Барон Робинзон - Самат Айдосович Сейтимбетов

перспективах. Некоторое время Лошадкин излагал концепцию мобильности, для которой нужны хорошие дороги - работы краглов - и связь телеграфом и птицами, хотя бы для начала. Затем перешел на электричество, провода и станки, заводы, гидроэлектростанции на горных реках, краглы слушали, затаив дыхание, ахали и ухали.

Никто не пытался отравить еду или ударить в спину, похоже, они все же действовали искренне.

— Воздух тоже очень важен, - наставительно вещал Лошадкин, - уж вы должны меня понять, раз дружите с птерахами!

— Да, разведка с воздуха не раз нас выручала.

— И не только разведка, они могли бы составлять карты, доставлять послания, поддерживать воздушные войска, если вдруг соседи решат пойти войной, - начал перечислять Лошадкин. - Птерахи может и не куют оружие, но в некоторых вещах они еще важнее сабель и топоров! Обязательно надо подружиться с ними!

— Все в руках посланца небес, - вскинул руки Валун. - Мы объясняли им, но они, кажется, не так нас поняли. Там, наверху, они улетели - такого никогда не случалось! Кроме того раза, когда мы столкнулись с посланцами небес в бою.

— Нет, здесь мы их не пугали, - отмахнулся Лошадкин и задумался.

Страх? Убоялись и улетят?

— Мы немедленно отправим еще гонцов к ним.

— Не нужно, - Михаил поднялся, - я сам к ним слетаю и потолкую!

Язык птерахов не до конца занесли в базы, но раз краглы с ними общались, все это точно не представляло проблемы. Лошадкину было легко и спокойно, обошлись без крови, да и выпил он все же изрядно, заодно и вкус у местной еды резко улучшился.

— Как пожелает правитель, - ответил Валун, - но прошу владыку задержаться, осталась еще одна вещь, необходимая для подтверждения союза.

— Какая? - нахмурился Лошадкин.

Все принесли клятвы, и сюда собрались вожди краглов со всех гор, ну или как минимум девяти десятых таковых. Теперь следовало включить их в общие структуры, советы мудрецов, суды, кто там занимался разработкой языков, да отправлять на производства. Армия - к Огару, по флоту следовало тоже назначить самого главного адмирала, и подумать над перемешиванием территорий с учетом краглов.

Хотя, чего там, вначале птерахи и предложить им скалы - гнездовья повсюду!

— Союз с народом краглов, такой же, как с мордахами, хрокагами и ламассами!

Тяжелое предчувствие охватило Лошадкина, он повернулся и узрел перед собой "первую красавицу" краглов, которая стояла, скромно потупив голову, в ожидании женитьбы. Лошадкин плямкнул губами, в голове крутился только идиотский древний анекдот про идеальную жену метрового роста с квадратной головой.

Глава 28

Морозный воздух бил в лицо, пытался забраться под одежду, кусал за уши.

— Так что? - спросил он в пространство, щурясь от сверкания снегов.

— Для точного установления необходимо вскрыть хотя бы нескольких краглов и просканировать, - ответил ему Алекс, - но предварительно гипотеза о некоем общем воздействии подтверждается.

Что-то повлияло на местных, словно дало им живительного пинка и послало развивать разум. Но не всех, и принцип отбора пока что оставался неясен. Ею занимались другие земляне, но Лошадкин иногда вспоминал об этой загадке, как вот сейчас, и задавал вопросы.

Зачем ему ответ, он и сам не знал, наверное, это было нечто психологическое, сродни расспросам новых знакомых и друзей об их прошлом и происхождении. Узнать еще что-то о своих подданных, других живых этого мира, с которыми только предстояло столкнуться.

Спутник, например, бесстрастно демонстрировал, что в районе Мекланского архипелага наблюдается какое-то нездоровое оживление. Терраформирующий модуль продолжал уничтожать впадину, штопал и зашивал ее, подымал уровень дна, и Алекс отправлял торпедные катера (все же сделали беспилотное управление), разил подводных чудищ и на них сразу же сплывались тысячи и тысячи ламассов, с разделочными ножами и пилами в руках.

На Отравленном Клыке местами уже громоздились горы костей и жестких плавников, усов и прочего.

— Можно ожидать похожего и у птерахов, - добавил Алекс.

— Разум — это хорошо, - не стал спорить Лошадкин, трезвеющий от холода и ветра.

Впрочем, будь птерахи неразумными домашними птицами краглов, и договариваться бы не пришлось, прилагались бы комплектом к подгорным коротышкам. Лошадкин вспомнил свою новую жену, Сталиду, и мысленно слегка содрогнулся. Колобок, вроде остальных краглов, на первый взгляд и не поймешь, что перед тобой женщина, пусть даже ее нарядили в нечто яркое.

Положение спасла Пранта, которая тут же полезла обниматься и лизать Сталиду в нос, разрядила обстановку и вывела Лошадкина из ступора. Отказываться было уже поздно, что делать с новой женой - жрец - крагл тут же объявил о священном союзе перед лицом Агла (а краглы означало - дети Агла) - Лошадкин не представлял. В то же время, Сталида была не только округла, но и безволоса, человекоподобна, у нее имелись ноги и отсутствовали жабры, и что-то внутри Лошадкина прямо зудело противным комаром - попробуй ее!

Вручив Сталиду прочим женам, утащившим ее общаться, Лошадкин вылетел наружу.

— С разумными всегда есть шанс договориться, - пробормотал он, - если знать язык, конечно.

Манопа подсветила указанные краглами вершины - не прямо пики, конечно, ниже, но это было даже хорошо, что птерахам не требовался снег и лед для жилья. Несколько их уже заметили летающего чужака, выметнулись навстречу, изображая отряд боевых птеродактилей.

— Я - друг! - просвистел им Лошадкин.

— Ты - чужак!

— Бескрылый!

— В горы пришли бескрылые! Враги!

— Я - друг, - повторил Лошадкин, - а будь я вашим врагом, то сделал бы так!

Он вскинул руки и выстрелил в ближайшую скалу, необитаемую, конечно. Та содрогнулась, вниз полетели камни и немного снега. Лошадкин, ожидавший мощной, эффектной лавины, мысленно поморщился. Впрочем, птерахам хватило и этого, они перестали нервно подергиваться, готовясь к атаке. Отлетели немного в сторону, в движениях появилась этакая осторожность пополам с готовностью сорваться с места.

— Я узнал тебя! Ты летающий посланник Солнца!

Прежде, чем Лошадкин успел сообразить, остальные птерахи разлетелись почтительно, снизились. Да плевать, подумал Михаил, пусть будет солнца, оно тоже в небесах, так что те же яйца, только в профиль. Манопа в целом справлялась с переводом, лишь иногда спотыкалась, на особо щебечущих звуках и словах.

— Летающий корабль? - спросил птерах.

— Только я, - покачал головой Лошадкин. - Но мои слова — это слова посланцев небес, даже если я без летающего корабля.

— Летающий корабль, -