Порт Арсис - Валерия Демина

белые канаты и именного его незримой силой дрогнули огромные колеса по бокам «Императрицы».

Плеск еще был осторожным, и оттого зазор между портом и шхуной казался ширящимся будто сам собою. Скоро стоявшие на берегу смогли охватить ее взором всю сразу, не вертя головой. Потом «Императрица» показалась малой лодкой, какой здесь владел каждый рыбак. Поодаль она развернулась, взяла нужный путь и прибавила ходу колес — тогда колокола умолкли, а Ийа запела. Плач ее сейчас же подхватили бабы — затянули тонко, без слез зажатым горлом, мимолетную жизнь слова продлевая огласовками. Голос женщин таял над водой и не долетал до мореходов.

Но сердцем они его слышали.

Какы по небу белыму

Селязынь лятел —

Несыли того селязыня

Обоя крыла.

Какы по морю синяму

Да корабыль шел —

Вели того корабыля

Обоя колеса.

Ляти, ляти, селязынь

Ляти высоко —

Да не забуди, селязынь,

Сваего гнезда.

Иди, иди, корабыль,

Иди далеко —

Да не забуди, корабыль,

Сваего села.

Да сваего села,

Роднова горыда…

Глава 27. Эпилог

Из судового журнала лейтенанта Мартьена, второго навигатора колесно-парусной шхуны «Императрица Эльза», год 7110 от сотворения Мира.

«Августа 19.

С утра погода стояла ясная, не дальним кажется приход в эти края мороза. Ветер тихий. Шли колесами, прежней параллелью. К полудню нашли вдали весьма высокий лед, называемый айсберг. Интендант умолил об отправке к оному шлюпа для добычи питьевой воды, однако в самое скорое время мы обнаружили, что айсберг имеет под собою твердое покрытие и является, как можно судить, скалою или вулканом на краю новой земли. Капитан повелел назвать гору Северным Фавором по нынешнему празднику. На южном ее склоне установили крест и Ладийский стяг. Служили молебен. Вернулись на шхуну и легли крепко на якорь. На завтра назначена общая высадка для исследования границ обретенного участка суши.

Наблюдение о поведении различных тварей в нынешних условиях. Черепаха прозрела и крепко спит с месяца июня, хотя была поселена в каюту лекаря. Матросы о сем обстоятельстве выказывают сильную тоску. Кот который день приносит морскую сельдь к своему завтраку и употребляет ее кроме головы всегда на кресле капитана в кают-компании. Сегодня капитан по торопливости на нее сел и пребывал в гневе до обнаружения земли. Никто из команды по сию пору не сумел отследить, каковы способы добычи этой снеди у кота посреди глубоких вод.»

* * *

Из доношения Генриха Бердинга в Морской приказ с ходатайством о награждении участников первой северной экспедиции.

«7110 г., ноября 2

В Морской приказ, от флота капитан Генрих Бердинг, всепокорно доношу о бывших со мною в Северной экспедиции офицерах и рядовых, что оные, по моему признанию, за искусство от должности своей и тяжкий труд достойны награждения, а при сем сообщаю именной реестр с означением каждого достоинства.

Лейтенант Рауль Дийенис — в повышение ранга

Лейтенант Мигель Мартьен — в повышение ранга

Военный лекарь 3-го ранга Луи Алваро — в повышение ранга и удвоенное награждение жалованием

Интендант 4-го ранга Кристиан Ирдис — в повышение ранга до интенданта 2-го ранга

Капитан 2-го ранга Лука Лужен — в повышение ранга

Матросы I статьи числом 25 — в повышение ранга согласно приложенному реестру.

Мастеровые числом 5 — в записные согласно приложенному реестру.»

* * *

В последствии Бердинг еще множество раз выходил по летней навигации в Ледяное море, кругом исследуя новую землю. Земля эта была приписана за Ладийской империей — шхуны соседей, впервые подходя к ее берегам, тут и там натыкались на сине-белые стяги. Суша оказалась велика, что затруднило обход в краткое теплое время. Только на седьмую осень удалось соединить на карте края огромного острова. Незадолго до этого отряд ладийских магов основал на восточном берегу первое поселение, требующее больших чародейских затрат от погодников, но позволившее приступить к изучению недр и середины суши. Отец Иосиф остался пастырем при них.

Карты геодезиста Лужена, неизменного участника во все года, по первому времени составляли государственную тайну. Затем их несколько упростили и в таком виде выслали соседям для доказательства владения большой землей и сотней мелких близлежащих островов в Ледяном море. По одной из подобных рассекреченных копий Эмма Лужен завершила свой гобелен и повесила в спальню.

Третья из этих экспедиций состоялась на двух кораблях — «Север» с арсийской верфи, наконец, тоже отдали Бердингу, сделав того командором скромной флотилии. В капитаны нового колесника произвели Рауля.

Он был уже три года как женат на досточтимой Нерине, в девичестве Нортис. В ожиданиях мужа из моря та увлеклась прежде гобеленами, после — картографией, но завершила свои поиски составлением поэмы о ладийских моряках. Поэма разошлась с успехом после того, как имя барышни на обложке заменил мужской псевдоним.

Лейтенант Мартьен больше с «Императрицей» не ходил. В первую же осень он получил назначение на иной колесник северного флота, не занятый в экспедициях. Разумеется, опытный герой сейчас же был поставлен первым навигатором.

Лекарь Алваро с благодарением забрал положенную премию, тотчас купил дом на юге и взялся перевозить домой чахоточного сына. В дальнейших письмах Лужену он сообщал, что болезнь юноши еще не побеждена, но определенно наблюдаются подвижки к улучшению. Около дома лекаря мало помалу росло поселение бедняг, подверженных тому же легочному недугу и чающих, что мудрейший Алваро вот-вот с ним сладит окончательно.

Кристиан Ирдис отказался от перевода на южный флот. Он служил в северных экспедициях, был произведен в лейтенанты интендантской ветви и даже награжден за ловкую добычу питьевой воды из ледников. Зимы он проводил в Арсисе, и был допущен к дому Нортисов.

Аида проявила неожиданную твердость в своей девичьей блажи: все это время обещала батюшке, что пойдет за Кристиана либо в монастырь. Через пять невозможных лет батюшка выбрал «Кристиана». Упрямцев обвенчали, и, вопреки всей логике, они были счастливы до конца своих дней.

Кот в одну из экспедиций заявился с семьей и скоро оставил жену хозяйкою в поселении магов. От того года на новой земле почался род особенно мохнатых северных ладийских котов, весьма ценимых потом во всем мире.

Черепаха выздоровела и пережила всех участников первой Северной экспедиции на половину века.

Ладийская Империя стоит и по сей день.

От автора

Текст «доношения Бердинга» частично украден из доношения в Адмиралтейство настоящего Витуса Беринга после его первой Камчатской экспедиции. Геодезист по фамилии Лужин был одним из тех, кто в реальности в экспедиции был и из нее