрыгали и заволновались, виляя своими пальцами и сжимая и разжимая кулаки.

Оба хозяина понимали, сколь много им придется потерять. Смогут ли их гладиаторы когда-либо вновь принять участие в бое, если позволить этой схватке продолжиться?

– Может быть, нам следует согласиться на ничью? – телепатически предложил хозяин Белвара. Другой с готовностью кивнул. Оба хозяина послали сообщения своим бойцам. Потребовалось несколько невероятно долгих мгновений, чтобы успокоить полыхавшую ярость и прекратить схватку, но в конечном итоге приказы иллитидов одержали верх над свирепыми инстинктами гладиаторов, продиктованными желанием выжить. Внезапно как пещерный урод, так и глубинный гном почувствовали друг к другу взаимную приязнь; и когда монстр поднялся, он подал свою когтистую лапу, помогая свирфнеблину встать на ноги.