Время жить - Ayliten

Хотя время царило уже почти обеденное, гости и студенты в основном еще только завтракали - еда на столах стояла разнообразная, и исчезать не спешила. А вот Рон и Гермиона, показавшиеся в дверях почти сразу после моего появления, набросились на жаркое с таким аппетитом, как будто не ели целую неделю.

- Вы что, совсем не ложились? - я выразительно посмотрел на тени, залегшие под глазами у обоих, но друзья почти синхронно покачали головами.

- Пивз пол-этажа перебудил, будь он неладен. Заснуть больше не смогли, парни предложили тряхнуть стариной и полетать немного. А вот у тебя я даже спрашивать не буду, куда ты вчера исчез и почему на стук в твою дверь никто не отозвался, - ухмыльнулся Рон, натыкая на вилку картошку.

- Ты что, меня с кем-то видел?

- Нет, но у тебя такая довольная рожа, что мне даже завидно, - он увернулся от шутливого тычка Гермионы и поспешил пояснить: - Я вечера почти не помню.

- Потому что нечего было после огневиски пить медовуху, - беззаботно отозвалась подруга. - Какие на сегодня планы?

- Выспаться бы, - зевнул я, прикрыв рот рукой, отчего Рон только покачал головой в притворном осуждении. - Вообще, я к Хагриду заглянуть собирался. Еще, вроде бы, тут ярмарку устроили, я слышал, но вечером и так на маскарад тащиться…

- Гарри, это же все-таки маскарад, тебя там никто и не узнает.

- Герм, вчера мне три раза пытались подлить Амортенцию, наложить любовное проклятье, а в своем номере я утром обнаружил целую кипу посланий, - я не стал, разумеется, добавлять, что Малфой, зашедший ко мне, чтобы вернуть забытую мантию-невидимку, долго и гнусно хохотал, разглядывая конверты с сердечками, и успокоился, только когда понял, что его хохот может быть услышан даже за стеной.

- Бедняга Малфой, он так старался вчера выпендриться, а лавры опять отходят тебе. Да и сегодня, ты бы видел, как он перед Крастом лебезил, - когда Рон сообщил мне эту новость, я торопливо скрылся за чашкой с кофе, стараясь хоть как-то унять наползающую на лицо улыбку. - Ты-то, кстати, во сколько вернулся?

- Недавно, - туманно ответил я. - А что Краст?

- Улыбался, конечно, благодарил за оказанный прием, хвалил… Ну, знаешь, как оно обычно бывает, куча вежливых слов и реверансов. Малфой его спонсирует, что ли.

- Слушай, почему ты считаешь, что ему просто не мог понравиться вечер? - я старался, чтобы мой голос звучал не слишком раздраженно, но получилось, кажется, не очень хорошо. - Тебе, между прочим, тоже было весело. Согласись, что устроено великолепно.

Рон удивленно на меня посмотрел, не донеся вилку до рта.

- Гарри, ну это же… Малфой. Кто ему в здравом уме будет искренне улыбаться?

- Панси Паркинсон, например, - неожиданно заметила Гермиона. - Мало ли. Может, они с Октавием и правда знакомы.

- А… кажется, Краст вчера говорил, что он с Малфоем ведет какие-то дела. Я поболтал с ним немного вечером.

- Ну, и как он тебе?

- Да нормальный парень, в общем-то, - я пожал плечами. - Странный немного, но не более того.

- Жаль, что рано уехал, я хотела поговорить с ним о его работах, - вздохнула Гермиона.

Мне же оставалось только тихо порадоваться, что этого все-таки не произошло. Не настолько хорошо я знаю малфоевские работы, чтобы непринужденно о них рассуждать, а Гермиона слишком умна, чтобы не заметить в разговоре что-то неладное.

До сих пор ума не приложу, как я умудрился не проколоться и сделать все в точности так, как просил Драко. И сегодняшнего утра мне хватило, чтобы уяснить - нельзя ничего обещать Малфою, не выяснив наперед, чего он намерен попросить. Воистину, со школы он изменился, и не в самую сентиментальную из сторон.

Зацепившись за мысль, я попытался представить себе романтичного или сентиментального Малфоя, и воображение моментально подкинуло красочную картинку Драко с коробкой шоколадных конфет в одной руке и букетом в другой. Причем не с простым букетом, а почему-то с лютиками и ромашками. Выглядело это даже в воображении настолько дико и нелепо, что я хрюкнул от смеха и поспешил сделать глоток кофе, чтобы не расхохотаться на виду у всех.

- Вы идите, а я чуть позже подойду, - сказал я, когда мы покончили с едой. - Мне тут нужно закончить одно дело.

- Надеюсь, ты не собираешься ни с кем выяснять отношения?

- Нет, - я покачал головой. - И драться тоже не собираюсь. Просто нужно кое с кем поговорить.

- Кое о чем, очень важном и секретном? - прищурился друг. Я виновато улыбнулся, чувствуя, как меня захлестывает жаркая волна стыда. Никогда не любил врать или недоговаривать, но что поделать.

- Не обижайтесь.

- Да знаешь, Гарри, - хмыкнула Гермиона. - Мы за годы общения с тобой к этому уже привыкли.

- Кто бы еще говорил, - тут же отреагировал Рон, мигом позабывший о моих невнятных секретах. - Про Крама ты нам тоже ничего не рассказывала, да и вообще…

- Ой, что-то здесь так душно, пойдем на улицу, - Гермиона подхватила Рона под руку, не дав закончить мысль, и добавила, уже обращаясь ко мне: - Мы тебя подождем во дворе, хорошо? Постарайся только надолго не задерживаться.

Я кивнул и сделал вид, что всецело поглощен очередной порцией кофе, на самом деле краем глаза наблюдая за Мартином Гораком, чей стриженый затылок виднелся за слизеринским столом. Я узнал его еще утром - он единственный из присутствующих при прощании с Крастом людей смотрел на художника с отвращением и неприкрытой злостью. Да и Драко, едва мазнувший по нему взглядом, поморщился.

Думал, мне придется его искать, но Горак появился в Большом зале, пока я переговаривался с друзьями, и нельзя было не поймать этот шанс.

Терпеливо дождавшись, пока дурмстранговец поест и направится к выходу, я отставил чашку и поднялся. Вышел вслед за Гораком в холл, все еще продолжая держаться на расстоянии, но уже на мраморной лестнице ускорился и в несколько прыжков его догнал.

- Мартин Горак? - как можно любезнее поинтересовался я и с удовлетворением отметил, что он дернулся. Узнал.

Но затевать драку с национальным героем посреди главной лестницы Хогвартса было бы крайне неразумно, и он это понимал.

- Мистер Поттер, - улыбнулся он одними губами, на ломаном английском выговаривая мое имя. - Какая встреча.

- Мне нужно с вами поговорить. И не советую делать глупостей, ваша палочка до сих пор на поясе, - я поднял руку и продемонстрировал Мартину, что свою сжимаю в пальцах, и ему ничего не оставалось, кроме как хмыкнуть. Мы миновали лестницу, свернули в коридор, и я толкнул ближайшую к нам дверь в одну из классных комнат, взмахом кисти с зажатой в ней палочкой предлагая войти. Горак не стал даже возражать - похоже, рыло у него было в пуху, и прилюдно выяснять отношения со мной он опасался.

В пустом кабинете, однако, вся его напускная вежливость мигом испарилась. Он ощерился, грубоватое лицо исказилось в неприятной гримасе, а рука метнулась к поясному креплению, но невербальное Инкарцеро спеленало Горака прежде, чем он успел что-то предпринять.