Чёрная Рука - Иван Романов

года, наполенных магией и сражениями. Вид большого города невольно напоминал ему о столице республики Дариу, о городе, где он вырос.

Трех и пятиэтажные здания возвышались по обе стороны широкой четырехполосной дороги, каждая полоса которой выделена линией из разноцветных камней, светящихся в темноте. Повсюду сновали граждане в шикарных одеждах, красных сюртуках и броских юбках до колен. Столичный округ республики по сравнению с этим городом казался глухой деревней.

Выглянув из окна, Фридрих удивился, увидев несколько десятков карет, идущих прямо за ними. Они отличались от красно-кирпичного города так сильно, что казались каким-то чересчур вычурным реквизитом для театра. Однако, сидящие внутри господа в парадных костюмах и дамы, украшенные золотом и драгоценностями, в вечерних платьях, ясно давали понять, что достаток здесь был куда выше, чем в других регионах как республики, так и королевства.

— Будьте добры, отвезите нас в бордель "Храм Ночи", - произнесла Кристина, постучав по деревянной стене кареты.

— Конечно, миледи, будет сделано, - ответил кучер, заворачивая налево, по аккуратно выложенной дороге, от которой вообще не ощущалось тряски.

— Даже представить боюсь, сколько денег ушло только на дороги в этом городе... - пораженно произнёс Фридрих, смотря на расположенное вдоль дороги гигантское здание.

— Это, - кучер заметил взгляд Фридриха и разъяснил ему кое-что, - Королевский Университет Торговли и Бизнеса. Его заканчивали почти все живущие здесь дворяне и дети крупных купцов. У него есть с десяток корпусов и несколько общежитий.

Усеянная фонтанами площадь перед высоким, с виду семиэтажным зданием с обилием золотых и платиновых куполов, ярко поблескивающих на солнце, раскрывалась как на ладони. Аккуратная брусчатка вела по парку на территории университета, огороженному трехметровым забором с острыми пиками на самой вершине.

Несколько двойных дверей, раза в три больше обычного человека, были настежь открыты. Оттуда выходили толпы студентов в ярко-красных одеждах с золотыми брошами в волосах у девочек и на груди у мальчиков. У ворот расположилась кольцевая дорога, где припарковались несколько сотен карет разной степени роскошности. У Фридриха даже засвербило в глазах от количества красок, но он продолжал наблюдать за интересным зданием, пока оно не скрылось за поворотом.

— Ради интереса, - взял слово Фрид, - сколько стоит там обучение?

— Что-то в районе пяти тысяч золотых дукатов в семестр.

Услышав астрономическую сумму, Фридрих даже не сразу пришёл в себя. Его скупую натуру с корнем вырвало из тела, а сидящая рядом Кристина сочувственно положила руку ему на плечо, как бы говоря, что он никогда не заработает на это.

— О-а-а-а-ах, - шумно выдохнул он, расползаясь на мягком, тканевом сиденье, когда карета остановилась в нескольких сотнях метров от университета.

— Мы прибыли, уважаемые. Я могу подождать вас здесь и отвезти на квартиру, которую снял вам господин де Моэтт.

Безучастно взглянув на старика, Фридрих довольно хмыкнул, кивком головы благодаря его за поездку и ожидание. Он выпрыгнул из кареты и подал руку Кристине, чтобы она вышла наружу более аккуратно, чем он.

— Джентльмена из себя строишь? - ухмыльнувшись, спросила Кристина, также кивком поблагодарив мага.

— Нет, просто надо быть учтивым с той, кто будет зарабатывать нам сегодня вечером, - подколол её Фридрих, хлопнув по плечу.

Уставшая от глупых издевок девушка просто проигнорировала его и пошла к борделю, пытаясь не обращать на спутника внимания. Фридрих, последовавший за ней, что-то почувствовал и остановился, не дойдя до скромного кирпичного здания нескольких метров.

— Снова... Этот запах... - принюхавшись, он понял, что Нонкураре его даже в гробу одного не оставит.

— Тайм-стоп! - раздалось из открывшейся кротовой норы между Фридрихом и Кристиной. Как и всегда, время послушно остановилось, а мир потерял свои краски.

— Что на этот раз? - предвещая долгий разговор, Фридрих сел на ступеньки, спиной к кротовой норе, из которой вылез длинный, скользкий язык. Он двигался зигзагообразно, волнистыми отрезками, всем своим видом напоминая либо червя, либо змею.

Едва кончик языка коснулся тыльной стороны шеи Фридриха, как тот ухватился за язык обеими руками и вытянул скрывавшегося в норе Нонкураре. В его руки понемногу проходило пламя, созданное магией, причиняя боль и сильные ожоги существу скверны.

— Ты уже достал пытаться меня лизнуть. Тебе не хватает своей шеи? - со злостью и пламенем, горящим в глазах, произнёс Фридрих.

— Привет-привет, - задорно ответил Нонкураре, широко улыбаясь, - я лишь хотел поговорить с тобой кое о чем, пока не стало слишком поздно.

— Ну так говори, а не лижи меня!

— Ну хватит тебе, не разбивай мне сердце.. - придуриваясь, Нонкураре отряхнулся от пыли, собранной шутовским костюмом, - начну с того, что ты молодец. Ты сбалансировал свою магию почти идеально. Более того, ты научился использовать силу наследия по своему усмотрению, когда хочешь ты. Это дорогого стоит...

— К делу... - Фридрих процедил сквозь зубы, стараясь не смотреть в раздражающее его лицо шута.

— Твоя девчонка, кажется, утаивает грешок от тебя.

— В смысле? Что ты имеешь в виду?

— Ты не заметил, как она себя вела в башне твоего дружка, Сильвана?

— Да, она вела себя отстраненно, удалялась за чаем и молчала большую часть разговора, - понимая о чем идет речь, Фридрих кивнул Нонкураре, намекая продолжать.

— Так вот. Будь аккуратен с ней. Она далеко не та глупая и трусливая девчонка, какой кажется. Думаю, что вскоре ты узнаешь ее секрет, но тебе все равно стоит заранее быть готовым к нему.

— С чего ты вообще пытаешься мне помочь? Я - твой враг, если ты действительно управляешь Черной Рукой. Ты должен наоборот, пытаться меня убить.

— Видишь ли, - взял слово Нонкураре, - мне просто интересно, чего ты сможешь достичь. Века и тысячелетия скучной жизни истощили меня морально. Я устал. Я хочу наблюдать за свершением истории. В частности, твоя история меня интересует примерно также, как и история твоего знакомого, Вильгельма.

— История, значит, да? - сомневаясь, Фридрих приставил руку к подбородку, а потом резко наступил на часть языка Нонкураре. Одним ловким движением руки, сжимающей язык, он оторвал его, словно сорняк, но собеседник даже не думал реагировать. Он лишь смотрел дикими, бешеными глазами на Фридриха, погружая его во тьму, пусть и мысленно.

— Уже прошло время бояться. С того момента, как академия пала и все дорогое мне умерло, я отринул страх, - Фридрих приблизился к лицу шута и заглянул прямо в