Пари с наследником Земли - Татьяна Андреевна Зинина

чёрном ждал примерно в ста метрах от лестницы. Когда я подошла ближе, он опустил между нами незнакомое мне устройство, активировал его и только потом заговорил. Но сказал совсем не то, что было в видении:

– Ангелия, меня прислала ваша мать. Вам нужно уйти со мной. Сейчас.

Я отпрянула, попыталась отойти назад, но энергетический купол оказался прочным, словно настоящая стена.

– Вам не нужно меня бояться, – добавил незнакомец. – Гораздо опаснее для вас сейчас оставаться здесь.

Он говорил холодным равнодушным тоном, а на меня смотрел, как на пустое место. Словно робот.

– Так для вас будет лучше, – добавил ровным тоном.

– Я никуда с вами не пойду! – выдала я, замотав головой.

Он отреагировал на мой отказ полным равнодушием, будто именно такого ответа и ожидал. Быстрым, почти молниеносным движением извлёк из-под куртки короткий конгайт, направил на меня… и тут же нажал на курок.

Я не смогла ни отпрянуть, ни хоть как-то защититься, просто не успела. Заряд пришёлся прямиком мне в грудную клетку. Тело мигом онемело и будто бы на него обрушились морозы крайнего севера. Я чувствовала, как чужеродная энергия всё больше захватывает мой организм, заполняет каждую клеточку, остужает кровь в венах, и ничего не могла сделать. Холод становился всё сильнее, всё невыносимее… перед глазами всё поплыло.

Сознание отключилось, наконец бросив меня в спасительную темноту.

Глава 21. Ультиматум

Микаэль

Я никогда не понимал любовь отца к политическим играм. Они казались мне грязными, глупыми, аморальными, в которых никак нельзя остаться чистым. Но теперь, очутившись в самом центре большой игры, я вдруг поймал себя на том, что в этом есть нечто интересное. И жуткое.

Правила, конечно, присутствовали, но дело в том, что они менялись слишком быстро, в зависимости от изменения обстоятельств. И чтобы не проиграть, приходилось становиться тем, кто сам меняет эти самые правила. Подстраивает их под себя.

После исчезновения отца во мне будто что-то сломалось. Кажется, это был замок на моральных принципах. Увы, политика с моралью никак не совмещалась. Мои враги наглядно показали, что не станут выбирать средства в борьбе за свои цели, и я больше не собирался давать им шанс на победу.

Догадка о том, что обмануть вероятника легко может другой вероятник, оказалась верной. Когда Аривер прибыл на виллу без своего помощника, я сразу приставил к Вирму Митрилу слежку. Отправил настоящих профессионалов, лучших из лучших. Но в решающий момент они всё же упустили его из виду. Оказались слишком далеко, чтобы помешать. Никто не допускал мысли, что его эрши окажется оборудован огнестрельным оружием, запрещённом в Союзе. И не просто оружием, а самонаводящимися ракетами.

Он не преследовал наместника ‒ просто благодаря дару знал, где и в какое время тот будет находиться. А дальше, уловив нужный момент, выстрелил на поражение. После чего попытался скрыться. Не успел.

Сейчас он находился в застенках Управления службы безопасности, но признаваться ни в чём не желал. Утверждал, что не виноват, и удерживают его незаконно. У нас уже хватало доказательств его вины, но нужно было добиться признания, по чьему приказу он действовал. Митрил же понимал, что теперь его ждёт казнь, но всё ещё продолжал на что-то надеяться.

А вот похищение леди Аривер стало для меня сюрпризом. Более того, организовано оно было очень продуманно и чётко. Но кому она могла понадобиться, я не знал. Имелось, конечно, несколько догадок, только пока ни одна из них не подтвердилась.

Кристалину умыкнули прямо из-под носа личной охраны. Она прогуливалась по набережной, иногда заходила в кафе или смотрела выступления уличных артистов. А потом пропала. Испарилась. Этот момент не отразился ни на одной камере, свидетелей тоже не было. Потому поиски сразу зашли в тупик.

Лорд Аривер пытался выглядеть сдержанным и собранным, но всё равно постоянно срывался на обвинения. Он был уверен, что именно я стою за похищением его дочери, даже пытался угрожать обращением в Совет Союза. Заявлял, что Эргаи не достойны управлять Землёй. Но мы оба понимали, что без доказательств моей причастности все его угрозы ‒ просто слова.

Рон Гринстер, в отличие от нервного компаньона, вёл себя совершенно обычно. Казалось, он остаётся с нами в кабинете исключительно для массовки. Видя его равнодушный вид, я даже допустил мысль, что именно он причастен к похищению девушки. Но пока не понимал мотив.

Дарис и Тринс благополучно не стали лезть в это дело. Помочь сейчас не мог ни один из них, а просто сидеть с нами в кабинете они оба посчитали неправильным. Я, честно говоря, сам бы с радостью отлучился хотя бы на час, но не имел такого права. Похищение произошло на моей территории, значит, часть ответственности за него всё равно лежит на мне.

А ещё Аривер всё настойчивее требовал присутствие наместника. Заявлял, что такое серьёзное дело должно быть под его личным контролем. Я уверял, что отец в курсе и уже отдал все необходимые распоряжения. Да только мы оба знали об истинной ситуации с лордом Алишером Эргаем, но оба делали вид, что ничего с ним не произошло.

Да, отца продолжали искать. Сотрудники службы безопасности прочесали лес вдоль и поперёк, но обнаружили только обломки эрши. Ни крови, ни тела… ничего. Это вселяло в меня надежду, что папе всё же удалось выжить, хотя сейчас это казалось настоящим чудом. И я чувствовал, что должен искать его вместе с остальными. Вдруг смог бы что-то почувствовать, но… мне приходилось сидеть здесь, координировать поиски Кристалины, и терпеть общество человека, который совершенно точно причастен к покушению на моего отца

Я как раз выслушивал по коммуникатору очередной доклад о расследовании пропажи леди Аривер, когда на галути пришло сообщение от Ангелии. Вот только едва до моего сознания дошёл смысл её слов, и меня накрыло самым настоящим страхом. Она, что, серьёзно собралась на встречу, которая совершенно точно является подставой?!

Я мигом поднялся из-за стола и, быстро извинившись, вышел в коридор. То, что собиралась сделать эта бесстрашная девочка, было верхом безрассудства. Жутким риском, совершенно неоправданным!

Сначала я собирался во что бы то ни стало остановить её. А если не остановится сама, приказать охране преградить её путь. Не пускать в неизвестность. Но интуиция оказалась категорически против этого. Она упрямо твердила, что встреча, на которую отправилась моя Эли, должна обязательно состояться. И тогда я решил, что просто обязан пойти с ней, но держаться в тени.

В момент,