Император и шут - Дэйв Дункан

Этому горекоролю даже свою речь понадобилось читать по бумажке. Отвратительно! А язык у него во рту ворочался так плохо, что все слова сливались в сплошное «бубубу».

Если это король Краснегара, то Краснегар – ничтожная страна. О придворных манерах толстяк и слыхом не слыхал. Консулу Гумайзу пришлось шептать толстяку на ухо, что тому делать дальше и какие слова говорить.

«О, ну почему они так тянут с церемонией?!» – мучился Шанди.

Содрогаясь от страха, принц гадал, не лучше ли изобразить обморок? Его вынесут из Круглого зала, как это было в прошлый раз. Вынесут! Но Итбен потом три шкуры сдерет… зато даст ему много лекарства. Стоит попробовать, ради лекарства… Стоит…

Но ужас перед поркой оказался сильнее, и мальчик постарался переключить внимание на продолжающееся действо.

Заметив джотунна, Шанди стал к нему приглядываться. Мускулы у того, безусловно, имелись, крепкие мускулы. И бледным он не был. Не то что другие джотунны, цвет кожи которых напоминал о рыбьем брюхе. Этот был коричневым от загара. Зато волосы… нет, не белые, а какието пегие. Мама говорила, что джотунны – зверикровопийцы… нет, кровавые звери… нет, както еще… А Калкор выглядит достаточно подлым, чтобы обожать кровь. Пожалуй, он и голыми руками запросто убьет и не охнет. Верно, специально не носит верхней и одежды, чтобы щеголять мускулатурой. Странно, что он без татуировок и не волосат. Стыдно заявляться ко двору вот так, нацепив одни только штаны! Почтительности в нем ни на грош. Джотунн – он, конечно, джотунн и есть.

Неожиданно встретив пристальный взгляд сапфировых глаз пирата, Шанди захотелось юркнуть под лавку, но мальчик мог позволить себе только уставиться в другую сторону, и он воззрился на Белый трон.

«Сегодня день Севера, – вспомнил принц и вновь приказал себе: – Не отвлекаться!»

– Не помню, чтобы когданибудь я уполномочивал посла отказываться от притязаний на Краснегар от моего имени, – ощерился Калкор своей гаденькой улыбочкой.

От такой ухмылки бросало в дрожь. Мерзкая гримаса.

– Но Божий Суд? Это, как нам кажется, чисто варварский обычай, тан. – Итбен говорил тем тоном, которым пользовался, чтобы очаровать противника.

Находившийся рядом с Калкором герцог… нет, король энергично кивнул. Даже просто стоя перед троном, горекороль с трудом сохранял равновесие, но еще больше забот, чем сломанная нога, ему доставляла тога, так и норовившая размотаться и соскользнуть на пол.

Джотунн наслаждался созданной им ситуацией, он нежился, как кот на мягком диване.

– Письменные соглашения – сущий вздор, это не для нас, ваше высочество. Где тут доверие, если оговариваются условия да еще требуется их подтверждение? Честь нельзя гарантировать… ни подписью, ни печатью, ни на сегодня, ни на никогда!

– Тогда почему бы не уладить разногласия с королем Анджилки прямо здесь, в дружеской беседе? Обсудите то, что пожелаете, и скрепите ваше согласие рукопожатием.

Калкор даже не соизволил взглянуть на толстяка подле себя.

– Если я пожму ему руку, у него одной загипсованной конечностью станет больше, – с невозмутимым видом заявил он.

Стоящие позади Калкора джотунны во главе с послом Крушором весело загоготали.

За плечами Шанди послышался горестный вздох Итбена.

– Что ж, как уже было объявлено, непосредственно сама Империя не затронута, – Он говорил громко, чтобы непременно обратить на себя внимание сенаторов. – Король Анджилки – наш верноподданный. Я повторяю, мы просто предлагаем свои добрые услуги как посредники, дружески относящиеся к обеим сторонам.

Грубый хохот джотунна заставил Шанди подскочить.

– Ну еще бы! – веселился Калкор. – А минуты через дветри тебе взбредет в голову какаянибудь другая гениальная идея, не так ли? Ну же, давай, я жду не дождусь!

Сенат возмущенно зароптал.

В повисшей затем тишине консул Гумайз наклонился к уху короля Анджилки и чтото зашептал ему.

– Ээ, что? – глупо вытаращился толстяк. – О да! Послушай, Калкор…

– Тан! – рявкнул джотунн, резко развернувшись к нему.

Бедняга чуть было не упал.

– Ээ, тан. Да. Тан!

И в Круглом зале наступила вынужденная тишина: король, похоже, забыл то, что собирался сказать. Может быть, он забыл, что вообще намеревался чтолибо говорить.

Калкор опять взглянул на Итбена.

– Странные у тебя друзья. – Пакостная улыбка змеилась по его губам.

Итбен усмехнулся, словно бы про себя, а Шанди почувствовал, как от ужаса у него задрожали внутренности. Такой смех он слышал, когда лежал, прижатый к письменному столу.

– Ты шокируешь нас. Не могу поверить, что ты всерьез вызываешь на дуэль человека со сломанной ногой!

Скрестив руки на груди, Калкор наконецто перестал улыбаться и хмуро буркнул:

– Ни колченогий, ни двуногий, этот слизняк – мне не соперник. Я ожидал совсем иного! Но, похоже, мне навязывают этого увальня. Пусть ответчик назовет защитника.

– Прошу вас, ваше величество, – подбодрил короля Итбен.

Анджилки долго не откликался, а затем забормотал:

– О! Я? Ээ, да? – На большее короля не хватило. Толстое лицо стало пунцовым, на лбу вздулась и запульсировала вена, по вискам заструилась влага, и вся физиономия короля заблестела, оросившись каплями пота. В нарушение правил этикета Анджилки вытер лицо тогой.

Итбену вновь пришлось вмешиваться. Он заговорил медленно, словно внушал недоумку прописные истины:

– Ваше величество, тан Калкор согласен сразиться с защитником, которого ты выставишь вместо себя. Исход боя решит судьбу королевства. Все верно, тан, не так ли? Побежденный и его потомки теряют право наследования.

Мерзкая улыбка вновь заиграла на губах Калкора.

– Правильно. Но неужели ты думаешь, что он действительно способен произвести наследников?

– Если король Анджилки выставляет защитника, то тогда и ты вправе сделать то же самое.

Джотунн лишь плечами пожал и презрительно бросил:

– Не было у меня никогда защитников и не будет.

– Очень хорошо. – Итбен снова говорил своим любимым бархатным голоском. – Мы уверены, что обе стороны стремятся избежать войны. В свете этого мы согласны, что поединок – гораздо меньшее кровопролитие, чем столкновение армий. Мы предлагаем тебе согласиться, король Анджилки.

– О, правильно! Да, я согласен! – обрадовался толстяк. Он так энергично закивал, что весь затрясся. Наблюдать такой живой студень было забавно.

– Итак, Божий Суд? – переспросил Калкор.

– Да, – согласился регент, – поединок по обычаям Нордландии.

Тан Калкор вскинул голову и както странно дернул подбородком. Шанди от изумления чуть рот не разинул. С щеки Анджилки стекал плевок.